Из России с Малфоем - Alteya

— Платок, — дал довольно очевидный ответ Серёга. — Тебе, — добавил он неожиданно застенчиво.

— Дак он же… — Люся осторожно погладила пальцами плотный шёлк. — Он дорогущий, поди?

— А то, — радостно сказал Серёга — но, сообразив, что ляпнул что-то не то, поправился: — Так ты ж заслужила! Красотища же? — спросил он почти заискивающе.

— Красотища, — согласилась Люся, заворожённо глядя на платок, — надо убрать обратно, на первое сентября надену, как Пашку поведём в школу. А там чего? — она достала два таких же пакета и вынула оттуда ещё два платка — нежно-голубой и бело-жёлтый. — Это что же… и Надьке купил, и маме?

— Ага, — закивал Серёга, по правде, вообще о тёще позабывший. Это ж как удачно вышло! — Ты себе любой возьми, — добавил он щедро. — Какой больше нравится.

— Дак красный же, — радостно сказала Люся, — мне как раз будет, а Надьке голубенький, а маме жёлтый с белым. А там чо?

Она полезла в остальные пакеты. — Это же Пашке ремень? — удивлённо спросила она. — Дак здоровый какой, на вырост, что ли?

— Угу, — ну а кому это ещё могло быть? Никому у них ремни больше нужны не были. — Пашке. А то. Глянь, качество какое! — сказал он с таким видом, словно это самое качество обеспечил собственными руками.

— Ну, а шоколадки-то чо купил? — удивилась Люся, открывая следующий пакет. — У нас тут тоже есть. Вон, вчера "Сникерсы" купила. А это… — ей на глаза попался последний пакет, из которого женщина извлекла две коробочки с духами. — Господи…

Она вдруг тихо заплакала, прижимая к груди флакончик "Опиума".

— Ты чего? — перепугался Серёга. Нет, он не однажды видел жену плачущей — но тогда всегда был повод. А теперь? — Ты это… чего это? — он помялся и, подойдя, неловко тронул её за плечо.

— Я ж их только на картинке и видела, — Люся вытерла глаза, — Танька журнал какой-то на работу приносила. А про эти, — она кивнула на второй флакончик, — я и не слышала никогда. Вот спасибо-то тебе! А чо мы сидим-то? — спохватилась она. — Собирайся давай! Пойдём за Пашкой с Надькой, да маму позовём — и подарки смотреть, и ремонт! Пусть хоть порадуются!

— Так я что — я ж готов! — на радостях Серёга даже не стал привычно возмущаться грядущим визитом тёщи — может, потому, что впервые в жизни ощущал себя почти героем.

Люся заметалась по квартире, ища, во что бы сложить пакеты с подарками — тащить их в руках она вполне резонно опасалась. Наконец, отыскав объёмную клетчатую сумку, она осторожно уложила туда все пакеты и скомандовала:

— Чо стоишь? Оденься поприличнее да пошли! — и сама бросилась переодеваться — не идти же по улице в домашнем халате!

Да куда приличнее-то? Серёга оглядел себя: штаны и рубаха чистые… чего ещё надо-то? Но на всякий случай открыл шкаф — даже не заметив, что дверца больше не болтается — и обалдело уставился на два костюма, пять рубашек и… два галстука, аккуратно развешанных на вешалках.

— Серый костюм доставай, — потребовала Люся, — он новенький совсем. И рубашку белую!

Серёга даже спорить не стал и послушно переоделся — и уставился в невесть откуда взявшееся на внутренней стороне дверцы шкафа большое, в рост, зеркало. И обалдел от собственного отражения. Даже галстук взял, решительно выбрав между синим и тёмно-бордовым первый — только вот, завязывая, запутался и в отчаянии позвал:

— Люся! Люсь, поди-ка!

— Чего тебе? — спросила Люся, выглянув из прихожей.

— Галстук, бл… — он вовремя проглотил окончание слова и повторил: — Галстук, говорю! Как его вязать-то?

— А ты чо, забыл, как в пионерах галстук завязывал? — фыркнула Люся, — дай сюда!

Она повязала ему галстук и сказала:

— Хорош копаться, пошли уже!

— Дак там по-другому же! — попытался оправдаться Серёга, но махнул рукой. Чего уж — опростоволосился. Галстук. Ишь… — Пошли, чо, — буркнул он, ещё раз оглядывая себя в зеркало. А хорош…

— Хорош, хорош, — словно услышала его мысли Люся, — красавЕц! — и, открыв новенькую железную дверь, предмет её нешуточной гордости, величаво выплыла в подъезд.

Навстречу новой жизни — где не будет мужа-алкоголика, пропивающего всё, что заработает, где ей не придется горбатиться на двух работах, чтобы прокормить семью, где можно не сидеть неделями на одной картошке с капустой…

Навстречу счастью.

КОНЕЦ