Наследник. Часть 1 - Кирилл Сергеевич Довыдовский

Следующий вскрик раздался уже из другой точки. Быстрый гад! Будто его раскаленной Краской в заднюю точку ужалили!

Почти тут же раздалась пара резких выстрелов. Биркин спугнул типа. После мы пробежали еще метров сто. До места, где ждал мобиль, оставалась всего пара минут, когда…

— Назад!

Причем мы с Биркиным выкрикнули это одновременно.

В нескольких метрах от меня дохнуло энергией. Я ощутил резкий порыв ветра, а после…

…резко махнул «бабочкой», Разрезая летевшее на нас облако Стихии. Да, светиться не хотелось, но по-другому никак. Это снова была та тягучая техника, которой Ганзо уже пытался меня накрыть, но более объемная и заряженная. Мы бы в ней все застряли, как мухи в киселе.

— Сворачиваем! — крикнул я.

Сбоку виднелся просвет между темными корпусами. Там был забор, но с ним бы я справился с помощью Разреза.

Вот только…

Еще один всплеск Стихии!

На этот раз огненной! В воздухе зажглось сразу несколько крупных огненных шаров, осветив все на десятки метров.

А радом с тем забором появилась подружка Ганзо. Ее с помощью своего ускорения притащил все тот же Рывок. И тут же снова исчез, ускорившись. Полезный тип, выходит. Вот для чего его используют.

— А теперь поговорим! — раздался голос впереди нас.

Это уже был сам Ганзо.

За спиной у него стоял тот здоровяк — четвертый стихийник. И у него подмышкой был зажат… Пако.

Латино был основательно подпален, но явно жив. Просто без сознания.

И почти тут же…

Ты сам понял, — напомнил о себе Старик.

Да…

Важность комма и обломков Гексапода тут же стала меньше. Способность Навигатора однозначно говорила, что на все те же вопросы мог ответить латино. Причем, не только на них. Будто две ключевые для меня и для Звездных линии на нем пересекались. Уходя направлениями куда-то далеко в будущее.

Что будешь делать?

Звучало, как издевка, но, кажется, иногда мне были нужны подобные учительские подзатыльники.

Думать, — ответил я мысленно.

Хороший выбор.

Кажется, Старику понравилось, что я не стал просить его вмешаться, и разрулить все при помощи Плазменного Меча.

Теперь оставалось придумать, как именно все порешать.

— Поговорим, Ганзо! — ответил я. — Кстати, с днем рождения тебя!

— Что? Ты немного перепутал, парень. Полгода назад было.

— Ну, теперь два раза будешь отмечать. Роботы чуть тебя не поимели. И ребяток твоих…

— Ганзо, давай я подпалю этого говорливого, — тут же раздалось сбоку, со стороны стихийницы.

Ну и голосок! Словно яд потек!

— Погоди, Лариса, — отозвался авторитет. И снова уперся взглядом в меня. — Ты преувеличиваешь, парень. Я был надежно защищен. А если и нет… глупо указывать на это. Ведь ты сам все устроил…

— Да брось, — отмахнулся я. — Уже очевидно, что это не я. Наверняка ты заметил, что Нино мутит воду, решил узнать в чем дело… И чуть сам без башки не остался. Да и остался бы, если бы хотя бы немного не повезло. Так что ты у Нино спрашивай… Хотя нет, не получится. Кто-то его прикончил, поняв, что он спалился. Похоже, у тебя враги есть.

— Интересно разговариваешь, — проговорил Ганзо медленно. — Будто что-то знаешь.

— Да логика простая. Еще кое-что хочешь? Весь этот грохот точно привлечет внимание гвардейцев. Скорей всего они уже собирают отряд, чтобы все тут проверить. Хотя если слухи насчет тебя и графа верны, то тебе это не так важно, да ведь?

И если еще секунду назад взгляд Ганзо был скорее задумчивый, то тут он откровенно похолодел.

Все потому, что я наступил Ганзо на его «любимую» мозоль.

Биркин с Уолшем много рассказали мне про главного теневого воротилу Графского Городка. И одной из главных тайн было то, что Ганзо не работал на графа, как я считал до этого. Все было практически наоборот.

Граф просто забирал у Ганзо процент с прибыли.

Причем очень неприятный процент. Нет, нищим Ганзо себя, конечно, не чувствовал. Но развернуться, как хотел, уже не мог.

Более того. Биркин даже говорил, что Ганзо чуть ли не с отчетами к графу ездил, когда тот требовал.

С учетом свободолюбивой натуры, вряд ли Ганзо мог воспринимать это не как унижение.

— Если, конечно, граф не ждет повода, чтобы скинуть тебя и поставить на твое место кого-то своего, — добавил я. — А что. Структура отлаженная, удобная. Под тебя, конечно, заточена. Так что в прямую тебя не уберешь, а вот если это кто-то со стороны сделает…

— Много слов и мало дела, щенок, — бросил Ганзо.

Без ярости вроде бы. Но холодок у меня по загривку пробежал.

Нет, все-таки реально опасный дядька. Это встреча, как минимум, стоила того, чтобы лучше понять одну из главных действующих фигур в Графском Городке.

А Ганзо — и я теперь это видел — был именно фигурой. Не равной Бекелеву, конечно, но самостоятельной фигурой, которая могла повлиять на расклад.

Ясновиденье подсказало, что Ганзо принялся готовить еще какую-то мощную технику, когда…

— Он у меня на прицеле, если что, — ожил вдруг мой комм.

Пушка!

Вот же… молодец.

Правда, этого все равно мало. Сейчас-то Ганзо начеку. Да и в принципе, с учетом всего, он явно из тех, кто даже в туалет, без мощного барьера на теле не ходит.

Впрочем, этим Пушка не ограничилась.

— Да, тут еще одно… — раздалось от нее.

И тут же из темноты донесся уже другой голос. Хорошо мне знакомый.

— Бандиты! Руки подняли и отдыхаем!

Ганзо почти тут же повернулся в ту сторону и…

БАБАХ!

На груди у него расцвел ярко-зеленый разрыв боеприпаса на основе Краски. Причем это явно было что-то даже тяжелее, чем «Колонист». Ганзо унесло куда-то в темноту.

БАБАХ!

Вторая вспышка озарила облик стихийницы «Ларисы»…

— В громилу не стрелять! — рявкнул я тут же в комм.

Нельзя, чтобы в Пако попали!

Впрочем, отбить его сейчас шансов тоже не было. Уж слишком силен Ганзо. К тому же…

— Подъехали мобили с бойцами, — оповестил комм голосом Пушки. — Двадцать-тридцать человек… Из эфира ушла.

Правильно. Уж гвардейцы точно перехватчик включат, а перед ними нам подавно светиться нельзя.

Так что теперь точно валим.

— К машине! — бросил я Биркину.

И мы побежали.

Ганзо тоже резко стало не до нас. Пако, к сожалению, так и остался у него. Но отбить его сейчас возможности не было. Важнее было, что он просто жив.

По итогу каким-то чудом нам все-таки удалось разминуться с гвардейцами.

Ну а у мобиля меня встретил Ефим с тяжелой винтовкой в руке.

— Ты уж, прости, Михал Романыч, но не мог я без дела сидеть, — сказал он первым делом. —