Это кто переродился? Книга 5. Финал - Сириус Дрейк

При виде пустой кровати поднялся крик. Их язык Аристарх когда-то неплохо знал, но с тех пор утекло много воды. Ясно было одно — евнух очень огорчен, что постель с «Арис'Трахом», как его называли, оказалась пуста.

— Что значит, пропал⁈ — донеслось до разума Аристарха. — Как можно потерять раненого в его состоянии⁈ Да падет гнев Повелителя на твою пустую голову, женщина!

— Простите! Простите!

— Молить будешь Повелителя, если мы не найдем его!

Проклиная небеса, евнух выскочил в коридор. Плачущая девушка направилась следом. Аристарх тоже. Хоть его и мотало каждый шаг, но сидеть взаперти было выше его сил. Если это действительно Орда, то без боя он не сдасться. Да, родина теперь ему враждебна, но и тут оставаться себе дороже.

Поймав в зеркале свою новую внешность — никак не получалось привыкнуть к тому, что ему снова восемнадцать — он осторожно вышел в темный коридор.

— Ей, Арис'Трах⁈ Ты где, Шайтан!

Евнух с девушкой проверяли соседние комнаты, а он направился в противоположную сторону. Уже через десяток шагов у него с висков хлестал пот: эта небольшая прогулка стоила ему остатка сил. Отдыхать времени не было, ибо в коридоре вновь послышались мягкие шаги.

Его спасла незаметная ниша. В коридор вошли двое воинов в черном — кэшиктены.

— … Если он решит спорить с Повелителем, ему же хуже. На этот раз мы не оставим от его гадкой страны и камня на камне!

— Давно мы не ровняли города с землей. Уж и забыл как пищат рабыни.

Когда шаги с голосами начали удаляться, Аристарх направился дальше, и так, короткими переходами, он миновал несколько залов. Группки девушек курсировали из комнаты в комнату, на каждом повороте его подстерегал очередной охранник, а евнухи и вовсе ходили почти не издавая звуков.

Из обрывков разговоров челяди быстро стало ясно одно — это дворец правителя Орды, Великого Хана. Последнее место, где Аристарху хотелось бы оказаться. Поговаривали, что он сделан из чистого золота, и в это ему всегда слабо верилось. Однако поверхности не покрытые коврами действительно напоминали золотые…

Не успел он основательно удивиться этому факту, как ему снова пришлось прятаться — на этот раз его спас балкон. Закрыв за собой дверь, он буквально прирос к месту.

Небо было чистым, безмятежным и синим. Под ним все было затянуто в пыльную тучу, что поднималась от тысяч колес. Мимо дворца двигались колонны грузовиков и даже лошади с телегами. У обочины шагали бесконечные цепочки отрядов в черном. Все как один и люди, и животные, и техника двигались одним не останавливающимся потоком.

И это не было самым интересным. Дворец, ослепительно желтые стены которого буквально светились, он…

Он тоже двигался.

— Черт тебя…

Сначала Аристарх решил, что свихнулся, однако деревья с домами методично проплывали мимо. Никаких колес под стенами Аристарх не заметил, ибо дворец просто двигался, словно огромная золотая ладья. За ним до самого горизонта стелилась пыль.

На степи окружающее пространство совсем не походило, а значит, они все же не в Орде, а в более северных регионах. Ничего хорошего это не предвещало, ибо ордынцы выходят за пределы своего государства сугубо ради грабежа, дани или очередных завоеваний. Или всего сразу.

Сколько Аристарх себя помнил, Орда всегда была рада откусить от соседей небольшой кусочек, а потом, обложив народ данью, годами сосать из него кровь понемногу, чтобы в конце концов, сожрать уже с потрохами. Так погибли несколько крупных государств и бесчисленное количество мелких, пока Орда не встала на границах Царства. Кровь из него она сосала вот уже лет двадцать, и, кажется, это и были территории этой страны.

А дальше располагалась его родина.

Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понимать, куда они направятся после того, как «уладят» дела с царем. Уже довольно давно из секретных донесений Аристарх знал, что Великий Хан пытается использовать царя Павла ради того, чтобы пробить его головой ворота Королевства, куда более богатой и древней державы.

Аристарх скрипнул зубами. А ведь именно в этот момент Василий Олафович вознамерился вернуться на трон. Ради власти он был готов на все…

Из размышлений его снова вырвали голоса за дверью. Чтобы не попасться, пришлось кое-как перебраться на соседний балкон. Внутри находилась душная комнатка, провонявшая курительными смесями. В уголке на подушках спала женщина с курительной трубкой в руке. Была она почти голая.

Вид ее прелестей внезапно пробудил в Аристархе нечто, казалось, давно забытое, однако в нынешних обстоятельствах это было преждевременным.

А вот балахон, лежавший подле, очень даже.

Накинув его на плечи, он спрятал лицо и осторожно скользнул за порог. Ему удалось сделать буквально пару шагов, как перед ним вырос очередной евнух.

С ярко-накрашенными губами и мерзкой улыбочкой. Пахло от него так удушающе, что Аристарх сперва подумал, что это женщина.

— Ага, Буудай! Опять куришь кальян в рабочее время⁈

Аристарх покачал головой. Евнух же втянул воздух ноздрями и покачал головой.

— Мерзкая врушка! Я же чую! Вот я тебя! — и он хотел ударить «подопечную» ладонью. Только Аристарх, решил свернуть ему челюсть, как евнух сменил гнев на милость: — За мной!

Погрозив кулаком, он поманил Аристарха за собой. Тому ничего не оставалось, как следовать за ним.

На ходу евнух не замолкал:

— … Последний раз тебя прикрываю! За это как следует вымоешь пол на втором этаже, потом вынесешь мусор и примешься за посуду. Чего молчишь? Поняла?

— Угу, — промычал Аристарх, оглядываясь по сторонам. Все встречные девушки провожали их сочувствующими взглядами.

— Угу-угу… Закончишь, — продолжал наставлять ее евнух, — заглянешь в гальюн и устроишь там такую уборку, чтобы сам Великий Хан почтил за честь там остановиться на постой. И если снова решишь просто высыпать на пол хлорки и растереть тряпкой, я не сдержусь, Буудай! Выдеру до визга, поняла?

— Угу… — и Аристарх чихнул. Запах от этого евнуха буквально сшибал с ног.

— Ты чего расчихалась⁈ Простыла?

— Угу.

— Я тебе дам «угу»! Ты наложница Великого Хана, а ведешь себя как ребенок! Смотри, если перезаражаешь весь гарем!

Тот принялся выговаривать «Буудай» за какие-то мелкие прегрешения, но Аристарх слушал его краем уха. Его больше интересовало, как остаться незамеченным. А еще как пробраться в тронный зал.

Легенд о Великом Хане он в свое время наслушался, и все они рисовали его неким нечеловеческим существом, от которого и тебе, и твоей родине лучше держаться подальше. Горе тому, на чей дом упадет его завистливый глаз. Этот золотой дворец, выплавленный из слез и горя миллионов людей, был