Песнь льда, пламени и атома - Ленивый Сайгак

— Вот вроде ты и умный, но местами глуп как баран. Сколько раз тебе рассказывать что там в застенье обитают ужасы и твари вроде одичалых которые только и ждут чтобы сожрать всех нас, а стена охраняет царство людей от этих уродов!

— Галбарт ты вроде не тупой, но я устал повторять что Стена бесполезна, ее достаточно обойти по морю. И в моей голове не укладывается мысль как кто-то сумел защитить от ледникового периода людей построив стены вдоль всего континента.

— Не ледниковый период, а иные, иные тебя подери! Мормонт вбей наконец в него хоть немного ума!

— Сам и вбивай, Гловер. Ищи других идиотов которые вобьют в голову что крепче железноствола твои "умные" мысли — мальчиками всего лишь девяносто лет на двоих.

— Милорды я призываю вас обоих наконец заткнуться и перестать докучать нашему гостю пока я не попросила его снова продемонстрировать свой "интеллект" уже на вас!

— Леди Мормонт, вы должны нас понять. Он не верит что наши предки сражались с Иными и сумели их победить. Если бы он не был бы вашим другом я вызвал бы его на бой!

— И позорно бы проиграли. А что касается иных. Марк не обязан знать наши обычаи и предания. Но он уважает северян. Мне и моему брату этого достаточно.

— Вы как всегда правы. Жаль что вы отказались от моего предложения о замужестве.

— Еще одно предложение о замужестве и от знакомства вашей головы и моей палицы вас не спасет даже лорд Старк!

— Мормонт, видимо леди Мейдж нашла лучшую пару чем я!.

— Гловер, ты не обижайся, но даже медведи на моем острове лучшая пара чем ты, — сразу видно старые друзья и соратники.

Наверное со стороны мы выглядели как группу комиков почему-то одетых в железки, а не гордыми северными лордами и ветеранами битв. Но за всей этой атмосферой циркачей на выгуле я видел взгляд характерный для военных что ждут засады. Сам такой взгляд замечал у братьев на рунах Вашингтона, когда неделями отбивал нападки всей разумной и неразумной фауны. Сурово живут северяне раз даже дома не могут расслабиться.

Чтобы войти в Винтерфелл нужно проехать сквозь Зимний Городок. На удивление я думал что встречу хаотичные постройки и кучу бедняков живущих в тени замка. Но нет люди выглядели сытыми и занятыми, дома каменные и расположены учитывая планировку. Приятно удивило малое количество грязи. Въезжая сам замок я был потрясен. Может с точки зрения обороны Винтерфелл и не совсем хорош, но внутри как и снаружи он был красив.

Встречал нас сам лорд Старк во дворе, я думал начальство не должно встречать подчиненных. Сам Старк производил впечатление паладина братства с поправкой на эпоху. Идеально прямая спина, волевой взгляд и умные глаза, и как и любой паладин братства стали умение внушить впечатление что всем окружающим стальную волю, только общее впечатление портил пылесборник на лице. Я предпочитаю не допускать растительности.

Сейчас по сути я встречаюсь с местным "королем", выше него только король всего королевства, и по этикету я обязан ему кланяться, но этого я делать не буду не в коем случае. Я паладин Братства — Стали, организации что существует более двух сотен лет. Мы пережили великую войну и послевоенный хаос, сражались с чудовищами старого и нового мира, мы возрождаем человечество оплачивая за это плотью и кровью наших братьев и сестер. Кланяться в почтении я не буду не кем из местных, я помогу им если они попросят, буду сражаться за них как велит долг братства, но кланяться я буду перед равным. Если у местного герцога возникнут ко мне претензии, то это его проблемы, и если он только попробует создать Мормонтам проблемы то я похороню его под развалинами Винтерфелла.

— Лорд Мормонт, лорд Гловер, леди Мормонт — я приветствую вас Винтерфелле.

— Милорд, спасибо что приняли нас. — лорды и леди поклонились, а сопровождающие за ними сделали более глубокий поклон. Я стоял ровно, в закрытом шлеме, что не ускользнуло от глаз лорда Рикарда. Не устраивает сцен на глазах у всех, плюсик в его репутацию.

— Здесь должны стоять все лорды и люди всего королевства и кланяться вам. Знайте лорд Мормонт что вы совершили подвиг достойный отразится в веках. Я созвал всех лордов севера дабы засвидетельствовать сей доблестный акт. Но я как твой друг прошу у тебя привилегию увидеть его чтобы удостовериться что он мертв.

— Конечно лорд Старк, - достав проспиртованную башку Пайка из бочки и показав ее Рикарду, лорд-хранитель Севера смачно плюнул в нее. Мне уже интересно насколько Пайк всех достал.

— Лорд Мандерли обещал отдать за его голову золота равное его весу. Считайте что деньги ваши лорд Мормонт. А теперь пройдемте, насладитесь гостеприимством Винтерфелла и расскажите мне как вы сумели его прикончить.

— Как я бы не хотел убить ублюдка сам милорд, эта честь принадлежит не мне и моим воинам.

— Думаю она принадлежат воину что стоит позади всех и не проявил мне должного почтения.

— Прошу простить его милорд. Он не знает здешних традиций и этикета, — я возможно и подставил Джиора, но все равно я кланяться не стану.

— Оставьте это лорд Мормонт, для такого воина это простительно. Познакомь нас.

— Конечно милорд, — что же пора узнать какой ты лорд Старк.

Мейдж Мормонт.

С момента своего спасения все помыслы Мейдж были поглощены незнакомцем. Всё в нём было вызовом: чуждая сталь доспехов, неведомое оружие и медицинские знания, превосходящие навыки легендарных мейстеров.

Она ожидала от него возвышенности и величия, но увидела нечто иное. Вместо ожидаемой надменности она встретила человека, не чуждого едкого юмора, колких комментариев и, что самое удивительное, самой черновой работы слуг. Когда в своём импровизированном «госпитале» он лечил раненых и пострадавших, Марк собирал из подручных материалов всё, что требовалось для спасения жизней: шины из обломков доспехов, создавал стойки для внутривенных вливаний из верёвок и старых фляг. Его «обеззараживание» инструментов сводилось к кипячению воды в металлическом тазу, а для питья он конструировал примитивные, но гениальные фильтры из ткани и мха. Все эти прагматичные действия, далёкие от величественной магии, заставляли его выглядеть скорее гениальным кузнецом или бродячим изобретателем, чем посланником богов. Он был загадкой, сотканной из противоречий.

И,