Песнь льда, пламени и атома - Ленивый Сайгак

А стартовые позиции для начала новой жизни у меня не просто отличные, а превосходные. У меня дипломатический иммунитет, признанный от наместника короля, в должниках очень авторитетный лорд и неплохой стартовый капитал в золотых монетах. Возможно, я наконец открою свою практику и спокойно проживу свой положенный остаток жизни.

— Так каковы ваши планы, сир Марк, в отношении Семи Королевств?

— Если вы считаете, что постыдный эпизод неуважения вашего подчинённого как-то повлиял на мои планы, то можете не беспокоиться. Устав Братства предписывает в таких ситуациях не доводить до эскалации конфликта.

— Вы выставили моего мейстера необразованным юнцом, говоря странные слова, значения которых для меня загадка. Я устал соблюдать этот проклятый этикет и буду говорить с вами как один солдат с другим. Вас это устроит?

— Вполне, лорд Старк.

— Отлично. Для начала скажу, что я буду последним кретином, если упущу такого воина и учёного мужа. Вы с самого начала показали себя только с достойной стороны, несмотря на то что посрамили моего мастера над оружием. Мормонты рассказали мне в подробностях всё, что вы для них совершили. Поэтому вот вам мои условия: как Хранитель, я не могу оставить ваше появление необозначенным. Мне придётся отослать ворона в столицу, и о вас узнают, но вы получите мою защиту и покровительство. Также я хотел бы заключить с Братством в лице вас сделку: вы обучите всему, что вы знаете или согласны обучить, тех людей, кого я вам пришлю. Сразу скажу, что платить согласно величине ваших навыков я не смогу, казна показывает дно, но я могу вам выделить землю и освободить её от налогов на пятнадцать лет. От вас же требуется только дальше помогать моим вассалам. Даю вам слово, что по пустякам вас не будут беспокоить. — Мда, торговые компании из НКР оставили бы Рикарда без штанов и в долгах, а наши торговцы из Братства так и вообще заставили бы платить за право торговли с нами. Но мне наоборот это импонировало.

— Я могу высказаться прямо и откровенно?

— Наоборот, это было бы к месту.

— Вы ужасный правитель, лорд Старк.

— С чего вы так решили?

— Вы честны. Для обычных людей это полезная и необходимая черта характера достойного человека, для лорда, управляющего целым регионом, — катастрофа.

— Будь мы на юге, я бы с вами согласился. Но мы на Севере. Мы не можем тратить время, чтобы выяснять отношения между собой или интриговать, ибо некогда. Из-за Стены лезут одичалые, с запада рейды Железнорождённых, с востока — пираты и работорговцы, да и наши соседи с юга регулярно наведываются к нам с недобрыми намерениями. Мои люди постоянно отбивают набеги, следя, чтобы скудный урожай не разорили, а скотину не зарезали. На юге честность — слабость, на Севере — необходимость. Поэтому я прошу вас дать мне ответ здесь и сейчас.

— Уберите землю из сделки, и я согласен.

— ...

— Лорд Старк?

— ...

— Лорд Старк, мне вызвать вашего мейстера?

— Нет, нужды. Просто я думал, что вы начнёте торговаться и завышать условия, а не занижать. Даже наши торговцы начали бы просить больше.

— Лорд Старк. Я привык обходиться малым. Даже у себя на родине я бы смог не просто озолотиться, а жить как бог во плоти. Но такая судьба мне отвратительна. Всё, что я хочу, — это покоя для себя. Я устал воевать. А игры с властью оставил для тех, кому она интересна. Пока на меня действует статус посла, вы можете присылать людей мне на обучение. Вас устраивают такие условия?

— Вполне. Раз мы всё решили, я распоряжусь выделить вам комнату в замке и...

— Я вас перебью, лорд Старк, но я бы хотел жить у Мормонтов. Это проблема?

— Небольшое осложнение. Но где проживать, я вам не могу указывать. Есть ещё какие-либо пожелания?

— Никаких.

О святой Атом, десять минут разговора, и я получил заветную пенсию. Размеренная и спокойная жизнь. Жди меня.

Глава 9 - Дети цветы жизни

Тайвин Ланнистер. Красный Замок.

Тайвин Ланнистер — Лев Запада, лорд Ланниспорта и самый молодой десница в истории Семи Королевств — с каждым днём разочаровывался в своей должности всё больше. Дружба с королём, которая в начале казалась многообещающей, начала стремительно разрушаться под давлением мелочности, капризности и безответственного характера Эйриса, чья некогда блестящая маска талантливого и решительного правителя постепенно трескалась, обнажая человека, чьё самолюбие не знало границ. Тайвин, вступивший в должность десницы с железной решимостью вернуть короне былую мощь, внезапно обнаружил, что вынужден тратить силы не на управление королевством, а на бесконечные попытки удержать монарха от собственных ошибок.

В первые месяцы он ещё пытался убеждать себя, что это временно: юный король просто не привык к власти, со временем поймёт возложенную на него ответственность; расставание с иллюзиями придёт позже. Но годы шли, и каждый совет, каждая попытка направить Эйриса сталкивались с раздражением, упрямством и растущей подозрительностью. Тайвин видел, как король отдаляется от него, как в его глазах бывший друг превращается в угрозу, в тень, заслоняющую монарший блеск.

Но он стойко принимал это бремя. Несмотря на мелочность короля Эйриса, несмотря на некомпетентность Малого Совета, где короля окружали лизоблюды и чванливые глупцы, он сумел возобновить торговлю в Узком море, снизить налоговое бремя без вреда для короны, истребить разбойничий сброд, расплодившийся в Королевских Землях. Казалось, что вместо Малого Совета и короля работает только его десница.

Но одна проблема никак не хотела решаться. Имя этой проблемы — Роджер Пайк. Самый неуловимый пират по обе стороны Узкого моря. Он прославился на войне тем, что постоянно топил любой конвой банды Девяти, дерзкими ночными атаками на лагеря наёмников и безрассудной храбростью бросался на любого противника. Он мог бы стать воином Королевской гвардии за свои заслуги, если бы не оскорбил Эйриса, назвав в пьяном бреду того «тенью величия Таргариенов». Эйрис это запомнил и после своей коронации объявил заслуженного героя, обвинив в оскорблении короны и уклонении от налогов, вне закона.

И последние пять лет Роджер мстил Эйрису. Король слишком хорошо охранялся, и добраться до него в его вотчине Роджер не мог. Но он мог отомстить людям, что служат королю. Септоны