Узники старых часов - Лена Александровна Обухова

— Мы старались. Потолки побелили в комнатах, обои переклеили. Но это был уже финальный этап. Сначала я тут генералила. Вообще света белого не видела из-за уборки. Но справилась. Прабабушка жила неплохо, но вещей и мебели слишком много хранила. Я часть выбросила, остальное переложила, рассортировала.

— Да, много сделано. Но еще много и сделать надо, верно ведь? — Артем бродил по комнате, трогал вещи, но Лине не было неприятно. Она видела его интерес и заботу о пространстве.

— Ты абсолютно прав! — воодушевилась она. — Я бы хотела и в комнатах закончить, хотя бы линолеум поменять и плинтуса нормальные положить, а не этот крашеный кошмар. А уж про кухню и ванную даже думать иногда страшно. Хотя очень хочется и там навести порядок. Знаешь, мне кажется, в кухне меньше проблем: плитка еще послужит, техника тоже, только гарнитур нормальный поставить, чтобы было куда складывать посуду и необходимые мелочи. А вот ванная... Сам посмотри.

— Да, тут ремонт нужнее, чем в остальной квартире, — протянул Артем, осматривая санузел. — Чисто, как у тебя всегда, но очень, я б сказал, взросло.

— Даже старо, — вздохнула Лина. — Хотя тут место есть, особенно если ванну огромную убрать, правда? Я бы тут, в углу, душевую кабинку поставила, а в этом углу — машинку стиральную. Если верить рулетке, все отлично войдет. Дальше — раковину, небольшую, с тумбочкой под ней и зеркалом над ней. И унитаз новый. Но сначала надо кафель положить от пола до потолка. Потому что эти половинчатые стены ни кабинку не выдержат, ни каких-либо других работ...

Она с грустью провела рукой по стене. Когда-то было популярно в ванной красить стены до половины ядовитой зеленой или синей краской, а выше — белить обычной известью. У прабабушки граница краски и побелки еще и подчеркивалась когда-то наклеенной, а теперь изрядно облупившейся кассетной пленкой. И это доставляло неудобства. Пока сидишь в ванне — вроде нормально. Но стоит встать и включить душ, как на побелке образуются мокрые пятна, а известь кое-где вздувается. Да и краска явно не была рассчитана на столь долгий срок эксплуатации. А уж мысли про смесители и сливы Лина старалась задвинуть в самые дальние уголки сознания...

— Хорошо придумано, — одобрил Артем.

За разговором они успели переместиться в кухню и взять по аппетитной слойке к чаю.

— Туда пошел бы светлый салатовый оттенок, — добавил он. — Плитку под мрамор, чтобы рисунок не подбирать, сэкономить немного. И кабинку для начала хотя бы недорогую, со шторкой. Ванну ты точно не хочешь?

— А зачем? — Лина пожала плечами. — Все равно сейчас мало кто именно принимает ванну, с солью там, маслами и расслабляющей музыкой. Все больше душ. Поплескался и побежал.

— И то верно. — Артем потянулся за второй слойкой. — И когда думаешь начинать?

— Во всем этом есть одна очень большая проблема. — Она грустно поболтала ложкой в чашке. — Деньги. Прабабушка оставила мне несколько тысяч, но они давно ушли. Обои, клей, краска, кисти. И на жизнь поначалу было нужно. А на моей работе я так быстро не накоплю, зарплата маленькая, а кушать хочется каждый день.

— Да, это проблема, — согласился Артем. — Но идеи у тебя хорошие, мне нравятся. Ты вообще изменилась сильно. Взрослая стала, разумная, настоящая женщина. А хочешь, я тебе помогу с ремонтом?

Лина от удивления чуть не выронила чайник, за которым встала, чтобы долить чай. Ничего себе!

— Поможешь? — только и выговорила она, усилием воли отгоняя возникшую в голове картинку ремонта мечты.

От фантазии ее внезапно отвлекла Мисти, которая, сидя на подоконнике, прислушивалась к их разговору.

— Ахх-шшш, — вырвалось у нее. Шипение было негромким, но вполне убедительным. А поднявшаяся на загривке шерсть лишь добавляла весомости этому аргументу.

— Чего ты? Успокойся, девочка, меня никто не обижает, — проворковала Лина, подхватывая любимицу на руки. Почесывание под подбородком, как всегда, немного расслабило Мисти, и она опустила шерсть, но когти не втянула, наоборот, постаралась покрепче вцепиться ими в футболку хозяйки.

— Аш-хххх...

— Все хорошо, — прошептала Лина в черную шерсть и тут же перевела взгляд на бывшего: — С чего бы вдруг такая щедрость, Артем?

— Как с чего? — совершенно искренне возмутился тот. — С того, что я тебя люблю. И мне не плевать на твои проблемы. Геля, я же сказал... Я многое понял за это время. Осознал, сколько ты для меня делала. С тобой я возвращался домой, зная, что там я нужен и меня ждут. А это очень сильно влияет, прибавляет желания чего-то добиваться. Если ты будешь со мной, я горы смогу свернуть. Мы вместе сможем.

— Вместе?

— Да. Знаешь, ты была кругом права. Я тебя не ценил, не понимал, насколько ты мне нужна. Думал, ты никуда не денешься, будешь со мной, будешь хранить наш очаг, нашу семью. И когда ты ушла, я... Я растерялся. Оказывается, когда просто живешь с девушкой, расстаться так легко. И все происходит так быстро. Вот ты собрала вещи и ушла. И все, мы уже чужие люди. Я так больше не хочу.

— А как ты хочешь? — прошептала Лина.

Раньше Артем никогда не говорил ей таких слов. Может, он все же действительно любит ее? И не хочет терять? Им же и правда было хорошо вместе...

— Я хочу по-другому, по-настоящему... — Артем поднялся и сделал шаг к ней, коснулся ее щеки в ласкающем движении. Его голос от волнения даже просел. — Я хочу, чтобы мы были вместе официально, чтобы делили все на двоих. Я понял, что готов к браку. И раньше был готов, просто боялся. Сам не знаю чего. Может, потерять мнимую свободу. Может, считал, что все и так нормально и незачем усложнять. А сейчас я хочу усложнить. Если ты согласишься выйти за меня замуж, все будет иначе, поверь. Я тебя не оставлю. Мы будем вместе всегда и везде. Хочешь?

— Артем, я... — Лина растерялась. Она не была готова к таким открытым заявлениям, не была готова услышать признание и предложение руки и сердца в случайный день на собственной кухне в перерыве между двумя чашками чая. — Мне...

— Я не прошу тебя сейчас давать ответ, —