Скованные/Manacled - Сен Лин Ю

слились воедино. Гермиона постаралась аккуратно отделить один отпечаток от другого и понять, какой из них принадлежал Гарри, но они были слишком тесно сплетены между собой.

Все это время Гарри наблюдал за ней.

— Гермиона, что ты делаешь?

Проигнорировав его вопрос, девушка следила за изменениями в проекции магического отпечатка, пока испытывала на ней различные заклинания. Однако та оставалась неизменной. Гермиона испробовала еще несколько заклинаний.

Пока она изучала окружавшую его диаграмму аналитической магии, в ее груди все сильнее разрасталась неприятная, болезненная тяжесть. Моргнув, Гермиона перевела взгляд на лицо Гарри и мягко положила руку ему на плечо.

— Гарри… Мне нужно дотронуться до твоего шрама.

— Нет. Не трогай. — Он отпрянул.

Хватка Гермионы на его плече усилилась. Гарри всегда был таким худым, и сейчас под пальцами она могла легко почувствовать выступающие кости его плеча и ключицы.

— Мне нужно сделать это, Гарри. Прости. Я понимаю, что это больно. Но ты знаешь, что я бы не находилась сейчас здесь, если бы это не было важно.

На лице Гарри отразилось сомнение, и он встретился с Гермионой взглядом.

— Хорошо. Можешь дотронуться до него. Только сначала объясни мне, зачем тебе это нужно.

Гермиона закусила губу, колеблясь:

— Сначала я проверю… Потом все тебе объясню.

Гарри несколько секунд вглядывался в ее лицо, а затем коротко кивнул.

Гермиона произнесла заклинание и прижала кончик палочки к шраму, молнией пересекающей его лоб. В мгновение, когда ее палочка прикоснулась к коже Гарри, он закричал сквозь зубы, откинув назад голову, едва не теряя сознание от боли. Магический отпечаток, зависший в воздухе, задрожал и начал меняться: некоторые его части окрасились в кроваво-алый цвет, явно давая понять, что они не принадлежат Гарри. В местах, где меньший отпечаток опутывал больший, виднелись красные отростки, плотно стягивающие их вместе.

Второй магический отпечаток выглядел точно так же, как и тот, что был заперт в чаше Пенелопы Пуффендуй.

Гермиона отшатнулась, задохнувшись от ужаса:

— О боже!

— Что это такое? Гермиона? Что… что это? — Гарри смотрел на проекцию перед ним, его лицо было мертвенно бледным.

Гермионе казалось, словно ее внутренности растоптаны в пыль. Она открыла рот, собираясь ответить Гарри, но из ее горла не вырвалось ни звука.

Она с трудом сглотнула и заставила себя заговорить:

— Это… это осколок души, Гарри. Внутри тебя… находится часть души Тома Реддла.

Рот Гарри приоткрылся от изумления, а его и без того бледное лицо посерело, но он не отрывал взгляда от проекции.

Гермиона чувствовала, как дрожат ее губы. Она вертела палочку в трясущихся пальцах.

— Душа раскалывается… когда волшебник использует Убивающее проклятие. Возможно из-за того, что заклинание срикошетило от тебя, когда ты был ребёнком, часть души Волдеморта откололась. Обычно крестражами служат неодушевленные предметы… но поскольку часть души не была никуда заточена… возможно, она сама нашла для себя единственный подходящий объект и постаралась слиться с твоей магией.

Ее грудь сдавило так сильно, что Гермиона едва могла вздохнуть.

— Мне так жаль, Гарри. Я должна была понять это раньше. Я должна была… Если бы я знала… Мне так жаль, Гарри.

Он сидел неподвижно, а его глаза были прикованы к магическому отпечатку, который был обвит частицей чужой души, словно растением-паразитом.

Гермиону замутило, как будто ее вот-вот могло стошнить. Она пыталась переключить внимание на что-то другое, придумать какой-то выход. Они должны найти способ, как отделить часть чужой души, не убивая Гарри.

У Драко в библиотеке могла быть литература на эту тему. Сопротивлению придется на время отступить и покинуть Хогвартс.

Ей нужно было время на то, чтобы провести исследования. Она была уверена, что сможет найти решение. Ей просто нужно увести Гарри отсюда. Потом девушка отправится к Драко.

— Ну конечно, — Гарри коротко рассмеялся, чем вырвал Гермиону из мыслей. — Конечно… вот что это значило: «Ни один не может жить спокойно, пока жив другой». Я должен был догадаться. — Он издал какой-то звук, и Гермиона не знала, было ли это смехом или всхлипом. Затем Гарри резко встал и взмахом палочки рассеял все окружавшие его проекции. Подняв руку, он прижал ладонь к шраму на лбу.

— Все это время я считал себя Избранным, потому что мы с Томом были похожи. Оба полукровки, сироты, умеющие разговаривать на парселтанге, с одинаковыми сердцевинами в палочках, — его голос затих, и он едва слышно рассмеялся. — Все это время… я думал, что смогу победить его, если откажусь использовать тёмную магию и всегда буду выбирать светлую сторону… даже когда я ощущал, что это совершенно бесполезно. Мне казалось, что об этом говорилось в пророчестве. Что это то, что от меня требуется, — Гарри задохнулся собственными словами. — Конечно же, дело было совсем не в этом.

Повисла тишина, лишенная надежды, словно остановившееся сердце.

Вдруг вдалеке послышался крик, разорвавший царившее в воздухе безмолвие.

— Гарри! Нам нужно идти! — крикнул Рон у входа в защищенную чарами палатку.

Гарри резко вскинул голову, но его взгляд казался далеким, словно он не верил в реальность происходящего.

Затуманенными глазами он посмотрел на Гермиону:

— Ты ведь позаботишься о Джинни, да? И передай Рону, когда все закончится, что он был лучшим напарником, о котором только можно было мечтать.

Он двинулся к выходу, и Гермиона вдруг с холодным ужасом осознала, как он собирался поступить. Девушка преградила ему путь, схватив за руки и вынуждая остановиться.

— Нет, Гарри. Нет. Я смогу что-то придумать. Мы добрались до крестража в Хогвартсе и теперь можем отступить. Дай мне немного времени, и я найду способ извлечь частицу души. Я уверена, что есть другой способ. Я найду его. Гарри… Гарри, — она заглянула ему в глаза. — Ты не должен сегодня умирать.

Гарри протянул руку и прикоснулся к ее щеке пальцами. Он изучал лицо Гермионы, так словно пытался сохранить его в памяти. Словно не видел ее много лет и не ожидал встретить снова.

— Ты хороший друг, Гермиона. Ты всегда верила в меня. Порой даже больше, чем я сам.

Она отпрянула от его руки:

— Мы отправим патронус Грюму и отступим прежде, чем появятся Пожиратели. Гарри… ты должен позволить мне найти другой способ разобраться с этим.

Гарри покачал головой и задумчиво улыбнулся.

— Он в моей голове, Гермиона. Связь, которая у нас есть, она в моем мозгу. Нет никакого безопасного способа отменить воздействие долгосрочной темной магии на