Попаданка в злодейку. Герцог, вашего грифона я не отдам - Юрий Фурсов

Но пока не знаем, что это значит. Если тот, кто его подменил, поймет, что подмена обнаружена, у него появится время убрать следы в остальных башнях.

Кайрел сложил лист вчетверо.

— Продолжайте.

Мне потребовалась секунда, чтобы заметить изменение. Он не сказал, что будет делать. Не потребовал подчиниться. Просто ждал, что я закончу мысль.

— Северную башню надо проверить так, чтобы обычная работа внешне не изменилась. Если Раук сейчас спокоен рядом с эталонным ключом, можно сначала выяснить, какие еще участки дают неправильную реакцию. Потом сравнить документы с тем, что действительно установлено в башнях.

Тарен покачал головой.

— Войти в управляющую часть незаметно невозможно. Там ведется журнал каждого посещения.

— Для кого?

— Для работников управления, стражи, ремонтников.

— А для главы управления?

Тарен посмотрел на Кайрела.

Я тоже.

Кайрел сразу понял, к чему я веду.

— Севран.

— Он и так собирался проверить архив лично. Если проблема появилась внутри его системы, у него есть причина помочь.

Тарен явно хотел возразить, но герцог уже принял решение.

— Не отключай Северную. Пока ограничим движение старших офицеров со знаками в ее секторе.

— Под каким предлогом?

— Проверка маршрутов после случая с Сайром.

— А если спросят, почему командиры без знаков?

— Скажешь правду. Мы проверяем возможную связь между знаками и поведением грифонов.

Тарен помолчал.

— Это уже не особенно тайно.

— Тайной должна остаться подмена управляющего ключа.

— Понял.

Он направился к воротам.

Я окликнула его второй раз:

— Тарен.

На этот раз он обернулся без раздражения.

— Да?

— Когда будете поднимать оставшиеся шесть случаев из двадцати одного, проверьте не только командиров рядом. Узнайте, были ли старшие офицеры выше по маршруту, на соседней площадке или у башни. Не обязательно стоять возле грифона, если знак работает через систему.

Тарен посмотрел на Кайрела.

Герцог сказал:

— Сделай.

— Теперь точно понял.

После его ухода Кайрел некоторое время молчал, глядя на закрытые ворота.

— Что? — спросила я.

— Ничего.

— Вы редко так долго думаете ни о чем.

— Я пытаюсь решить, в какой момент вы начали распоряжаться моими офицерами.

— Я предложила проверить сведения.

— Дважды остановив его у ворот.

— В следующий раз буду делать это внутри дома. Тогда формально ворота не пострадают.

Кайрел посмотрел на меня, а потом неожиданно произнес:

— Не надо.

— Что именно?

— Останавливаться.

Ответ был настолько простым, что мне потребовалась секунда.

Он показал на лист в своей руке.

— Вы заметили риск раньше меня. Если увидите еще что-то, говорите сразу.

Вместо обычного желания возразить я обнаружила, что мне нечего добавить.

— Хорошо.

Кайрел направился к крыльцу, но с крыши донесся тяжелый скрежет.

Раук поднялся.

Герцог остановился.

Грифон подошел к самому краю, посмотрел вниз, затем расправил крылья и спрыгнул во двор. Он приземлился в стороне от нас, прошел несколько шагов и устроился возле стены.

Кайрел ничего не предпринимал.

Командирский знак находился в закрытой коробке у входа, достаточно далеко.

— Вы хотите к нему подойти? — спросила я.

— Хочу.

— Тогда почему стоите?

— Потому что утром вы достаточно убедительно объяснили, что мое желание не является для Раука приказом.

Он произнес это спокойно, без недовольства.

Мне понравилось, что повторять объяснение не пришлось.

— Сейчас он не выглядит испуганным.

— Я вижу.

— Значит, можете проверить.

Кайрел сделал шаг.

Раук остался на месте.

Второй.

Никакой реакции.

Герцог не пошел дальше.

— Почему остановились?

— Хочу понять, что сделает он.

Мы ждали.

Раук сначала посмотрел на ворота, потом на крышу, где еще несколько минут назад лежал рядом с эталонным ключом. После этого поднялся и сам направился к Кайрелу.

Не после команды.

Не потому, что мужчина вытянул к нему руку.

Кайрел вообще не двигался.

Раук прошел последние несколько метров, остановился рядом и коснулся клювом его плеча. В первой половине дня он уже позволял Кайрелу приблизиться без знака, но тогда каждое действие было частью проверки. Сейчас никто ничего от него не требовал.

Грифон выбрал расстояние сам.

Кайрел положил ладонь ему на шею.

Раук остался.

Я отвернулась к крыльцу, давая им хотя бы несколько секунд без наблюдения. Не из деликатности. Просто некоторые вещи не нуждались в комментариях.

Через некоторое время Кайрел сказал:

— Я решил, что потерял его.

Я повернулась.

Он по-прежнему стоял рядом с грифоном.

— Когда?

— Три дня назад. После того как Раук впервые не позволил надеть седло.

— Но он оставался рядом.

— Физически.

Теперь я лучше понимала, что он имел в виду.

Двенадцать лет рядом с существом, чьи реакции изучены почти так же хорошо, как собственные. Потом оно начинает отступать, отказываться идти следом, избегать привычных действий, а причины нет.

— Вы думали, что сделали что-то неправильно?

— Перебрал все, что мог вспомнить. Последний полет. Посадку. Строй. Новое седло, которое использовали два дня. Даже людей, которые подходили к нему.

— Знак не проверили.

— Знак был частью меня на службе. Я перестал его замечать много лет назад.

Это объясняло больше, чем длинные оправдания.

Я посмотрела на Раука.

— Он