Ноктикадия - Кери Лейк

отчетом было бы нелегко. К счастью, я обладал несколько защищенным статусом, поскольку моя родословная в этой группе восходила к моему прапрадеду — одному из основателей. Это была единственная причина, по которой Вороны не бросили моего отца в одну из своих красивых клеток, после того унижения, которое он причинил. Унижения, которое мне с тех пор было поручено загладить.

Хотя Липпинкотт был достаточно амбициозен и дерзок, чтобы подняться по лестнице власти, он был всего лишь Вороном в первом поколении. Недавно ставший достаточно обеспеченным человек, на уме которого были лишь деньги, и то, что он не был рождён в них изначально, сделало его практически бесполезным.

— Я задействовал лабораторию в полночь, чтобы помочь в размножении мотыльков и прививках, в надежде испытать несколько вариантов сразу, — предложил я в качестве скудного утешения. Не имело значения, сколько времени у меня уйдет на завершение работы. Если только я вдруг не стану угрозой для общества, то отделаюсь лишь пощечиной.

Липпинкотт, с другой стороны, нес на себе груз неудач.

К счастью для него, у меня были другие причины, чтобы оставаться мотивированным. В первую очередь, тот факт, что в любой момент каждая мышца в моем теле могла онеметь и заклинить, включая сердце, и привести к его остановке. Так что, да, я чувствовал давление.

— Но мы все еще далеки от клинических испытаний на людях. — Липпинкотт опустился в кресло, как ребенок, который не получил то, что хотел на Рождество.

— Прививка человеку на этой стадии была бы катастрофой. Она смертельна. Это было бы безответственно. — В моей голове мелькнул образ пьяницы из переулка, которого я запер в клетке.

— Как и неспособность получить результаты. Не забывай о том, как трудно получить одобрение этого исследования, особенно с Брамвеллом во главе. — Он потер руки, явно волнуясь. — Моя возможность стать президентом этой академии зависит от успеха этого исследования, Деврик. Я рассчитываю на твои результаты. Твое исследование может изменить весь мир медицины и фармацевтики.

Как будто он должен был мне об этом напоминать. Этот человек не ступал в лабораторию уже двадцать лет. В свое время он был гениален, но вместо этого выбрал политику и административную драму — путь, которого я избегал с пылом нежелательной инфекции сифилиса.

— Я с нетерпением жду твоего следующего отчета по IBS.

— Мне нужно больше времени. Токсины, вырабатываемые этим паразитом, постоянно меняются и развиваются. — Практически превращаясь в монстров, с их зубами и хвостами скорпиона.

— Если тебе нужно больше времени, я дам тебе его. Но знай, что в ближайшие месяца на академию будет оказано огромное давление. Совет директоров, спонсоры, они хотят успеха. Им нужны результаты. Обещание этого исследования было единственным искупительным моментом для спонсоров.

— У меня будут результаты.

— Конечно, будут. В этом ты и твой отец различаетесь. — Его взгляд упал на мою руку, где я заклеил пластырем свой маленький любовный укус паразита. — Что там случилось?

— Порез. Ничего серьезного.

Он фыркнул.

— До тех пор, пока не произойдет заражение, не вырастет какая-нибудь устойчивая форма бактерий и не начнется сепсис.

— Я промыл ее, Эдвард. Тщательно.

Усмехнувшись, он постучал костяшками пальцев по моему столу, поднимаясь на ноги.

— Тогда я позволю тебе вернуться к этому.



ГЛАВА 11

ЛИЛИЯ

Звук гудка испугал меня, и я проснулась, прижавшись к прохладному стеклу окна. Слюна намочила мою щеку, и я провела рукой по лицу настолько незаметным движением, насколько это было возможно, оглядываясь по сторонам, чтобы увидеть других пассажиров, также пробуждающихся ото сна. В свете луны над водой висел густой туман, и я смотрела через окно на океан вдалеке.

Океан.

Я видела его всего один раз, когда была подростком. Как бы мы с сестрой ни мечтали поехать на пляж, мама всегда отказывала нам в этом, предпочитая вместо этого походы в лес. Как будто мама боялась воды.

Меня это завораживало.

— Внимание, пассажиры, мы прибыли в бухту Трешер, штат Мэн, где сейчас без пяти шесть утра. Температура воздуха — шестьдесят четыре градуса по Фаренгейту, местами густой туман. Паром отправится примерно в пять тридцать, чтобы доставить вас на остров Дракадия. Пожалуйста, заберите свой багаж и следите за тем, чтобы не сбиться с пути. Если это ваш первый год в Дракадии, поздравляю и добро пожаловать!

Поезд въехал под огромный стеклянный купол и затормозил, остановившись между двумя другими поездами, каждый из которых был отделен узкой платформой, на которой стояли часы над табличкой со следующими отправлениями.

Напротив меня сидел парень, примерно моего возраста. Он вынул наушники, его ярко-голубые глаза, потрясающе контрастирующие со смуглой кожей, смотрели мимо меня, предположительно в сторону окна на другой стороне.

Я почувствовала небольшое облегчение, увидев кого-то еще, не одетого в дизайнерскую одежду.

Отстегнувшись, я поднялась на ноги и стала ждать, пока очередь пассажиров направится к багажной полке. Необъяснимое напряжение охватило меня, когда я смотрела на свой чемодан, который находился слишком далеко, чтобы его схватить.

Расслабься, никому не нужен твой чертов чемодан.

В конце очереди парень напротив меня жестом попросил меня пройти первой, и, благодарно кивнув, я вышла в проход позади всех.

— Первый год? — спросил он, становясь в очередь позади меня.

Поджав губы, я улыбнулась.

— Это очевидно? — Я надеялась, что да, учитывая, что я была примерно на два года старше, чем должна была быть для первого курса.

— Ты просто выглядишь немного нервной.

— Вообще-то я второкурсница, но это мой первый год в академии. А ты? — Очередь двинулась вперед, и я сдвинула свой чемодан с вешалки, спотыкаясь, когда затаскивала его в узкий проход.

— Второкурсник. — Он снял с полки чемодан гораздо более высокого класса и, за короткий миг до того, как очередь двинулась вперед, протянул руку. — Меня зовут Брайсон Уильямс.

Я ответила на рукопожатие.

— Лилия. Приятно познакомиться.

— Мне тоже. Откуда ты?

Я оглянулась через плечо на пассажира-блондина, который был занят прокруткой Instagram, и повернулась обратно, понизив голос.

— Ковингтон.

— Ааа, родина Люминета. — Губы растянулись в улыбке, и он пожал плечами. — Я живу в нескольких городах отсюда, в Лансмоте. И я вроде как театральный ботаник.

Насколько я знаю, Лансмот был вторым по состоятельности городом в Массачусетсе. Тем не менее, рядом с ним я не чувствовала себя бедной, более того, мне показалось, что