Песнь льда, пламени и атома - Ленивый Сайгак

и ждут своего получателя. Вот зря я им сообщил такую новость: они словили ступор и не могли прийти в себя, когда я назвал им их доли. Кроме сира Барристана — он даже от меча хотел отказаться, пришлось его шантажировать об его связи с Тиаллой, лорду-командующему. Куда он от своего меча денется. И деньги ему были не положены не потому, что я не хотел делиться, нет — устав Королевской гвардии гласит об отказе от имущества. Оставил их в кабинете господина Несториса, чтобы они осознали свою новую участь миллионера. А сам пошёл с сиром Барристаном ловить наших парней — вытрезвители сами себя не освободят.

Дал им всем ровно один день на опохмел, а потом провёл общее собрание насчёт их будущего. Ведь с какой целью я их освободил? Чтобы они мне помогли и получили за это долю от награбленного, а что произойдёт дальше — уже под вопросом. Нет, у меня были планы на будущее, где мне пригодились бы мои парни, но прежде всего я должен спросить их.

Стоим на плацу с сиром Барристаном и вдыхаем стойкий запах перегара. Об их загуле ясно говорила записка гонфалоньера: он благодарен нам за вклад в дело развития города и в улучшение торговли, но в будущем постарайтесь больше не учинять пьяных бунтов. И в самом низу записки добавил, что он Морской Владыка, а не гонфалоньер.

Предложил им всем разойтись: каждому положено по пять сотен золотых монет за их старания и терпение, что они проявили во время нашего похода, оружие и доспехи принадлежат им. С такими деньгами они могут начать абсолютно новую жизнь, почти где угодно. Но все как один мгновенно протрезвели и начали возмущаться, почему это вдруг они не могут пойти со мной. Они даже были готовы отказаться от денег, лишь бы и дальше быть братьями. Ну и что мне оставалось, кроме как взять их с собой в Вестерос? Ай, ладно. Эуроновы уйдут с Эуроном, ему такие головорезы пригодятся, это точно. Марков и Джорахов возьму с собой, а для сира Барристана у меня заготовлен сюрприз.

Уже плывя на корабле через Узкое море, мы направлялись прямо в Гавань, чтобы торжественно вручить королю режик. Тогда же у меня случился с рыцарем диалог:

— Сир Иувар, я думал, что мой век как рыцаря окончен, что мне предстоит стать ещё одним братом из хроник Гвардии, не отличившимся ничем особенным. Но вы... вы подарили мне самое невероятное приключение на свете. Я смог увидеть мир, познакомиться с десятками культур, встретить сотни народов, участвовать в невероятных событиях, быть свидетелем чудес, о которых не догадается ни один мейстер, вкусить яств, достойных королей, и обрести братьев, что примут мой удар на себя. Я не знаю, как можно расплатиться с таким долгом в течение одной жизни, но, как вы говорите, постараюсь это сделать.

— Сир Барристан, не забудьте про Тиаллу, — ой, как сорокалетний мужик смутился.

— Спасибо, что напомнили, лорд Грейджой.

— Ну, вообще я знаю, как вы можете мне отплатить.

— Слушаю вас, сир.

— Позаботьтесь о наших братьях, они вновь стали людьми, но пока не научились жить самостоятельно. Присмотрите за ними, убедитесь, что никто не наживётся на них.

— Разумеется, сир.

— И это ещё не всё.

— Не всё?

— Ну да. Думаете от меня такой халявой отделаться? А хрен вам. Скоро откроется представительство Железного банка в Королевской Гавани, там будет открыт счёт, и вы в нём указаны как получатель. Сир Барристан, вы ведь знаете, что Гавань гниёт, и от этого гниения страдают все люди, живущие там. Используйте эти средства, чтобы улучшить их жизни: Блошиный Конец должен стать ещё одним тихим районом, где дети должны жить, а не выживать, женщины — ходить без оглядки, а мужчины — не бояться за семью. Вот моя плата, сир.

— Вы возложили на меня слишком многое.

— А наши братья вам помогут, просто помните, что вам не надо всё это делать в одиночку.

— С такими условиями я согласен, сир.

Но вот доплыть спокойно у нас не получилось: сбылось моё опасение о том, что по приезде мне не повезёт. Пара десятков галей с недружелюбно настроенными моряками под флагом Королевского флота пока вежливо попросила нас плыть рядом с ними.