Счастье в доме на краю осени - Лада Соль

— Приезжай! Немедленно! — а вот теперь я узнаю голос Ларисы Олеговны. — Меня из квартиры выселяют! Это ты постаралась?

— Лариса Олеговна? Я при чём, что вас выселяют? — спрашиваю я и чувствую, как сердце начинает болезненно колотиться в груди.

— Это из‑за тебя Димочка брал все эти кредиты! Вот ты и выплачивай! Я вам всё сейчас скажу… — а это она явно начала говорить кому‑то другому и отключилась.

— Лариса Олеговна! — только и успела крикнуть я, как мобильный отключился.

— Я так понимаю, эта семейка решила всё повесить на тебя, — Яр не спросил.

Но, судя по тому, как он напряжён, ответа ему и не нужно. Он легко поднялся, а через мгновение уже набрал по мобильному адвоката и попросил приехать.

— Собирайся, Ева, — через несколько минут переговоров сказал Яр. — Мы едем сначала к твоей свекрови, а потом в больницу.

— Ярослав, это же…

— Правильно! — строго перебил меня Яр и подошёл ко мне вплотную, вытаскивая из рабочего кресла. — Всё так, как и должно быть! Каждый получает то, что заслужил, Ева! Но в данный момент я не готов отдать тебя на растерзание этой гнилой семейке. Они либо примут мои условия, либо пойдут вместе с мамашей за решётку!

Мы выезжаем почти сразу. Яр ведёт машину сосредоточенно, изредка бросая на меня короткие взгляды. Я сжимаю в руках телефон, будто он может защитить меня от того, что ждёт впереди.

— Яр, может всё же подождём, пока пройдёт этот месяц и я стану официально свободна от этого… — начинаю говорить я, но Яр резко перебивает меня.

– Ты передумала? Решила поиграть в благородство? –спрашивает он, не отрывая глаз от дороги. – Я не буду бросаться громкими фразами. Но и не узнаю тебя. Ты ведь никогда не сдавалась, Ева. Или ты решила ещё и помочь этим… – Яр не договорил, с силой сжимая руль и въезжая во двор, где находится моя квартира.

Странно, но слова Яра вселяют в меня уверенность и желание больше никогда не встречаться с этими людьми.

Мы входим в подъезд новостройки, а по телу пробегает озноб. Оказывается, весь этот шик и не был мне нужен. Всё было слишком пустым. Ненастоящим. Да и жизнь моя была пустышкой.

Но стоит нам выйти на нужном этаже, как мы слышим громкие голоса и брань. Картинка становится ясной: двое мужчин в рабочих комбинезонах пытаются вынести мебель, а Лариса Олеговна, раскрасневшаяся и взъерошенная, стоит в дверях и кричит:

— Не позволю! Это моё! Всё моё! – Увидев нас, она замолкает на полуслове, а потом резко вытягивает руку в мою сторону: — Вот она! Это всё из‑за неё!

Один из мужчин оборачивается к нам и окидывает сканирующим взглядом. Рядом с ним стоит мужчина в форме.

— Вы кто? Кем являетесь жильцам этой квартиры? – сразу уточняет он.

Ответить я не успею, как за нашими спинами снова открывает лифт и проявляется адвокат Яра.

– Вот наш представитель, – Ярослав кивает в сторону подошедшего мужчины. – Можете пообщаться. А мы пока поговорим с этой женщиной.

– Привела своего любовничка в дом моего сына? Тварь! – шипит змеёй Лариса Олеговна, но я, на удивление, не реагирую.

Делаю шаг во внутрь, обходя диван, который я же и выбирала когда-то для гостиной и шагаю на кухню. Я знаю, что Яр идёт за мной. И меня впервые забавляет ненависть Ларисы Олеговны.

Прохожу на кухню и сажусь за стол. Яр садится рядом, а Лариса Олеговна, понимая, что не может меня задеть, начинает краснеть.

– Вы присаживайтесь, – предлагаю я и указываю на стул напротив. – Разговор у нас будет короткий, но плодотворный.

– Ты пришла угрожать мне? – вместо того чтобы сесть за стол, Лариса Олеговна ставит одну руку в бок и смотрит на меня взглядом победителя. – Так я могу подать на тебя заявление, что это ты подстроила аварию Димы.

– Вы не спешите бросаться обвинения, мадам Зарубина, – холодным голосом Яр останавливает свекровь. – Для начала вы изучите вот это всё, – и он кладёт на стол белую папку. – Внимательно изучите, а потом попробуете повторить всё что, только что сказали.

Лариса Олеговна брезгливо берёт папку, но с первой страницы, начинает бледнеть. Её глаза бегают по строчкам, а дыхание становится отрывистым.

– Это что? Клевета! Ты не посмеешь! – у неё начинают вырываться слова, ровно до последней страницы.

Я знаю что там!

Полицейские нашли тех, кто подожгли мой дом. А ещё эти товарищи почти сразу дали показания, кто их нанял. Эта информация поступила Яру сегодня утром. И только благодаря тому, что адвокат Ярослава хорошо знает следователя.

– Я всегда знала, что ты принесёшь нам только проблемы! – шипит Лариса Олеговна, и каждом её слове ни грамма раскаяния.

– Я? – голос садится, но Яр сжимает мою руку своей, молча поддерживая. – Вас больше ничего не смущает? Вы и Дима, сломали мою жизнь. И это я виновата?

– Мой сын просто оказался не в том месте, дрянь ты такая! – а вот теперь эта странная женщина заорала на всю квартиру. – Это ты… сама бросилась под колеса ему вместе с этим! – и тычет пальцем в сторону Яра. – И ты сейчас думаешь, что я стану извинятся? На колени упаду? Это ты должна просить прощения! Мы на тебя столько времени потратили!

Глава 22

Глава 22

Странно, но после общения с Ларисой Олеговной меня будто отпустило. Совесть? Да, она у меня есть! И сейчас она просто села где‑то в сторонке, пьёт успокоительный чай и ждёт завершения переломного момента в моей жизни.

Самое удивительное, что, когда приставы всё же арестовали квартиру, мне стало даже легче. Нет, я смогла убедить Яра, что мне она и не нужна. И здесь дело даже не в деньгах, а в том, что каждый должен что‑то потерять, чтобы осознать всё произошедшее.

Я приняла то, что моя мама поступила жестоко по отношению ко мне. Какие бы цели она ни преследовала, боль тихим эхом отзывается в груди периодически, когда я вспоминаю о ней!

Григорий Акимович, как оказалось, оплатил лечение не только Эльвиры, но и Зарубина. Но если дочь он