Счастье в доме на краю осени - Лада Соль

Дома у Яра тепло. Уля встречает нас со счастливым визгом и тут же тащит меня на кухню — показывать, какое она испекла печенье вместе с Ольгой Николаевной. Я пытаюсь улыбаться, но руки дрожат.

— Ты грустная, — замечает Уля, глядя на меня своими большими глазами.

— Просто устала, — я глажу её по голове. — Но твоё печенье точно поднимет мне настроение.

Она улыбается, и на секунду мир становится чуть светлее. В этом доме, который находится почти на краю улицы (не считая нескольких домов за ним), рождается счастье.

Мы садимся пить чай и слушаем довольное щебетание Ули. Ольга Николаевна уходит под предлогом отдохнуть. Я удивляюсь тому, как она быстро влилась в дом Акуловых. Хотя чему удивляться? Я тоже чувствую себя здесь как дома. Хотя живу здесь всего несколько дней.

Через час Уля убегает в ванную, взяв с меня обещание, что я почитаю ей перед сном. Тяжёлые мысли почти не посещают меня, пока мы не остаёмся с Яром наедине.

Убираю чашки со стола, тарелки. Хочу занять руки, чтобы не думать. Но я снова чувствую удивление, когда Яр берёт полотенце и начинает насухо вытирать посуду. И так всё правильно в этот момент, что в груди разливается тепло, вытесняя боль и непонимание сегодняшнего дня.

— Завтра я свяжусь с адвокатом, — тихо говорит Яр, убирая последнюю тарелку в шкаф. — Мы всё уладим, Ева.

— Знаешь, что самое ужасное? — спрашиваю так же тихо, но не жду ответа от Яра. — Я даже не знаю, что ожидать от Зарубина. Столько всего узнала за последние недели, что страшно представить, с кем я жила все эти годы.

— Ты больше не останешься одна, — Яр подходит ко мне вплотную, заставляя посмотреть ему в глаза. — Я не отдам тебя больше. Даже если мне придётся весь мир перевернуть.

— Не нужно переворачивать, — шепчу в ответ и ощущаю прикосновение тёплых губ на своих.

— Никогда не приставал к замужним, — с неожиданным озорством говорит Яр, и притягивает меня к себе за талию.

– Не приставай, – подхватываю его настроение.

– Не могу, – голос садится, заставляя меня задрожать, но мелодия входящего звонка вырывает нас из этого маленького кусочка счастья.

Яр достаёт телефон из заднего кармана, вот только то, что произносят ему, с другой стороны, заставляет его побледнеть.

Глава 21

Глава 21

Дни пошли, как картинки триллера. И такое чувство, что эта осень принесла с собой всё, что только могла собрать за прожитые годы: всю боль, непонимание, обиды, потери, проблемы…

И стоит мне только остаться наедине со своими мыслями, как меня накрывает страшной апатией.

Нет, я работаю, продолжаю жить в доме Яра, играю с Улей по вечерам и читаю ей сказки — но не могу заставить себя даже рот открыть.

Ярослав видит, что со мной происходит, и сам начинает злиться! Вот только ничего поделать не может.

Зарубин попал в аварию. И мало того что он сам пострадал очень сильно, так ещё и Эльвира — вместе с ним.

У Волковой сломаны руки, несколько рёбер и нога. Она была в искусственной коме несколько дней, пока её пытались собрать. Григорий Акимович осунулся за это время так, что мне даже страшно смотреть на него.

Но самое ужасное, что Зарубин пострадал настолько, что сейчас даже говорить не может — хотя два дня назад пришёл в себя.

Лариса Олеговна закатила настоящий скандал, обвинив меня во всём, что произошло с её любимым сынком. И самое ужасное, что эта ненормальная женщина будто специально ищет встречи со мной. Уже несколько раз даже приходила в компанию.

А в последние дни ко всему прибавились угрозы и обвинения — по телефону и во всех возможных мессенджерах. Я точно знаю, что пришло уведомление о том, что брак будет расторгнут в ближайшие две недели.

Адвокат Ярослава работает в полную силу, вот только многое изменить не так‑то просто. Мы с Зарубиным официально — муж и жена. И всё, что этот… мужчина нахватал у кредиторов, теперь повисло ещё и на мне!

— Ева, ты как? — ко мне подходит Яр и накрывает рукой мою руку, лежащую на мышке.

А я только сейчас понимаю, что уже полчаса смотрю в экран и не могу собраться. Я каждый день вижу цифры, которые будто специально растут, — и не понимаю, как я не замечала, что Дима творит всю эту дичь?

— Пытаюсь понять, как я могла быть такой слепой, — отвечаю Яру. И… оказывается, он единственный, перед кем я не притворяюсь.

Не пытаюсь быть улыбчивой или изображать спокойствие. Когда‑то этот мужчина ушёл из моей жизни так болезненно, что я не могла забыть его… очень долго! А сейчас он вошёл в неё так, будто и не уходил. Будто вернулся на место потерянный кусочек пазла!

— А это нормально, что я чувствую себя сейчас дрянью? — спрашиваю тихо, смотря в глаза Яру.

Он напрягается, а через секунду приседает возле моего стола на корточки и разворачивает кресло так, что мои ноги упираются ему в грудь.

— Это нормально, — отвечает он серьёзно. — Ты человек, Ева. Настоящий. Ты прекрасная женщина не только снаружи, но и внутри. Ты чувствуешь стыд, обиду, а совесть твоя пытается наставить на путь истинный. Но давай договоримся: твоей совестью побуду я в эти дни.

— Яр, это неправильно, — попыталась возразить я, но Акулов только быстро склонился и поцеловал меня.

Его поцелуй неожиданный, яркий и слишком… желанный. Он не давил на меня все эти дни — только был рядом. А я поняла, что просыпаюсь утром и спешу на кухню быстрее, чтобы приготовить завтрак для Ули и Ярослава.

Уля каждое утро просыпается первой и бежит на кухню, врезаясь мне в ноги и обнимая крепко. А потом выходит Яр и уже нежно прижимает меня к себе, оставляя каждый раз лёгкий поцелуй на виске.

Он не переходит границу. Даже спим мы в разных комнатах. Но вот сейчас… в небольшой приёмной перед его кабинетом — короткий поцелуй. По телу пробегает жар, а в висках начинает пульсировать.

За дверью этой комнаты бушует мир, но мой сейчас сузился до размеров вот этого невероятного человека!

Но всё волшебство момента нарушает звонок на мой мобильный. Поднимаю трубку и не сразу