О мой Босс! Монстр для разведенки - Евсения Медведева

Я сама не понимаю, откуда во мне взялись силы, чтобы уехать и начать все сначала. Не понимаю, почему судьба сыграла со мной в покер, почему именно отказ «МДС» оказался настолько цепляющим, что я ошалелой болонкой попёрлась покорять его вершины.

Но если это не совпадение? А вдруг это действительно то место, где мне нужно быть?

— Дмитрий Сергеевич, — я внезапно осмелела и сама сделала шаг навстречу мужчине, с которого начался крах моей жизни. — Вы же понимаете, что эта череда совпадений не случайна? Вы чувствуете, что вам нужна я… Голодная, приезжая, никому не известная. Мне нечего терять, меня некому подкупать, я незаинтересованный, но очень полезный игрок. И вам придётся довериться!

Дмитрий не стал отвечать, он оттолкнулся от столешницы и замер… Нет, на его лице не было сомнений, он рассматривал меня, словно боялся наутро забыть моё лицо. Двигался медленно, буквально ласково оглаживал каждую черточку, а после коротко кивнул и вышел из квартиры…

Смотрела ему вслед, с ужасом понимая, что не слышала звука лифта, зато уловила пугающе близкий дверной щелчок.

Затаила дыхание и бросилась к глазку, но коридор был пуст.

Чёрт… Он что, тоже здесь живёт?

Но ответа мне получить было не от кого, а значит, с этим мы разберемся потом. На всякий случай я заперлась на все замки и потащила чемоданы в спальню.

Глава 18

Глава 18

Вторую ночь подряд я спала как убитая. Мне не мешала ни чужая кровать, ни ещё жесткие простыни, ни огромная подушка, я просто спала!

Отрыла глаза ещё до будильника, внезапно взвизгнув от плавного движения портьер, что, согласно таймеру, раскрывали панорамное остекление этой волшебной квартиры. В спальню ворвался первый предрассветный луч, уже по-осеннему тусклый, ленивый и холодный.

Из-за пугающей высоты у здания буквально не было конкурентов на горизонте, и даже лёжа в кровати можно было отчетливо наблюдать желтый сгусток восходящего солнца.

Я всё же понежилась до того момента, как телефон взорвался мелодией «Лебединого озера». Усмехнулась, вспомнив, как Степа ненавидел эту заунывную трель, а меня лично она успокаивала. Странная я? Ещё какая…

Я поднялась с кровати, взмахнула руками, запуская кровообращение, и, развернувшись лицом к окну, начала делать привычную зарядку, после которой все предохранители моего мозга включались и начинали пропускать сигналы к нервным окончаниям.

Это ритуал, стабильность и уверенность в каждом дне. Попутно я прогоняла полученную от Мостракова информацию, понимая, что без личного знакомства со «Сталькомом» и самым Чудновским не обойдётся. А с другой стороны, готова поспорить, что как только до него дойдёт слух о приезжем финдире, он сам явится ко мне с заманчивым предложением… Тут-то я им и отобедаю. Точно!

Сразу после зарядки мой телефон стал позвякивать короткими сообщениями, я мельком посматривала на экран, смахивала то, что может подождать, ответила водителю, подтвердив, что машина нужна к семи утра, а вот когда на дисплее высветилось имя моего бывшего босса, я включила громкую связь и отправилась в душ.

— Слушаю, — зашипела я, входя под ледяные струи, а через десять секунд кожу ошпарило настоящим кипятком.

— Милена, доброе утро. Слышал, что ты жаворонок, поэтому обнаглел и побеспокоил тебя в такую пугающую рань, — Дятлов не говорил, он почти пищал, как забитый котейка. — Милена, прошлый наш разговор был сумбурным, даже резким. Я не услышал тебя, ты не поняла меня…

— Товарищ Дятлов, мне очень жаль, но мой номер вам придется удалить. Я уволилась, а к своим бывшим, пусть даже начальникам, я никогда не возвращаюсь, — я быстро обтерлась пушистым полотенцем и начала потрошить чемодан, пытаясь найти хоть что-то, что не придётся гладить, потому что времени на это у меня нет.

— Милена, да брось обижаться, — рассмеялся он. — Ты же знаешь, что я резкий на реакцию. Всё, прекрати дуться и возвращайся на работу, у нас тут проблема. Токарный цех остановил работу, технари говорят, что нужны какие-то редкие комплектующие…

— Товарищ Дятлов, — я даже имя его произносить не хотела, чтобы не давать иллюзорной надежды на то, что все можно изменить и забыть. — Мой совет насчет батюшки был вполне реальный. Ваш завод по миру пойдет через два месяца, и это будет исключительно вашей заслугой. А теперь прошу прощения, но меня ждут на новом месте работы. Всего доброго…

— Милена! Да уволил я твоего Стёпку! Уволил!

— Приятно, но слишком поздно… — я отбила вызов, забросила его номер в черный список и побежала собираться.

У меня был врожденный талант… Утром я собираюсь за двадцать минут. Одной рукой сушу волосы, второй рисую стрелки и крашу губы, потом завиваю локоны, а параллельно натягиваю чулки и юбку.

Я люблю медленное утро, люблю смаковать кофе с ирисками, но не дома, а в тишине офиса, когда до прихода сотрудников есть ещё пара часов. Вот моё доброе утро, вот залог удачного и продуктивного дня.

Я собрала в сумку то, что нужно оставить в кабинете, а после вышла из квартиры, чуть замедлившись, проходя мимо соседских квартир. Да нет, это паранойя… Не может же Мостраков преследовать меня? Снаряд в одну воронку не падает… Мне вчера просто померещился тот звук. Определенно…

И вдруг, когда я уже почти убедила себя в собственном сумасшествии и помешательстве на этом чудаковатом мужчине, за одной из дверей я услышала грохот… Такой жуткий, почти лязг металла.

Я взвизгнула от неожиданности, и реакция соседа не заставила ждать долго. Через мгновение дверь распахнулась, являя потного, почти голого … Мостракова!

Я шарахнулась от него, как девчонка от знойного стриптизера. Приказывала мозгу дать сигнал поднять глаза, но он сдался под напором красоты мужского тела… Я просто пялилась на его влажный торс, на капельки пота, что похотливыми сучками скатывались по его рельефу, растворяясь в поясе коротких шорт.

Я любила хорошие мужские тела. Нет, он не должен быть сухим жеребчиком дрищеватого телосложения, меня больше привлекали медведи. Такие крепкие, коренастые, широкоплечие… А Мостраков – совокупность всего греховного, притягательного и знойного, как южный закат. На него хочется просто смотреть, поджимая бёдра…

— Через секунду врубается платный тариф, — хохотнул Мостраков и поиграл грудными мышцами. — Дикова, а вот что ты за женщина? И ведь ни капли смущения! Могла бы хоть зарумяниться ради приличия. Так жадно пялишься на мужское тело, а