Перья, кровь и миллионы лет. Полная история динозавров - Райли Блэк

случаев плотоядные динозавры, как крупные, так и мелкие, работали челюстями сходным образом. Показательна в этом отношении юрская кость со следами зубов, сохранившаяся в стене карьера Национального памятника «Динозавр» в Юте. Сама кость принадлежала молодому завроподу вроде диплодока или апатозавра, и это единственная кость со следами укусов, которую палеонтологи нашли на этих раскопках. Только три хищных теропода могли оставить такие длинные царапины на кости – огромный острозубый аллозавр, рогатый цератозавр и крупный острозубый торвозавр. Однако, несмотря на явные анатомические различия между этими хищниками, палеонтологи не смогли определить, кто именно из них ответственен за следы укусов. Все три плотоядных принадлежали к разным группам теропод, и у всех трех были уникальные, легко отличимые друг от друга особенности в строении зубов, но все они использовали для питания тушами одну и ту же стратегию «прокусывания-вытягивания» и все оставляли одинаковые повреждения на костях. Хотя такое сходство усложнило палеонтологам задачу выяснения того, какой именно вид оставил укус на этой бедренной кости, эта путаница указывает на то, что хищные динозавры разного происхождения и размеров выработали единый эффективный способ отрывания мяса с кости. Некоторые из них даже обгладывали туши избирательно. У крупных тираннозавров часто были более мелкие, тесно расположенные зубы в передней части челюстей, и одна окаменелость утконосого динозавра, найденная в пустыне Гоби, показала признаки того, что тираннозавр выборочно соскреб мясо с нескольких разных частей скелета. Хотя тираннозавры были способны отрывать части тела и раздроблять кости, этот экземпляр отделял куски плоти более деликатным способом. Когда вы в основном взаимодействуете с окружающей средой посредством рта, аккуратность является отличным навыком.

Травоядные динозавры демонстрировали значительно большее разнообразие в способах питания. Например, завроподы обладали короткими зубами, приспособленными для срезания растительности, но ими было невозможно пережевывать или измельчать пищу. Растения часто бывают волокнистыми, а грязь, которую завроподы невольно проглатывали вместе со своим мезозойским «салатом», несомненно, стачивала их зубы. Поэтому зубы гигантских динозавров постоянно сменялись на протяжении жизни. Так, завропод камаразавр с ложковидными зубами заменял зуб примерно каждые 62 дня, а диплодок – каждые 35 дней. У некоторых завроподов эта способность была доведена до крайности. Напоминающий корову нигерзавр с коробкообразной головой заменял зуб примерно каждые две недели, что, вероятно, было следствием питания низкорослыми абразивными растениями вроде хвощей[13], растущих вдоль водоемов. Вопреки распространенному мнению, большинство завропод не глотали камни специально для перетирания растений в желудке. Современные крокодилы проглатывают камни (их называют гастролитами) для поддержания нейтральной плавучести[14], а многие птицы – для создания «желудочной мельницы», перемалывающей орехи и семена. Однако палеонтологи не нашли убедительных доказательств регулярного использования гастролитов завроподами. Отполированные камни в той области их скелетов, где был желудок, чаще всего оказывались принесены водой, которая и погребла этих гигантов, – что логично, учитывая, какой мощный поток воды требовался для переноса такого количества осадочных пород, которого было бы достаточно, чтобы похоронить этих многотонных динозавров. На сегодня лучшие свидетельства использования гастролитов динозаврами обнаружены у мелких беззубых теропод, у которых конвергентно[15] развился образ жизни, напоминающий наземных птиц. Эти беззубые динозавры захватывали твердую пищу вроде семян и насекомых, которая затем измельчалась проглоченными ими камешками.

Илл. 37. Завропод нигерзавр обладал черепом, приспособленным для поедания огромного количества грубой растительности вроде низкорослых хвощей и саговников

Подавляющее большинство других травоядных динозавров – от шипастого стегозавра до клювоносого игуанодона и многих других – питались, используя челюсти по принципу ножниц. То, чем они питались, зависело от того, до чего они могли дотянуться. Завроподы могли дотянуться и высоко, и низко, и влево, и вправо на довольно большой площади. Другие динозавры, такие как низкорослые панцирные анкилозавры, кормились ближе к земле, им был доступен лишь уровень немного выше уровня почвы. Родственники современных гинкго, хвойных, хвощей, папоротников и саговников составляли значительную часть этой растительности, первые цветковые растения появились около 125 миллионов лет назад[16], но оставались относительно редкими вплоть до катастрофы, вызванной падением астероида, которая положила конец меловому периоду. Но у некоторых травоядных динозавров развились способы извлечения большего количества питательных веществ из своей пищи, и нет лучших примеров, чем получившие неудачное название утконосые динозавры (гадрозавры).

На первый взгляд, динозавры вроде эдмонтозавра действительно несколько похожи на уток. У этих динозавров мелового периода были длинные, низкие и широкие челюсти, отдаленно напоминающие клюв всем знакомой кряквы. Но термин «лопатообразный клюв» все же лучше описывает анатомию морды гадрозавров. У некоторых экземпляров, таких как упомянутый детеныш паразауролофа Джо и череп эдмонтозавра в экспозиции Музея естественной истории Лос-Анджелеса, сохранился естественный вид их грубого клюва, который свисал с передней части черепа. Клювы гадрозавров не были тонкими, плотно прилегающими тканевыми структурами, а представляли собой толстые, прочные слои кератина, которые выступали вперед перед челюстью, словно лопаты. Что более важно, у уток нет зубов, а у гадрозавров они определенно были. Например, у эдмонтозавра могло быть более 50 рядов тесно расположенных копьевидных зубов, объединенных в то, что палеонтологи называют «зубной батареей». Это была широкая, шероховатая измельчающая поверхность, а остальная часть черепа динозавра была адаптирована для «размазывания» растительного материала по этим постоянно заменяемым зубам.

Гадрозавры жевали иначе, чем млекопитающие. Когда мы жуем, наши челюсти открываются и закрываются, а также немного смещаются из стороны в сторону. У нас есть специализированные зубы с бугорками, премоляры и моляры, которые помогают дробить и измельчать то, что мы едим, увеличивая площадь поверхности пищи для более легкого расщепления в желудке. Эдмонтозавр делал нечто иное. Соединения между костями его черепа были более гибкими, чем наши, и поэтому, когда динозавр поднимал нижнюю челюсть к верхней, кости черепа смещались в ответ на давление снизу, что слегка сдвигало зубные батареи верхней челюсти в ту или иную сторону. Когда нижняя челюсть опускалась, зубные батареи верхней челюсти возвращались в исходное положение, готовые к следующему жевательному движению. Благодаря этой анатомической особенности гадрозавры могли измельчать растительную пищу так, как могли лишь немногие другие динозавры.

Мы знаем, что гадрозавры эффективно использовали свои впечатляющие зубы, благодаря копролитам, которые дали нам ценные знания об этих и многих других динозаврах. Часто мы думаем, что динозавры питались строго определенным типом пищи: травоядные перекусывали листьями гинкго и ветвями араукарии, а хищники норовили проглотить любую плоть, которую могли содрать с туши. Но благодаря современным животным мы знаем, что эти правила не строги. Некоторые травоядные не только проглатывают насекомых вместе с растительной пищей, но иногда намеренно поедают мелких животных. Хищники также иногда едят фрукты