Путешественник - Е. Юань

Что же до того, какие скелеты они в итоге вытряхнут из этих руин — это станет исключительно их собственным достижением, никак не бросающим тень на самого доносчика.

Что касается идеи привлечь к делу мистера Азика, сыщик благоразумно от нее отказался. Призрак при жизни почти стопроцентно являлся «Королем Ангелов», источая запредельную, первобытную угрозу. А наставник, всё еще не оправившийся до конца и лишь собирающий осколки памяти, вряд ли смог бы тягаться со столь чудовищным врагом.

Погрузившись в минутное молчание, Клейн расщепил сотворенную иллюзию на сноп сияющих искр и метнул послание прямиком в темно-красную звезду, символизирующую мисс «Фокусника».

…………

Баклунд, район Джовуд.

Форс, получив весточку от господина «Мира», на мгновение впала в полнейший ступор.

«Шпионы высшего звена из Фейсака и Интиса?» — ошарашенно пробормотала девушка себе под нос. Она была свято уверена: из тех жалких крох, что она ему предоставила, выстроить подобный дедуктивный вывод попросту немыслимо!

Впрочем, вскоре ее озарило: господин «Мир» изначально заподозрил неладное на улице Уильямс именно потому, что уже располагал агентурными сводками о шпионах. А получив от нее подтверждение о присутствии выходцев из Фейсака и Интиса, без труда сложил два и два.

«Переправить донесение Церкви Богини и Церкви Пара? Да это же самое банальное стукачество, только названное красивыми словами… Какая досада, что соваться туда поглазеть теперь категорически нельзя, а то бы такое шоу пропустила…» Для Форс в доносах не было ничего шокирующего — как-никак, она делила кров с прожженной охотницей за головами.

В голове писательницы мигом созрел план: перепоручить это щекотливое дельце тертому калачу Сио.

Выскользнув из спальни, она застала подругу в гостиной. Сио, подавшись всем телом вперед, с пугающей сосредоточенностью изучала какое-то досье на цель, то и дело взъерошивая свою непослушную светлую шевелюру.

Форс небрежно подхватила с полки какую-то безделушку, подошла к дивану и протянула ее:

— Держи, угощайся тортиком.

Сио мельком глянула на щедро смазанное кремом пирожное и, ни на секунду не отрываясь от мыслей, на автомате протянула руку.

В ту же долю секунды Форс ловко крутнула запястьем, и сладкое лакомство в ее ладони изящно обернулось золотистым тканевым цветком.

— Сюрприз удался? — с лукавой улыбкой поинтересовалась она.

Охотница за головами не удержалась и закатила глаза:

— Кончай свой балаган. Уж лучше бы это и впрямь была жратва.

— Ладно-ладно. У меня для тебя халтурка нарисовалась, плачу семьдесят фунтов, — с улыбкой отозвалась Форс, опускаясь на диван.

…………

Разобравшись с первоочередными хлопотами вокруг злого духа, Клейн вернулся в реальный мир. Заодно сыщик провел ритуал, благополучно выудив провалявшийся несколько дней над серой мглой беспроводной телеграфный приемник прямиком в роскошную спальню своей каюты первого класса.

Устроившись на просторной кровати, юноша погрузился в медитацию, восполняя растраченные духовные силы. И так продолжалось до тех пор, пока тишину не разорвал резкий, пулеметный стрекот.

Едва Клейн распахнул глаза, как увидел, что сквозь иллюминатор льется густой багровый лунный свет. Он укрывал погруженную в полумрак каюту легкой, призрачной кисеей, мягко озаряя телеграф, который на письменном столе словно взбесился, исторгая из себя всё новые и новые листы иллюзорной бумаги.

«Прямо сцена из дешевого бульварного хоррора… Какая досада, что на том конце провода сидит волшебное зеркало, напрочь лишенное стыда и совести…» — мысленно проворчал сыщик. Рывком поднявшись с постели, он подошел к столу и впился глазами в ровные строчки лоэнских букв, проступившие на призрачном пергаменте:

'О великая сущность, возвышающаяся над миром духов, Ваш верный и смиренный слуга Арродес прибыл и нижайше приветствует Вас.

«Осмелюсь предположить, Вы желаете устроить мне проверку?»

«Вот это я понимаю! Учитесь, как надо вести беседу! Воистину, высший пилотаж!» В эту секунду Клейну до одури захотелось притащить сюда пухлого Аптекаря Дарквелла, дабы преподать тому мастер-класс дипломатии от волшебного зеркала.

«Вроде бы это мне позарез нужны от него ответы, а оно обставило всё так, словно я снизошел до проверки Его знаний… Да еще и умудрилось изящно закрыть квоту на встречный вопрос…» Титаническим усилием воли удержав уголки губ от предательской улыбки, сыщик глухо обронил:

— Верно.

«Слушаю и повинуюсь! Невежественный, недалекий Арродес во всеоружии», — под аккомпанемент всё того же мерного треска на иллюзорной бумаге возник не только текст, но и донельзя подобострастный, заискивающий смайлик.

«Да это же вылитый эмодзи… Скорость эволюции этой твари просто поражает…» — не теряя времени, Клейн перешел к делу:

— Где мне раздобыть мистический артефакт, дарующий власть красть чужие Потусторонние таланты?

Стрекот аппарата внезапно перешел в исступленную дробь. На призрачном пергаменте молниеносно стали проступать безупречно четкие, реалистичные картины, словно кадры, вырезанные из кинопленки.

Взору сыщика предстали до боли знакомые Врата Чаниса, сокрытые в недрах собора Святой Селены в Тингене. Мелькнул элегантный поэт с изумрудными глазами и темными волосами — Леонард Митчелл. Промелькнул вальяжно раскинувшийся на диване мужчина средних лет, одаривающий улыбкой сидящую напротив аристократку. И, наконец, надменная юная дева, блуждающая по смрадным лабиринтам канализации…

Всего набралась ровно дюжина видений. Замыкала этот калейдоскоп короткая строчка на лоэнском:

«Всё вышеперечисленное — это лишь те варианты, дотянуться до которых Вам не составит особого труда. Разумеется, существуют и иные, однако они либо сопряжены с колоссальным, неоправданным риском, либо уходят корнями в столь заоблачные эшелоны, что мой взор бессилен пробить эту пелену».

«Мое почтение, даже выдачу отфильтровало под мои скромные нужды… Да это же самый настоящий поисковик с искусственным интеллектом, только с поправкой на мистику…» — удовлетворенно кивнув, Клейн задал следующий вопрос, ответ на который и так прекрасно знал:

— Твой черед.

«О великий владыка, Вы уже благоволили ответить», — под мерный треск волшебное зеркало Арродес выдало вполне ожидаемую, подобострастную реплику.

Клейн лишь беззвучно усмехнулся и продолжил:

— Каковы нынешние координаты Леонарда Митчелла?

Стрекот аппарата вновь перешел в исступленную дробь. На призрачном пергаменте один за другим заплясали сменяющиеся образы, разворачиваясь перед взором Клейна:

Мелькнула самая узнаваемая достопримечательность Баклунда — монументальная готическая часовая башня, увенчанная знаменитыми «Часами Порядка».

Следом вырисовался уличный указатель на перекрестке. Надпись на табличке гласила: «Улица Пинстер».

Затем фокус сместился к фасаду таунхауса под номером семь. И там, небрежно накинув черное пальто и натянув красные перчатки, во всей своей щеголеватой красе предстал Леонард Митчелл. Бывший сослуживец-поэт с пугающей сосредоточенностью листал пухлые папки с досье по делам Ланевуса и