Ноктикадия - Кери Лейк

— Никто не знает. Они просто исчезли. Некоторые говорят, что они живут в туннелях под общежитием. Другие говорят, что они были убиты, и их души преследуют Крикссон Холл. В основном только персонал называет общежитие Корбо.

Сбитая с толку, я покачала головой.

— Вороны проводили это исследование?

— Ну, они сыграли некоторую роль. Отец Доктора Смерти был главным исследователем проекта.

— Доктор Смерть? — Мой взгляд блуждал по пышной зелени внутреннего двора кампуса с его скамейками и старыми статуями. Каменные дорожки, проложенные через ухоженные сады и живые изгороди.

— Профессор Брамвелл. Он...

— Профессор по патологии. Почему вы называете его Доктор Смерть?

— Ну, помимо того, что он целыми днями играет с трупами, он якобы был замешан в другом исчезновении два года назад. Студентка по имени Дженни Гаррик. Был целый скандал. Ходят слухи, что он приревновал ее к парню и убил ее. Один из тех случаев, когда если я не могу ее получить, то никто не сможет.

— Правда? — Это никак не соответствовало человеку, который считался блестящим в своей области. Я знала блестящих людей. Я работала рядом с ними. Они редко замечали что-то за пределами своего собственного пузыря.

— Да. У него шрамы на шее и плече. Ее парень сорвался. Украл немного серной кислоты из химической лаборатории и напал на него. — Она фыркнула от смеха, как будто это не было абсолютно ужасной картинкой, которую она только что вложила в мою голову. — Парня навсегда исключили, а Доктор Смерть отделался малой кровью.

— Но ты сказала об исчезновении. Значит, убийство не подтверждено, или что-то в этом роде?

Она закатила глаза.

— Ладно, хорошо. Отказываюсь от ответственности: все обвинения в убийстве основаны на домыслах и слухах. Кроме того, что она так и не объявилась, и он был последним, кто видел ее живой. Довольна?

Черт побери. Обидно. Я просто уточнила, что фактических доказательств того, что именно он ее убил, нет.

Тень от деревьев поглотила открытое пространство, поскольку тропинка продолжалась через небольшой лес, за которым виднелось каменное здание, выглядевшее значительно старше, чем остальные общежития, мимо которых мы проходили.

— Похоже, ты веришь слухам?

Она пожала плечами.

— Я верю в неудачников, и могу тебя заверить, что профессор Брамвелл — не неудачник в этом университете. Он — состоятельный человек, а состоятельность в этой школе означает власть.

— Возвращаясь к исследованию Крикссона, ты сказала, что о нем мало что известно. Откуда ты так много о нем знаешь?

— Исследования. Я хотела узнать, почему все в кампусе избегают общежития. Если копать на кладбище, то в конце концов найдешь кость. — Мы пересекли двор и подошли ко входу в здание, где темные, выветренные камни, покрытые мхом и лианами, создавали жутковатый вид. — В общем, вот он. Крикссон Хаус. — На флаге, торчащем из фронтона входа в здание, был изображен фиолетово-черный щит с вороном, или вороной, трудно было сказать. — Одно из первоначальных зданий, когда это место еще было монастырем. До того, как некоторые здания сгорели.

— Это было недавно?

— Нет. Столетия назад. Это то, из-за чего в бухте Трешер-Бей стоит памятник Аддерли. То, что мы чтим память британского солдата, который изгнал туземцев с острова и участвовал в сожжении ведьм — это как раз говорит о том, что не так с этой страной.

Я вспомнила, что видела памятник перед самой посадкой на паром.

— Зачем им его увековечивать?

— Потому что никому нет дела до реальной истории. Чтобы узнать правду, нужно отбросить всю ложь. В их сознании он своего рода спаситель за то, что убил кучу ненормальных пациентов и дикарей, — сказала она заключив слова в воздушные кавычки. — В наше время мы бы назвали их душевнобольными, но тогда они были одержимы демонами. — Вздохнув, она покачала головой. — В любом случае, я не буду тебя утруждать этим. На каком этаже твоя комната?

— На третьем.

— Я помощник администратора на третьем этаже. Если ты куришь, открой окно или зажги благовония. Все комнаты в Крикссоне имеют ванные комнаты, так что если ты будешь выпивать спрячь улики в душе во время обхода. Мы никогда не проверяем душевые. И если ты решишь пригласить компанию, я предлагаю воспользоваться подвалом, если ты любитель постонать.

— Вообще-то я довольно спокойная. Я здесь только для того, чтобы учиться.

Она фыркнула и закатила глаза.

— Это то, что каждый студент говорит в свой первый день. В любом случае, проверь на ресепшене ключ-карту от своей комнаты. Не потеряй ее. И если ты еще не получила свою идентификационную карту, сделай это прямо сейчас. Она нужна для посещения столовой. Книжный магазин Дракадии находится на противоположной стороне часовой башни, на площади. — Она пренебрежительно взмахнула руками, словно пытаясь отмахнуться от всей информации, вылетевшей изо рта за один раз. — Это как собственная маленькая деревня, там много классных маленьких магазинчиков.

— Спасибо. Я ценю твою помощь.

— Без проблем. О, и еще кое-что. Если у тебя нет занятий в Башне Эмерика, я бы на твоем месте держалась от нее подальше, особенно ночью.

Взглянув на свое расписание, я поняла, что у меня там есть занятия. По крайней мере, три из них. Одно из них ночью.

— Почему?

— Она просто жуткая. Именно там работает Доктор Смерть. Там находится морг с трупами и все те вскрытия, которые он проводит. И помещение для сжигания отходов.

— Он проводит вскрытия здесь, в кампусе?

— Только в особых случаях. Университетская больница находится примерно в двух милях от кампуса. Сразу за центром Эмбервика. — Маленькая деревушка, о которой я узнала только из поиска в Гугл до моего приезда. — На самом деле ты не видишь тел, слава богу, если только ты не участвуешь в программе медицинской школы. Они приносят их через туннели за воротами.

— Интересно. — Чем больше я узнавала о профессоре Брамвелле, тем меньше мне удавалось представить себе человека, получившего такое мрачное и жуткое прозвище. — Он проводит эти вскрытия один?

— Да. Он не самый дружелюбный парень. Как я уже сказала, если тебе не нужно быть в той части кампуса, лучше избегай его.

Я не могла понять, пытается ли она напугать меня, зная, что это мой первый год там, или искренне предупреждает.

— Понятно.

Однако ничто