Мой безжалостный куратор. Академия Крайгис - Алиса Князева

Я ем механически, почти не чувствуя вкуса. В голове — каша. Огонь внутри то разгорается, то затухает, пульсируя в такт сердцебиению. Я не знаю, что с ним делать. Не знаю, как долго он продержится. Не знаю, что будет, когда он исчезнет.

После завтрака мы выходим во двор и направляемся к учебному корпусу. Нас встречает мастер Ростел. Сегодня он без очков, в лёгкой полевой форме, и выглядит почти... воодушевлённым.

— Рад видеть вас в таком бодром состоянии, — говорит он, обводя взглядом нашу сонную группу. — Потому что сегодня вместо лекции будет практика.

Кто-то стонет. Кто-то оживляется. Я чувствую, как внутри разгорается предвкушение.

— Мы идём на полигон лёгких элементалей, — продолжает Ростел. — Ваша задача — показать, что вы усвоили классификацию и понимаете, как взаимодействовать с разными типами. Это не экзамен, но я буду оценивать каждого.

Я вспоминаю свой экзамен и попытки справиться с огненным элементалем. Это задание могло бы повергнуть меня в ужас, как и половину моих сокурсников, но…

Сегодня у меня есть огонь. Шакс прав, мне не стоит держать его в себе и применить его против элементалей — должно стать хорошей практикой. А мастер рядом поможет мне не перегореть. Так ведь?

— Морн, — зовёт меня Ростел. — Вы остаётесь здесь и идёте в кабинет декана. Немедленно.

Я замираю.

— Но... почему? Я готова, я...

— Это не обсуждается, Морн. На выход.

Я опускаю взгляд. Боевой факультет сам против моего обучения. Очевидно, блондинка уже успела пожаловаться. Может в этот раз меня всё же ждёт исключение.

Глава 24

Глава 24

Я поднимаюсь по лестнице административного корпуса и чувствую, как внутри всё сжимается. Каждый шаг даётся с трудом — не от усталости, от напряжения. Конечно, я жду своего отчисления с того нелепого экзамена, но всё же.

Что он скажет? Что знает? Успели ли доложить? И что вообще произошло с той девушкой? Она пришла в себя? Я её не покалечила?

Вопросы роятся в голове, как растревоженный улей. Я не нахожу ответов. Только чувствую, как огонь внутри затихает, сжимается в горячий комок где-то под рёбрами. Он ещё здесь, но что мне с ним делать?

Дверь открывается без стука. Я поднимаю руку, но та раскрывается сама, повинуясь магии декана. Эштон сидит за столом и смотрит на меня с той же мягкой улыбкой, что и вчера.

— Проходи, Морн. Садись.

Я прикрываю дверь и опускаюсь на край стула, готовлюсь к худшему. К вопросам, к допросу, к тому, что сейчас меня будут отчитывать за утреннюю сцену. За то, что я напала на старшекурсницу и украла чужую магию. И не спросит никто, из-за чего это случилось.

— Думаю, ты знаешь, зачем ты здесь, — декан ищет что-то на своём столе Было непросто, но я скорректировал твоё расписание.

— П-простите?

— Расписание, — повторяет он, находя нужную бумагу и протягивая мне. — Теоретические пары ты будешь посещать вместе с группой. История, классификация элементалей, основы тактики — всё это тебе нужно. А вот практические занятия, связанные с владением магией… — Эштон делает паузу, и по его лицу проносится тень, будто вспомнил что-то неприятное. — ... будешь проходить с личным куратором. Принцем Вентарисом. Он лучше других понимает твою специфику и сможет дать то, что не дадут групповые занятия.

Не знаю, как реагировать на эту новость. Я готовилась к разносу, к тому, что меня будут выгонять, а мне... корректируют расписание? Дают индивидуальный план.

Ему что, ещё не пожаловались?

На меня накатывает волна радости. То, чего я боялась и что заставляло меня ожидать удара каждую секунду с момента происшествия, отступает. Но радость не длится долго. Проблема-то не решилась.

— Я... — начинаю я и замолкаю.

— Знаю, твоя программа окажется сложнее, чем у других сокурсников. Ты хотела стать боевым медиком, — напоминает декан. — Для этого нужно не только знать теорию, но и уметь применять свои знания на практике. В том числе и ту самую... специфику, которая отличает тебя от других. Вентарис справится.

Сказать всё ещё нечего, поэтому я выдаю невнятное:

— Спасибо…

— Не стоит. Сейчас, пока идёт практическое занятие, сходи в лечебный корпус, — продолжает декан. — Познакомишься с персоналом, посмотришь, где что лежит. Они покажут тебе, что и как устроено, объяснят, что от тебя требуется. Боевой медик — это не просто лекарь, часть команды. И чем быстрее ты встроишься в эту систему, тем лучше.

Я встаю, всё ещё не веря. Меня не отчитывают. Меня не наказывают. Мне дают шанс. Настоящий, конкретный шанс стать тем, кем я хочу.

— Спасибо, — говорю я, и голос звучит хрипло. — Я... спасибо.

Декан улыбается. Такую улыбку принято называть отеческой, вот я понятия не имею, как она должна выглядеть. Кассиан Морн мне не улыбался.

— Иди, девочка. У тебя всё получится.

Выхожу из кабинета на ватных ногах. В голове шумит. Всё не так, как я думала и как должно было быть. И от этого кружится голова.

Лечебный корпус находится в глубине базы, за столовой. Трёхэтажное строение с белыми стенами и узкими окнами и массивной колоннадой, благодаря которой вход оказывается задвинут вглубь здания.

Я пытаюсь собрать мысли и привести себя в порядок. Вдох. Выдох. Ещё раз.

До крыльца остаётся ещё шагов десять, когда из-за колонны выходит Алрой Вентарис.

Сегодня без формы, в чёрной рубашке с закатанными рукавами, и от этого кажется ещё более опасным.

Он, очевидно, подкарауливает здесь именно меня. Чувство тревоги снова зашкаливает, так что я застываю, всерьёз обдумывая не убежать ли?

— Морн, — произносит он, и в его голосе нет удивления. Только... недовольство. Глухое, тяжёлое. — Ну и что ты здесь делаешь? У тебя же занятие по элементалям. Неужели прогулы начали входить у тебя в привычку?

— Мастер Ростел не взял меня на занятие и отправил в деканат, — отвечаю я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Допустим. А что ты забыла здесь? Надеешься получить освобождение?

Я начинаю закипать. Есть много причин злиться на Вентариса, но, мне кажется, кроме них, есть ещё что-то на физическом плане. Меня от него буквально трясёт, а огонь, который всё ещё теплится в груди, жаждет вырваться и атаковать принца. Боюсь представить, что случится,