Инженер - Станислав Дайтек

офицеров. Штатное оружие, патроны без ограничений на отстрел. И главное: когда телепорт заработает, ты и твоя спутница будете в первом эшелоне эвакуации. Ну и конечно, ты получишь доступ к разной информации, при условии, что не станешь кричать о тайнах кому попало.

— Но, — голос стал жестче, — учитывая всё, что произошло с миром и со всеми нами, и ту удачу, что сопутствовала всем выжившим, наглеть всё-таки не советую. Взамен ты будешь работать. Много. Не для себя, а для функционирования этого городка и всей страны. И второе: особые задания. Иногда твои навыки инженера могут потребоваться для решения специфических проблем в разных местах. Будет создана особая группа, специально под тебя. Вам придется выезжать «в поля» и работать в опасных условиях. Конечно, мы постараемся минимизировать риск, но к нулю его не сведём. Впрочем, сейчас нигде не безопасно.

Словно подтверждая слова Казанцева, за окном внезапно взвыла сирена. Тянучий, рвущий барабанные перепонки звук, заставил меня вздрогнуть, а затем стал немного тише, хотя по прежнему был слышен по всей территории военной части. Едва первый вой оборвался, на столе заголосил телефон, при этом еще и замигав красной подсветкой.

Казанцев мгновенно поднял трубку. Лицо его окаменело, взгляд стал жестким и сфокусированным.

— Слушаю. — Он замер, вслушиваясь в хриплый голос на другом конце провода. Глаза сузились. — Сколько? Откуда идут? Понял. — Он вжал подбородок в грудь, голос зазвенел металлом. — Немедленно загоняй всех гражданских и беженцев из палаток внутрь основного периметра! Ворота закрыть, заслоны в бетон! Личный состав в ружье, занять оборону по периметру, готовиться отражать прорывы. Любые агрессивные цели снаружи уничтожать без предупреждения. Выполнять!

Он бросил трубку, даже не сказав «отбой». Надавил кнопку на древнем селекторе у себя на столе. Дверь кабинета с тихим щелчком отворилась, и на пороге возник лейтенант в полевой форме, с автоматом на груди.

— Сопроводи товарища, — Казанцев на мгновение замялся, глянув на меня, потом кивнул в сторону двери. — И спутницу его, в бункер. Он повернулся ко мне, уже отстранено, будто переключившись на другую задачу: — Двигай в убежище, не отставай. И тут же схватил телефонную трубку.

Я выскочил из кабинета. Стефа уже стояла, бледная, сжимая в руках пистолет. — За мной! — крикнул я, хватая её за рукав. — Быстро! Про себя подумал, нормально ли то, что нас не обыскали, перед визитом к Казанцеву? А вдруг мы захотим его убить? Хотя это раньше было актуально, щас человек с системными умениями не менее опасен, чем простой человек с пистолетом…

Думая об этом, я бежал за лейтенантом по коридору. Мои мысли оборвал тончайший свист, перекрывающий звук сирены и крики за окном, а затем, в окне я увидел, как одно из новых зданий из спрессованной земли вдруг осело. Не взорвалось, а просто сложилось внутрь себя, будто кто-то мгновенно выдернул несущие конструкции. Стены пошли трещинами, кровля рухнула, и всё здание за секунду превратилось в бесформенную кучу глины, арматуры и густого облака рыжей пыли. Там наверняка были люди, а теперь просто груда мусора. Надеюсь, что кто-то выжил.

Не успел я переварить увиденное, как пол под ногами подпрыгнул. Ударная волна прошла через все здание и меня швырнуло в стену, Стефа охнула, лейтенант пошатнулся, но в первое мгновение устоял. Затем прошла еще одна волна и мы все рухнули на пол. В ушах зазвенело, из вентиляционных решеток посыпалась штукатурка, а по стене побежали трещины.

Потом треснувшая стена коридора просто развалилась. В пролом хлынул свет, ветер и густое, едкое облако пыли. Но тут же, с жутким хрустом, над головой стал обваливаться потолок. Тяжёлые бетонные плиты и скрученная арматура перегородили проход, засыпав лестничную клетку и продолжение коридора непроходимой грудой обломков. Движение вперёд было полностью отрезано.

— Быстро наружу! — рявкнул лейтенант, откашливаясь в пыли.

Мы выкарабкались из-под рухнувших конструкций и, спотыкаясь, рванули в образовавшуюся дыру, выбегая из рушащегося здания прямо на улицу, в клубы рыжей пыли и непрекращающийся вой сирен.

Оглянувшись, я быстро оценил обстановку. Здание штаба в основном уцелело, но местами стены превратились в зияющие рваные проёмы. Сквозь них, как в разрезе кукольного домика, виднелись внутренности кабинетов: вывернутые столы, сорванные карты, а в одном из проломов даже просматривался кафельный туалет, где в растерянности замер какой-то мужчина в майке со спущенными штанами, судорожно сжимая в руках рулон бумаги. Воздух стоял тяжёлый, насыщенный пылью и гарью. Люди вокруг кашляли, суетились, перебегали от укрытия к укрытию, лица были бледными, глаза расширенными от непонимания, но трупов пока не виднелось. Здание, построенное еще в Советскую эпоху, в основном уцелело.

А вот наш сопровождающий застыл в растерянности. Он смотрел в направлении главной лестницы, где ещё минуту назад была массивная стальная дверь убежища. Сейчас прохода не существовало. Вместо него возвышалась груда обломков поверх которых, словно ознаменуя абсурдность происходящего, торчал красный флаг, свалившийся откуда то сверху. Лейтенант замер, сглотнул, его взгляд метнулся по завалу, потом на нас. Он явно не знал, что делать.

Я мгновенно понял его затруднение. Перекрикивая непрерывный вой сирены и треск обваливающихся перекрытий, я рявкнул: — Мы спрячемся! У нас есть где!

Лейтенант на долю секунды встретился со мной взглядом, кивнул, будто получив долгожданное разрешение, и, развернувшись, рванул обратно в пыльные коридоры штаба.

— Сюда!, я схватил Стефу за рукав, и мы помчались по дорожке, лавируя между бегущими людьми и разбросанным скарбом. Нашим пунктом назначения было трёхэтажное здание из прессованной земли, где мне выдали квартиру. Оно пока стояло. Стены были целы, крыша не провалилась, только в нескольких местах выбило стёкла.

Мой план был довольно прост: зайти внутрь здания, разорвать прямую видимость с улицей и возможными свидетелями, а дальше нырнуть в домен, где и переждать час или два, пока военные разберутся, кто и зачем атакует базу. Вот только вселенной было плевать на мои планы.

Так же как и другие дома, мой внезапно затрясся, а затем сложился сам в себя, добавляя в окружающий мир еще одну порцию пыли и хаоса.

Когда пыль осела настолько, что впереди стало видно больше чем на пару метров, картина немного прояснилась. Дом не рухнул от ударной волны и не сложился сам по себе. Он ушёл под землю. Прямо на месте трёхэтажки зиял провал, края которого были изрыты свежей глиной, вывернутыми корнями и обломками фундамента. Мы со Стефой едва удержались на ногах в первые секунды, когда землю дёрнуло, а теперь стояли у самой кромки, осторожно отступая от осыпающейся почвы.

Минута тянулась как час. Вокруг выли сирены, рвались выстрелы, где-то перекрикивались люди,