Скованные/Manacled - Сен Лин Ю

Грюм посмотрел на нее долгим взглядом:

— Не припомню, чтобы ты докладывала об этом.

Гермиона вскинула брови.

— В то время я была занята другими вещами. Я успела лишь перенести ингредиенты в кладовую с зельями, чтобы разобраться с ними позже. Только в июле мне удалось понять, что именно смогло раздобыть Сопротивление. — Она пожала плечами. — Никто не давал мне приказа отчитываться по каждому зелью.

Лицо Аластора дернулось от раздражения, но он, похоже, всерьез рассматривал предложение Гермионы.

Он в задумчивости крутил пальцами древко палочки.

— Если мы используем бомбу для проникновения в Хогвартс, нам не избежать серьезной битвы.

— Я знаю. — На секунду Гермионе показалось, что она не может дышать: так сильно волнение сдавило грудную клетку. Ей пришлось заставить себя успокоиться. — Я подумала: что, если мы притворимся, что это спасательная операция? Тогда большая часть сил будет брошена на основную атаку, в то время как отдельная группа постарается проникнуть в замок. Магия Хогвартса, скорее всего, сможет распознать Минерву и позволит нам попасть на территорию школы.

Грюм медленно кивнул, все еще находясь глубоко в своих мыслях.

Не сказав больше ни слова, Гермиона покинула комнату.

Оказавшись одна в своей кладовке, она склонилась над рабочей столешницей и устало опустила голову на деревянную поверхность. Ее руки дрожали от накопленного напряжения. Волдеморт был для них словно приближающееся цунами. Гавань, в которой Сопротивление нашло свое убежище, уже начала тонуть под давлением волн.

Что бы Гермиона ни делала, ее усилий было недостаточно, чтобы они удержались на плаву.

Уже неделю Драко находился за границей, проводя ревизию подчиняющихся Волдеморту марионеточных правительств. Особой необходимости в такой проверке не было, это задание было простой прихотью темного мага.

Родольфус Лестрейндж выполнял схожее поручение, когда его схватила Габриэль.

Драко оставил в хижине записку, в которой объяснял свое отсутствие. Задание стало такой неожиданностью, что пара строк оказались единственным, на что у него хватило времени.

С того момента, как Гермиона прочла записку, ей снились кошмары. Иногда в этих снах она аппарировала на пляж в Корнуэлле и обнаруживала в комнате для допросов измученного Драко, привязанного к стулу. В другие ночи девушке снилось, что он не возвращался обратно, а Северус сообщал ей, что им удалось обнаружить расчлененное тело Драко где-то за границей.

Ей даже не приходило в голову предупредить его о Габриэль.

Когда через несколько дней кольцо на ее руке внезапно нагрелось, Гермиона тут же бросилась к выходу с Площади Гриммо. Аппарировав к хижине, она взбежала по ступенькам и резко открыла дверь.

Драко уже ждал ее в комнате, все еще одетый в мантию Пожирателя Смерти.

— Ты вернулся. — От облегчения Гермиона едва устояла на ногах.

Он был здесь. Живой и невредимый.

Подойдя к нему, она положила дрожащую руку ему на лицо.

— Ты в порядке? — спросил Драко.

Гермиона коротко кивнула, положив голову ему на грудь.

— В чем дело?

Несколько секунд она молча вслушивалась в стук его сердца, и в ее голове билась только одна мысль: «живой».

— Все в порядке. Я просто очень устала. Кажется, что до этого момента я даже забыла, как дышать.

Мгновение он оставался неподвижен, а затем тихо вздохнул. Руки Драко в нерешительности замерли у плеч девушки, прежде чем он заключил ее в объятия.

От дурного предчувствия у Гермионы свело живот. Резко открыв глаза, она спросила:

— Что случилось?

Повисло молчание. Она почувствовала, как дрогнули пальцы Драко на ее спине.

— Мой отец… Он возвращается в Англию.

Сердце Гермионы пропустило удар, и она подняла взгляд на Драко.

Выражение его лица было спокойным. Даже смирившимся.

— Он ожидает, что я составлю ему компанию, когда мы оба будем свободны от заданий Лорда.

— О.

Гермиона не знала, что еще можно ответить на это. Посмотрев на Драко, она заметила, что тот избегает ее взгляда, хотя его руки все еще обнимали ее за плечи.

Задумавшись в поиске нужных слов, девушка добавила:

— Конечно, ты должен проводить время со своим отцом.

Драко издал резкий смешок.

— Ну, это вряд ли. Мой отец, он… — Драко засомневался и опустил взгляд в пол. Казалось, его голос стал звучать более юно. — Можно сказать, он всегда винил меня в слабом здоровье матери. — Его лицо сохраняло спокойное выражение, и только глаза опасно сверкнули. — Он всегда напоминал мне, что я должен быть безупречным наследником рода, чтобы как-то искупить то… что мама чуть не умерла из-за меня.

— Драко…

Он слегка вздрогнул и прочистил горло, возвращая тону привычную сдержанность:

— Достаточно сказать, что мне будет непросто… выполнять задания… в ближайшем будущем. Возможно, у меня будет уходить на это больше времени. Надеюсь, что, когда ты расскажешь о ситуации Грюму, он учтет это.

Он окажется недоступен для Ордена. И для нее.

Гермиона едва стояла на ногах от усталости, но все же кивнула и заставила себя выпрямиться:

— Конечно. Не переживай. Значит, тебе придется вернуться в поместье?

Драко кивнул.

Гермиона сжала его руки в своих и пробежалась пальцами по кистям, убеждаясь, что в них нет тремора. Она не была уверена, что им удастся встретиться в ближайшее время, так что ей нужно было удостовериться, что Драко не пострадал.

— Когда он прибудет в Англию?

— Завтра или послезавтра. Я узнал об этом, когда вернулся в страну с докладом о миссии, — его голос звучал безжизненно.

Губы Гермионы дрогнули:

— Мне жаль. Может быть… он не задержится надолго.

— Возможно. Он не любит проводить здесь много времени.

Какое-то время Драко наблюдал, как Гермиона массирует его руки, а затем вдруг резко втянул носом воздух. На его лице заходили желваки.

— Кажется, что-то происходит. Передай Грюму. Мне сказали, что, пока меня не было, Волдеморт уже несколько раз лично посещал лаборатории в Сассексе. Что бы он ни затеял, он не делится этим ни с кем из своих приспешников, кроме разве что Долохова. Возможно, это как-то связано с возвращением в Англию моего отца.

Гермиона кивнула:

— Я скажу Грюму. Думаю… Орден планирует атаку на Хогвартс.

— Надеюсь, что это действительно так. В последнее время от Ордена было подозрительно мало вестей, — в его глазах читался немой вопрос.

Избегая взгляда Драко, она ответила:

— Смерть Кингсли стала для всех слишком сильным ударом.