Мастер Трав. Том 11 - Ваня Мордорский

Я посмотрел на тело Чернорука. Оно было исполосовано глубокими ранами. В некоторых из них копошились жирные черви. Работа Рыхлого. Назвать это «охотным» сотрудничеством язык не поворачивался. Впрочем, это-то как раз и неудивительно.

Я присел на бревно рядом с Клыком, который работал с той же костью, что и вчера. И сегодня она уже действительно напоминала хорошее такое копье.

— Что-то интересное сказал? — спросил я.

— О-о-о… — протянула Морна, и в ее голосе прозвучали какие-то безумные нотки. — Более чем.

Я давно не видел ее такой заведенной. Она буквально дрожала от злобы и нетерпения.

— Вы вроде собирались Могильщика подождать? — напомнил я.

— Его нет. Хотя должен был уже прийти, — пожал плечами Рыхлый. — Обещал. Так что мы начали без него, ждать некогда. Эту тварь даже яды Шурши держат тяжело. Он к ним привыкает Живучий сильно.

Измененный шумно втянул воздух раздувающимися ноздрями. Его мутные глаза сфокусировались на нас с Грэмом. Видимо пытался понять, кто мы такие и что тут делаем.

Меня же удивили слова Рыхлого. Яды Шурши отлично держали двух гнилодарцев без сознания, а этот Измененный начал им сопротивляться уже на второй день плена? Это…сильно. Очень сильно.

— Лю-ю-юди… — проклокотал он, обнажая ряды острых и желтых зубов. — Вас. Пожрет. Стая. Всех вас. Разорвет.

Мы с Грэмом переглянулись. Дед лишь покачал головой, поднялся и пнул Измененного.

— Многовато говоришь, как на пса, которого я могу убить одним движением секиры.

Измененный перевел взгляд на Морну.

— Найдет… Вожак найдет. По запаху. Жди… Бойся…

Морна взревела, шагнула вперед и по самую рукоять всадила кинжал в плечо монстра, с хрустом проворачивая лезвие.

Чернорук зарычал — не от боли, а от ярости.

— Глубже, самка! Страх! Ты боишься! — выплюнул он вместе со сгустком черной крови.

Морна замахнулась вторым кинжалом, ее лицо исказилось, шерсть на руках встала дыбом.

Перехватил ее руку Грэм.

— Тише-тише, Морна. Ты просто не умеешь с псами разговаривать. Давай лучше я, а ты держи себя в руках. Нам тут не нужно двух Измененных.

Эти слова как-то хлестнули Морну, она резко побледнела, и, стиснув зубы, отошла.

А я понял, что ее ярость не из-за слов Чернорука. Они, конечно, задевали ее, но дело было в другом. Судя по всему отвары, которые я варил, банально переставали действовать. Их не хватало. Похоже, уже сегодня-завтра нужно приниматься за варку. Не хватало еще, чтобы Морна слетела с катушек.

Грэм присел и наклонился к Измененному.

— Не умеют они допрашивать таких, как ты. Я знаю, что вам больно не там, где обычным людям. А я таких как вы убивал десятками. Просто псы, вонючие, голодные и…тупые.

К грэму подошел Рыхлый.

— Что он уже рассказал? — спросил Грэм.

— Мы закончили на том, что Стая расширяется и метит новые места. — сказал Нурл. — Он собирался рассказать где именно.

— Вот как, — прищурился Грэм, — И больше он ничего не сказал?

— Мы недавно начали…разговаривать. — ответил Нурл.

Я посмотрел на тело Чернорука и понял, что Рыхлый прав. Ран было немного. Но вдруг…я заметил то, что меня поразило. Свежая рана в плече Измененного. Края плоти уже начали стягиваться. Регенерация у этого Измененного была какой-то ненормальной. Не затягивались только места, где были черви Рыхлого. И то, даже там раны выталкивали червей. Но должен же быть предел его регенерации?

Я вздохнул. Да уж, идя сюда не это я ожидал застать. Да и, честно говоря, не люблю подобные зрелища.

— Пойдем? — поднялся Клык с бревна. — Пока они тут…заканчивают, нам с тобой неплохо бы поговорить. О своем.

Он открыл ладонь и я увидел, что кости Стража во-первых соединились окончательно в одну, а во-вторых вросли еще глубже в кости Клыка. И, похоже, это было не всё, что он выяснил про кость Стража.

— Да уж, — поднялся я вслед за ним, — Лучше посидим на пасеке. Возле пчелок.

Дело в том, что глядя на Чернорука, на его раны, на червей Рыхлого к горлу подкатывала тошнота, которую я не мог контролировать. С трудом подавив рвотный позыв, я зашагал на задний двор дома.

Спасибо всем за лайки, комментарии и поддержку. Это очень мотивирует ))

Глава 7

Мы с Клыком молча обогнули дом, уходя на задний двор. Туда, где стояли ульи. Звуки допроса Чернорука стали почти не слышны, их заглушило ровное, густое и успокаивающее гудение сотен пчел. Да, я не хотел ничего слышать и видеть из того, что происходило перед домом. Не люблю я такое. И хоть я понимал необходимость допроса, — иначе информацию от таких, как Чернорук не узнать, — но оттого более приятным он не становится. И дело было не только в рвотном рефлексе. Лечить раны, зашивать (если необходимо) или очищать их, вычищая гниль — это одно, а пытаться дотянуться до болевых точек другого разумного существа, чтобы сделать побольнее (а таковым, несмотря на внешний вид, Чернорук оставался) было неприятно. При этом я понимал, что при нужде убить его в бою с помощью симбионтов я бы смог без проблем. Как это случилось с прошлым Измененным, которого прислал Чернобрюхий искать Морну.

Да уж…насколько было бы проще, — мелькнула у меня мысль, — если бы с нами сейчас был кто-то вроде отца Элиаса. с Даром Разума, того, кто мог бы просто залезть в голову этой твари и перелопатить ее память.

Я остановился почти вплотную у одного из ульев и наблюдал за этими крупными пчелами, которых, я не сомневался, контролирует Майя и не позволит им меня укусить. Клык тоже пока молчал.

Я втянул этот воздух поглубже, пахло медом, воском, нагретой на солнце древесиной и травами.

Вот это — моё. Жизнь, созидание и рост. А то, что происходит там, по ту сторону дома… не моё. Конечно, я так могу говорить лишь потому, что есть те, кто могут вытянуть из Чернорука информацию. С другой стороны, если бы это были не Нурл с Грэмом, это был бы Могильщик, или… Джарл.

— Да… — тихо произнес Клык, останавливаясь рядом со мной и глядя на кружащих пчел. — Мне тоже нравится это место. Успокаивает. Когда вокруг происходит сплошное дерьмо, иногда достаточно просто сесть у улья и слушать их гудение. В нашей деревне такого не было, там всё больше