Исламский банкинг - Андрей Юрьевич Журавлёв

товар произведён клиентом самостоятельно или поступит из другого источника; главное – соблюдение спецификации, количества и срока: это – долг, а долг должен быть погашен. При этом банк может выдвинуть условие предоставления поручительства или иных видов обеспечения. Заметим, что в отличие от других долговых контрактов, просрочка должника, то есть задержка поставки объекта саляма, не даёт права банку на применение штрафных санкций; напротив, желательно, чтобы клиенту было дано разумное время для выполнения им своих обязательств. В крайнем случае банк может расторгнуть договор и потребовать возврата всей суммы аванса.

Хотя салям наилучшим образом подходит для применения в сельском хозяйстве, его использование допускается и в промышленности, и в торговле, и на рынке капитала.

Глава 4

Исламские банки на современном этапе

Общая характеристика

В источниках изредка можно встретить упоминание о том, что самый первый современный опыт исламского банкинга в середине 1950-х гг. был предпринят в сельскохозяйственной глубинке Пакистана. Однако сведения эти весьма расплывчаты и ненадёжны. Поэтому со всем основанием пионером считается Сберегательный банк Мит Гамра, основанный Ахмедом ан-Наггаром в 1963 г. в египетском городке, имя которого и вошло в название учреждения.

Отчасти ан-Наггар ориентировался на опыт европейских сберегательных учреждений кооперативного типа, особенно Sparkasse, поскольку образование он получал в Германии. По данным Европейской ассоциации банковской истории, проект получил финансовую поддержку правительств Германии и Египта [81].

Миссия, как сказали бы сегодня, нового учреждения состояла в том, чтобы привить местным жителям привычку к регулярным сбережениям, притом с соблюдением шариатских норм. Именно в «Мит Гамре» была опробована ставшая стандартом для сегодняшних исламских финансовых институтов модель, основанная на мударабе. На деле это означало, что клиент мог открыть срочный (инвестиционный) вклад с тем пониманием, что банк становится доверительным управляющим этих средств, прилагает все усилия к тому, чтобы обеспечить доход и возврат основной суммы, но вправе не выплатить не только первого, но и второго, если в силу рыночных причин или форс-мажора соответствующие активы окажутся бесприбыльными или убыточными. Также предлагался сберегательный счёт. Если его владелец на протяжении определённого срока последовательно наращивал остаток, то он мог получать небольшие короткие беспроцентные займы. Основатель банка вспоминал, что средний размер депозита в 1964 г. составлял всего 2 с небольшим египетских фунта, а в 1967 г. поднялся до 7,3 фунтов. За это же время число вкладчиков банка увеличилось с 17 560 до 251 152, а совокупный объём вкладов вырос с 40 944 до 1 828 375 фунтов. Если для лучшего понимания перевести последнюю сумму в сегодняшние доллары, то она бы равнялась почти что 31,5 миллиона. В пользу вкладчиков отчислялось 80 % полученной банком прибыли, распределявшейся пропорционально размеру вклада. Хотя банк строго придерживался запрета на процентные операции, он никогда не заявлял о себе как об исламском институте из опасения быть обвинённым в салафизме[71]. Тем не менее в феврале 1967 г. банк был закрыт. Сам ан-Наггар впоследствии писал, что причиной тому стала «ревность» традиционных банков, обескураженных успехом новичка, разрушавшего их клиентскую базу, и органов социальной защиты, увидевших в его деятельности покушение на функции государства. Тем не менее встречается мнение, что судьбу «Сберегательного банка Мит Гамр» определили подозрения властей в том, что привлекательность исламского по сути финансового института льёт воду на мельницу «Братьев-мусульман». Возможно, это легенда, потому что в 1971 г. был учреждён государственный «Насер Соушл Бэнк», который принято рассматривать как наследника «Мит Гамра». Во-первых, потому, что ан-Наггар был привлечен к его созданию, во-вторых, потому, что было провозглашено, что банк работает на беспроцентной основе, хотя его устав не содержит прямых указаний на ислам или шариат. Впрочем, этот институт оказался, в сущности, подобием кассы для выплаты пособий городской бедноте, а не институтом развития для египетской глубинки.

Одновременно с банком в Мит Гамре, в 1963 г., исламские финансы «дебютировали» в Малайзии с созданием государственной Малайской корпорации паломнических сбережений («Та-бунгХаджи»). Её целью было содействовать накоплению средств желающими совершить хадж и умру. Она изначально была построена на той же модели, что и египетский банк, однако не только пережила его, но со временем превратилась в огромный фонд с активами свыше 14,5 млрд долларов [82], функционирующий как финансовая компания, которая инвестирует сбережения будущих паломников в согласии с шариатом.

В 1973 г. президентским указом на Филиппинах был учреждён специализированный финансовый институт, в уставе которого также не было упоминаний о его исламском характере. Однако «Филиппин Амана Бэнк», созданный как институт развития, был ориентирован именно на мусульманское население юга страны, имевшее, как понимали власти, специфические банковские запросы. То, что банк работает на принципах партнёрства без взимания и уплаты процентов, то есть является именно исламским, было установлено новым указом президента, выпущенным уже в 1974 г.[72]

После этой «увертюры» основное действие развернулось в 1975 г., когда были созданы «Дубай Исламик Бэнк» (ОАЭ) и Исламский банк развития (Саудовская Аравия). За ними последовали «Фейсал исламик бэнк оф Судан» и «Фейсал исламик бэнк оф Иджипт» (1977 г.), «Бахрейн исламик бэнк» (1979 г.) и др. Интересный поворот события приняли в 90-х гг., когда на исламские финансы как на направление с хорошими коммерческими перспективами обратили внимание крупнейшие западные финансовые институты: Эйч-эс-би-си, «Сити бэнк», «Чейз Манхэттен Бэнк»[73], «Дойче банк», «Би-эн-пи Париба», Ю-би-эс, «Барклайз». Тогда, по одному выражению, ведущие мировые игроки поставили на исламских финансах штамп «Одобрено» [83]. Впрочем, такая оценка была сколь образной, столь и претенциозной. Действительно, следствием стало расширение продуктового ряда и усложнение индивидуальных продуктов, предлагаемых не только «пришлыми», но и «местными» игроками. Однако, по нашему глубокому убеждению, западные банки принесли с собой не только опыт и технологии, но и дух, неблизкий идейным основам исламской экономики.

Надо сказать, и исламский финансовый капитал предпринимал попытки закрепиться на Западе, хотя сведения на этот счёт довольно скудны. Ещё в 1978 г. «Кувейт файнэнс хаус» и министерство вакуфов Абу-Даби учредили в Люксембурге «Исламик бэнкинг систем интернэшнл холдинг» (ИБС). Его предполагалось использовать как европейскую базу инвестиционных проектов в мусульманских и немусульманских странах, но главным образом как зонтичную структуру для учреждения исламских банков в Европе. ИБС успела создать стопроцентную «дочку» «Исламик бэнк интернэшнл оф Денмарк» в Дании в 1982 г., которая была призвана обслуживать операции датских и скандинавских компаний, работающих с Ближним Востоком, оказывать межбанковские услуги другим ИФИ и финансировать деятельность дочерних банков. Однако на каком-то, по-видимому, достаточно раннем, этапе лицензия датского подразделения была отозвана из-за превышения норматива