Небесный всадник. Том 7 - Кирико Кири

Почти все дома у ворот были сожжены. На дорогах ещё сохранились следы баррикад, а местами у мостовой не хватало камня, будто их использовали вместо снарядов. Но что объединяло вообще всё, так это обилие серой пыли. Она, как снег, покрывала всю округу, и люди даже успели вытоптать дорожки.

В этом плане дворец пережил вторжение гораздо хуже. Третьего этажа не было вовсе. Второй был разрушен настолько, что легче было сказать, что его нет. Первый… ну то, что от него осталось, конечно, можно было назвать тенью величия прошлых лет, но теперь всё явно требовало полного сноса и постройки заново.

Наверное, обидно, когда родовое гнездо снесли полностью. Вся память стен, все картины, предметы, которых касались пальцы предков — всё уничтожено или сожжено. Но это не идёт ни в какое сравнение с тем, насколько обидно прийти и увидеть своих клух за чаепитием с таким лицом, будто я за сахаром в магазин выходил.

Я серьёзно: мы поднялись на каменной платформе, минуя ступени, вошли в главный холл, где теперь можно было через потолок увидеть небо, прошли мимо столовой, где мои чай пили с какими-то азиатками, а те даже глазом не повели! Даже, когда я окликнул их, просто повернули головы, кивнули, что-то сказали и помахали ладонью. Всё!

Они не просто не удивились, им насрать было! Чай оказался важнее Самсона!

Девчонки что, совсем не беспокоились обо мне? Походу я их разбаловал. Надо будет в следующий раз убиться, чтобы жизнь мёдом не казалась.

Суко сразу завела меня в какую-то уцелевшую комнату, где передала в руки слуг, сказав мне что-то напоследок.

— Что?

— Будьте чисты! — громко повторила она и покинула комнату, где за меня взялось аж шестеро служанок, уж не знаю, куда так много.

Раздели, осторожно помыли, после чего нежно обтёрли полотенцами. Причём меня засунули в такую большую бадью, после чего сами туда залезли, раздевшись до гола. Приятно, конечно, и может я бы уделил этому больше внимания, если бы на их касания и тёплую воду тело не отзывалось новой болью, от которого хотелось только одного.

— Подарите мне смерть, женщины… — прохрипел я.

— Рано, Самсон, тебе умирать. У нас большие планы на твою персону, — голос Мелиссы пробился даже сквозь мою тугоухость. Судя по всему, её уже предупредили о моей проблеме, потому что она чуть ли не кричала.

— Мелисса… — улыбнулся я, повернувшись ко входу. Вот кого я был всегда рад видеть в любой ситуации, понятной и непонятной. — Шикарно выглядишь.

Не, выглядела она действительно хорошо. Эта китайская юката, особенно на её огромной груди, Мелиссе очень шла. Прямо завораживающе так и пыталась соскользнуть с кончиков плеч, чтобы оголить хозяйку. Не зря же говорят, что развратный наряд лучше его полного отсутствия — там уже не так интересно.

— Спасибо, — улыбнулась она, после чего махнула рукой, прогоняя голых служанок. Те поклонились, подхватили свои одежды и быстро удалились, оставив нас одних. — Рада тебя видеть живым.

— Да ладно, рада, вы даже не беспокоились о том, что я мог погибнуть!

— Это сила веры в тебя, — улыбнулась она, подойдя ко мне поближе и протянув ладони к голове. — Это показывает не наше безразличие к тебе, а то, что мы уверены в тебе и твоей силе. Никто даже не сомневался, что ты справишься и выживешь. А теперь не двигайся, я верну тебе слух, а то так кричать на весь дом не очень комфортно.

Мелисса коснулась ушей, и я тут же почувствовал тепло. Судя по всему, сейчас она жарила исцеляющей магией со всей силы, чтобы сразу вернуть в строй мою способность слышать.

Мы так и сидели до тех пор, пока она не отняла руки.

— Ты как, слышишь меня, Самсон? — негромко спросила она.

— Как в собственной голове, — кивнул я удовлетворённо.

Блин, такое ощущение, именно что физическое ощущение, будто из ушей вытащили не только затычки, но и серные пробки. Такая приятна пустота чистота в ушах ощущается, что я аж кайфанул. А то до этого как будто серой забиты были и постоянно чесались.

Мелисса окинула меня взглядом с ног до головы.

— Вижу, тебе досталось по первое число в этот раз.

— В этот раз? — хмыкнул я. — Да мне постоянно прилетает.

— Вот что точно, то точно. И возвращаясь к нашему вопросу, нет, мы не беспокоились, потому что ты не маленький ребёнок и не раз доказывал, что тебе всё ни по чём. Всегда же возвращаешься, — улыбнулась она. — А не потому что нам плевать.

— Но, если бы меня встретили обнимашками и поцелуями в щёку, будто соскучились, было бы приятнее, чем так, будто я и не уходил.

— Ох уж вы, мужчины… — растянулась она в улыбке. — Лезешь к вам — не трогайте, мы не маленькие. Не лезешь — почему нас не ценят. Ну давай я тебя зацелую и заобнимаю. Давай, куда тебя поцеловать?

— Что, прям любое место?

— Слишком долго думаешь, — и чмокнула меня в щёку. — А теперь давай проверим твою самую важную для нашей империи часть.

Я почувствовал её холодные пальцы на мошонке. Как они ловок и осторожно перебирают, прощупывают, чуть ли не ласкают, после чего она взяла их в ладошки…

И как сожмёт!

Ну ладно, я шучу, конечно, она просто начала исцелять их следом за ушами. Но было бы неожиданно, поступи она так.

— Расскажешь, что произошло с дворцом? — поинтересовалась она.

— Да что рассказывать? Прилетел на драконе, высадился, поднялся, нашёл артефакт, который всё поддерживал, и взорвал нахер, — пожал я плечами. — А, ну ещё утащил у них четырнадцать артефактов, которые взрываются. Помнишь, те, которыми мы дыру продолбили тогда в мир духов?

— Этот тот мешок с шарами, — кивнула она в угол.

— Ага. И ещё один для тренировок. Короче, постарался я на славу.

— Это уж точно. Оценили все, особенно, союзницы нашей радушной хозяйки.

— А что не так?

— Судя по всему, они рассчитывали захватить дворец, а не уничтожать его полностью, — пояснила Мелисса.

— Да как-то плохо пытались. Я видел с башни на том острове, как этот город разносят. Да и вообще, пусть спасибо скажет, что мы вписались, могли бы и не помогать вовсе. Она же нас во внутреннюю войну втянула.

— Да, она ещё та лиса, — кивнула Мелисса. — Ну ничего, терпеть осталось недолго, Самсон. А ты давай ложись, сейчас тебя чуть-чуть в порядок приведу, а то на лице написано, что тебе больно. Это ты так упал?

— Нет, это когда замок