Скованные/Manacled - Сен Лин Ю

Все в нем изменилось. Казалось, в нем не осталось и следа того мальчика, которого она знала много лет назад.

Он вырос, стал выше и шире в плечах. Надменность его школьных дней исчезла, сменившись ощутимым чувством власти. Смертельной уверенностью.

Его лицо утратило все мальчишеские черты. Оно было устрашающе красивым. Резкие аристократические черты застыли в жестком непреклонном выражении. Его серые глаза были словно ножи. Белокурые волосы небрежно зачёсаны в сторону.

Всем своим видом он напоминал скучающего английского лорда. Если не считать почти нечеловеческого холода. Если бы сущность клинка убийцы могла воплотиться в человеке, он бы стал Драко Малфоем.

Она уставилась на него. Анализируя все детали.

Красивый и проклятый. Падший ангел.

Или, возможно, Ангел Смерти.

Пока Гермиона изучала его, он резко закрыл газету и посмотрел на нее. Она на мгновение встретилась с ним взглядом, прежде чем отвернуться.

— Что с тобой не так? — спросил Малфой, посмотрев на нее несколько секунд.

Она слегка покраснела, ничего не ответив.

— Если ты не скажешь мне, я просто вытяну ответ из твоего разума, — сказал он.

Гермиона изо всех сил старалась не вздрогнуть от этой угрозы. Она пристально смотрела на изгородь.

— Я... я думаю, это называется агорафобия, — сказала девушка, сделав несколько глубоких вдохов. — Все, что... связано с открытыми пространствами, вызывает у меня панику.

— Почему?

— Я не уверена. Не похоже, что этому есть рациональное объяснение, — с горечью сказала она, осматривая швы на своей мантии. Ровные стежки были чем-то упорядоченным, на что можно было смотреть. Чем-то предсказуемым. Чем-то, что имело смысл. И не похожим на ее нелогичный разум.

— Уверен, у тебя есть теория, — сказал он с вызовом. Как будто хотел, чтобы она отказалась отвечать, чтобы он мог просто проникнуть в ее мысли и вытащить это объяснение.

Ей хотелось солгать, что само по себе было бессмысленным. Малфой, несомненно, побывает в ее мыслях снова, прежде чем она сбежит. Если она не скажет ему сейчас, он все равно узнает завтра. Или на следующий день. Или всякий раз, когда решит снова исследовать ее мысли.

— Наверное, это происходит из-за того, что я так долго просидела в камере, — сказала она через минуту. — Там ничего не было... была лишь пустота. Все были мертвы. Никто не собирался приходить за мной. Я просто сидела там, даже не осознавая, как долго это продолжалось. Стены были единственной реальной вещью. Я думаю, что решила, что с ними я чувствую себя в безопасности. Так что теперь, когда я пытаюсь идти куда-то и не знаю, куда меня это приведёт... я не знаю. Я не могу... мне кажется... — Гермиона попыталась объяснить свой ужас: — Это будто... меня снова бросают. Что все мертвы, и я просто одна — и я могу справиться с этим чувством, когда мой мир ограничен пространством... но когда я вспоминаю, насколько он большой, — я не могу...

Она начала задыхаться, и ее голос затих. Гермиона не знала, как это описать. Слова не смогли передать всю сложность этой эмоции. Она растерянно отвела взгляд.

Выражение лица Малфоя, казалось, стало жестче, пока она говорила.

— А вчера? — спросил он после недовольной паузы.

— Даже не знаю. Наверное, мой ужас превзошел мой страх.

Он немного помолчал, потом тихо фыркнул и откинулся на спинку стула, изучая ее.

— Должен признаться, когда я услышал, что получу именно тебя, я с нетерпением ждал момента, когда смогу окончательно сломать тебя, — сказал он и слегка наклонился к ней с жесткой улыбкой. — Но я сомневаюсь, что можно превзойти то, что ты сделала с собой самостоятельно. Это разочаровывает.

— Я уверена, что ты не перестанешь пытаться, — сказала она, глядя ему в глаза. Гермиона знала, что на ее лице написано отчаяние, но не было смысла пытаться его скрыть.

Его серебряные глаза сверкнули, когда он увидел это.

Примечание к части

Арт к главе.

Автор grapesodaandpuddin Она чувствовала, что задыхается https://grapesodaandpuddin.tumblr.com/post/624330068461764608/she-felt-like-she-were-suffocating-her-heart

9.

Малфой больше не разговаривал с ней в течение оставшегося часа. Он достал из-под мантии книгу и принялся за чтение, очевидно, вообще не чувствуя холода.

Гермиона закрыла глаза на несколько минут и попыталась заставить свое сердце не биться так сильно, просто глядя на небо.

Она собиралась преодолеть это.

Ей было все равно, что для этого потребуется.

Дни сливались воедино.

Малфой появлялся ежедневно сразу после обеда и выводил ее на веранду. Оказавшись там, он обычно игнорировал ее, читая «Пророк» или какую-нибудь книгу. Гермиона металась по веранде, пытаясь найти в себе силы выйти на прогулку. Она смогла спуститься на несколько мраморных ступеней, но замирала, доходя до гравия.

В отличие от коридора, тут девушка не могла двигаться дальше. Это была граница, которую она была не в состоянии пересечь. Рациональная часть ее мозга просто отказывалась работать.

Поэтому она сидела на ступеньках, собирала гравий и бросала камни один за другим как можно дальше. Или выкладывала их в виде рун.

Других занятий у неё не было.

Малфой никогда не разговаривал с ней, и поэтому она не могла заговорить с ним первой. Не то чтобы ей этого хотелось, но тот факт, что ей требовалось его разрешение, был уже сам по себе унизителен.

Исходя из того, что семейство Малфоев не нуждалось в прислуге, очевидно, это подразумевало, что от нее не ждали ничего, кроме как влачить жалкое существование в стенах поместья. Они совершенно не давали ей возможности занимать себя. Ни книг, ни бумаги — ничего. Ей было почти так же скучно в поместье, как и в своей камере в Хогвартсе. За исключением того, что ее постоянно преследовал осуждающий портрет, и девушка знала, что за пределами спальни есть целый особняк, ожидающий её исследования. Если, конечно, она сможет собраться с духом, чтобы пройти через это.

Гермиона неоднократно обследовала все спальни в коридоре. Она изучала лабиринт живой изгороди через все доступные окна, пока не была почти уверена, что сможет пройти через него, не заблудившись.

Гермиона пыталась найти в себе мужество спуститься по лестнице и осмотреть другие этажи. Она прошла через первый этаж около девяти раз с Малфоем. И все же она никак не могла