Компаньон - Garret Hawke Amell

порядке, мой дорогой… И рада тебя видеть. — сжала мою руку в ответ мама. — Но тебе пора идти, если ты не хочешь опоздать на ужин. Я, наверное, лягу пораньше. Завтра предстоит много дел.

— Разумеется. — кивнул я. — Отдыхай. А потом может мы как-то… Не знаю, по парку прогуляемся, скажем? Покормим павлинов?

— Прекрасная мысль. — сухие губы матери мимолётно коснулись моего виска. — Обязательно прогуляемся, дорогой. И если захочешь поговорить, я всегда в твоём распоряжении.

— Я знаю. Доброй ночи, мама. — пожелал я, выходя из кабинета.

— Доброй ночи, дорогой. — тихо ответила она. Дверь за мной закрылась совершенно бесшумно.

Уже в своей комнате я быстро написал короткое письмо крёстному, постаравшись как можно менее эмоционально описать ситуацию. Но, если маме спокойнее, когда я под присмотром дяди и доктора Левина, то мне будет гораздо легче, если рядом с ней будет хотя бы крёстный. А разговор насчёт татуировки может и подождать. Проводив взглядом птицу, я посмотрел на часы и отправился в душ. Нужно привести себя в порядок и собраться. Мама права. Негоже опаздывать на ужин. Особенно учитывая, что там будет Панси.

Черный том 89. В летнюю ночь

Собирался в лондонский дом я в приподнятом расположении духа, чего не бывало уже достаточно давно. Правда, уже ступив в камин запоздало осознал, что стоило прихватить с собой хотя бы цветы для Панси. Возвращаться в спешке назад просто чтобы выполнить задуманное — означает поставить себя в ещё более смехотворное положение, чем сейчас. Как только рев в ушах смолк, и меня перестало болтать из стороны в сторону, я открыл глаза. Из камина я вышел крайне аккуратно, почти с наскока, как будто преодолевал особенно высокую лестничную ступеньку. Это помогло сохранить равновесие. А очистить одежду от сажи — секундное дело.

— Дядя. — поприветствовал я хозяина дома.

— Проходи уж, племянник… Почти все уже здесь. — усмехнулся дядя, крепко пожимая мою ладонь.

— Здесь — это где именно, прошу прощения? — переспросил я.

— В малой гостиной наверху. Как только прибудут все, почти сразу соберёмся в столовой. — махнул рукой в сторону лестницы дядя. Я благодарно кивнул и заспешил наверх, спиной чувствуя сопровождающий меня шёпот портретов. Впрочем, очень скоро я отвлёкся. Стоило подойти к двери, почти сразу послышались громкие голоса. Я невольно нахмурился. Спор? Так быстро? Что произошло на этот раз? Чтобы предупредить о своём присутствии, я громко постучал по двери костяшками пальцев. И не дожидаясь ответной реакции, переступил порог.

— Добрый вечер.

В комнате воцарилась немая пауза. Судя по бордовому от недовольства лицу Рональда Уизли, для него вечер почему-то перестал быть добрым ещё до моего появления. Следом мой взгляд скользнул по одинаково мрачным близнецам, уставшей Грейнджер и слегка раздражённой Панси.

— Прошу прощения, я не хотел прибыть последним. — снова нарушил тишину я. Отвечать мне никто не спешил. Только Панси через пару секунд выдохнула, щелкнула веером и облегченно улыбнулась, подходя ко мне.

— Наоборот, ты как нельзя вовремя. — приобняла меня она, мимолётно губами касаясь щеки. — Может, стоит закрыть дверь, чтобы не мешать остальным гостям?

— Разумеется. — спохватился я, взволнованно улыбнувшись. Сердце отчего-то забилось быстрее. И наше объятье с Панси вышло чуть дольше, чем полагалось при формальном приветствии. Впрочем, не похоже, чтобы она была против. В эту краткую долю секунды я ещё раз пожалел, что не захватил цветов.

Стоило закрыться двери, как все остальные будто бы отмерли. Рональд фыркнул, сохраняя бордовый цвет лица, и так и сел в кресле, ни на кого не глядя. Грейнджер коротко мне кивнула, а Фред и Джордж переглянулись между собой и с одинаково плутовскими улыбками заключили:

— Сиятельный лорд Малфой почтил нас своим присутствием? Какая честь!

— Благодарю, мистер Уизли и… Мистер Уизли. — усмехнулся я, церемонно наклонив голову в сторону обоих. — Если вы оба не возражаете, то я приму это за комплимент, нежели за оскорбление. Сегодня, знаете ли, совершенно неподходящий вечер для того, чтобы ссориться. И кажется, у нас с вами отныне один портной? — приподнял бровь я, окидывая костюмы и туфли обоих коротким взглядом. — Одобряю, одобряю. Вам обоим очень идёт.

— Премного благодарны! — до жути официально заключили близнецы. Я не выдержал и расхохотался первым. Панси закатила глаза и слегка сжала мою ладонь, подводя к креслу. И тут же опустилась в соседнее, по левую руку от меня.

— Итак… — выдохнул я. — Рассказывайте, как дела. Мне страшно любопытно.

Невзирая на недовольного младшего Уизли и задумчивую, молчаливую Грейнджер, атмосфера в малой гостиной быстро стала тёплой. У близнецов и впрямь врождённый талант разряжать обстановку. Кто знает, может, сложись ситуация иначе, с их магазином приколов что-нибудь бы и вышло. Но сейчас мне очень не хотелось думать о будущем. Особенно о том, что не сбылось.

Где-то внизу в очередной раз взревел камин, а уже через пару минут в комнате с хлопком появился эльф и позвал всех на ужин. Вечер начался.

***

Дядя сидел во главе стола с Амелией Боунс по левую руку. Справа от него расположилась чета Уизли, сразу за ними Ремус Люпин. Буквально под боком у бывшего преподавателя по защите от Тёмных искусств сидели близнецы, похоже, намеренно выбрав место подальше от брата. Поссорились, не иначе.

Грейнджер сидела рядом с Фредом, что, впрочем, никак помешало ей после первой же смены блюд засыпать Люпина вопросами о чарах Патронуса. Близнецы сначала просто прислушивались к беседе, а потом начали азартно спорить с бывшим профессором. Тот поначалу изумился, но против явно не был: шум разговора не умолкал.

Рональд сидел чуть дальше остальных, сосредоточив внимание исключительно на содержимом тарелки. Так и получилось, что мы с Панси оказались совсем обособлены в дальнем конце стола. Сириус был занят каким-то серьёзным разговором с Амелией Боунс и четой Уизли, все остальные не обращали на нас совершенно никакого внимания. Впрочем. не то чтобы я возражал.

В последние недели мы с Панси переписывались крайне редко. Она только-только вернулась из Греции, я был занят делами дома и другими планами. И сейчас в её присутствии я… Волновался. Мой взгляд то и дело останавливался на её длинных изящных