Сталкер - Кира Сорока

— Не выражайся! — даёт ему подзатыльник Марина Захаровна.

— А потом был брейк-данс. Потом плаванье, футбол, паркур... Я много чем занимался, принцесса, — говорит он, будто оправдываясь и глядя мне в глаза.

Краски с его лица почти сошли от волнения. А я не знаю, куда деть смех, рвущийся наружу.

— Кто бы мог подумать... Максим тряс попкой под мотивчики румбы. Ммм...

— Слушай, если ты кому-нибудь скажешь... — начинает было он, сверкнув опасным взглядом, но замолкает. Дождавшись, когда бабушка отвернётся, чтобы насыпать в чашку сахар, произносит одними губами: — Расплата будет жаркой, принцесса!..

Он щипает меня за коленку под столом, а я стукаю его по плечу. Максим ловит мою руку, подносит к губам и целует. С трудом успеваем отстраниться друг от друга, когда его бабушка вновь разворачивается к столу. Долго и задумчиво смотрит на каждого по очереди. Потом на тарелку с сырниками.

— А что не едим? Ну-ка, налетай!

И мы уплетаем сырники, чуть ли не соревнуясь в скорости. Диета забыта, ведь Макс поднимает меня, словно пушинку. Вот что происходит, когда у твоего парня руки сильные.

Моего парня...

От этих слов на душе становится так хорошо, что я жмурюсь от удовольствия. Марина Захаровна снова пристально смотрит на нас, но ничего не говорит.

— Сегодня есть тренировка? — спрашивает она, убирая опустевшую тарелку из-под сырников со стола.

— Да. И нам пора ехать, — киваю Максу на дверь.

— Спасибо, ба!

Он поднимается и чмокает её в щёку. После чего мы уносимся наверх. Макс вместе со мной заходит в комнату, чтобы запечатлеть на моих губах долгий-долгий поцелуй. Когда берётся за дверную ручку, чтобы выйти и дать мне переодеться, ловлю его за плечо.

— Подожди... Что ты имел в виду, говоря, что этот день будет сложным?

— Потому что в зале мне нельзя тебя целовать, — со скорбным лицом отвечает он. — И дома тоже нужно прятаться по углам. И приходится сдерживать себя. А ты вся такая красивая прямо у меня под носом, что у меня крыша едет!

Целомудренно поцеловав в кончик носа, заключает:

— Короче, всё сложно, но я терплю.

— Вот и терпи, — улыбаюсь я.

— Вот и терплю!

Макс вновь сжимает меня в объятьях, захлопнув дверь ногой.

— Но сначала давай пять минут полежим.

Утягивает меня на кровать. Спорить с ним сложно...

Глава 24

Макс

Сегодня мы с Полей тренируемся под неустанным контролем Эльвиры Эдуардовны. То ли одних оставлять нас не хочет, то ли заняться ей, блин, больше нечем.

— Макс, приготовься, — шепчет Полина, запрыгивая на меня.

Да я готов. Но Эльвира бесит!

Ловлю свою принцессу, подбрасываю, потом кружу на месте. Мягко ставлю на пол, и она порхает дальше по залу. Вновь приближается, запрыгивает, обхватив меня ногами. Игнорирует тот факт, что я вновь хватаю её под попку и грациозно прогибается назад.

Когда мы делаем последнюю поддержку, ту самую, где в конце должен произойти поцелуй, я уже ненавижу эту Эльвиру всем сердцем. Потому что Полина меня при ней, конечно, не целует.

— Полина, задержись, — говорит тренер, когда мы уже собираемся покинуть зал.

Моя принцесса бросает на меня короткий взгляд и подходит к ней. А я с превеликим удовольствием сваливаю. Если Эльвира будет поносить меня, в принципе, мне плевать. Я здесь свои собственные косяки исправляю и, как говорит Полина, делаю это довольно неплохо. Так что на мнение тренерши мне просто насрать.

Но, вопреки собственной логике, я прирастаю ногами к полу, едва выхожу в коридор. Дверь остаётся приоткрытой, и я прислушиваюсь к разговору.

— А он неплох, — говорит Эльвира. — Не танцор, конечно... Но как партнёр для поддержек — очень даже.

— Максим мне очень помогает! — с энтузиазмом тараторит Полина. — Максим и танцами в детстве занимался. Да и вообще талантливый парень.

— Да вижу я, вижу, — усмехается Эльвира. — Ты только не влюбись, не забеременей и не разрушь себе карьеру.

— Ну что Вы, Эльвира Эдуардовна! — смущённо шепчет Полина. — Максим просто мой временный партнёр.

— Ну хорошо, если так. Ладно, иди.

Полина вылетает из зала и напарывается на мой тяжёлый взгляд. Нет, на этот раз мы не будем ругаться. Сразу перейдём к той стадии, когда уже надо мириться.

Схватив её за майку, подтягиваю к себе.

— Ну ты хотя бы скажи, что я для тебя значу намного больше, чем просто временный партнёр, — шепчу напротив её губ.

— Это даже не требуется говорить, Максим, — хлопает она глазами. — Я... Я без ума от тебя!

— Вот и я в тебе пропал, — глажу её щёки. — Всё, не могу больше ждать.

Быстро накрываю её губы и целую, целую, целую...

Потом мы сбегаем в раздевалку и ещё долго не отлипаем друг от друга и там.

Ни с одной девчонкой у меня не было ничего подобного. Насытиться не могу. Не смотреть не могу. Не целовать не могу. Ничего без неё не могу.

Пока Полина принимает душ, я стою в соседней кабинке и горю. Горю от безумного желания сделать её своей ещё больше и безвозвратнее.

Сколько я так протяну?

— Эй, принцесса!

— Мм?

— Что ты хочешь на день рождения?

Сквозь журчание воды слышится её приглушённый ответ:

— Ничего не надо, Максим. Не трать деньги.

— И всё же! Я их всё равно потрачу, но хотелось бы с пользой.

Проходит не меньше минуты, когда Полина отвечает:

— Татуировку хочу.

Что?

Вот это совсем неожиданно...

До её дня рождения какая-то неделя. Почему бы не сделать тату прямо сейчас?

Я выключаю воду, быстро вытираюсь, обматываю бёдра полотенцем.

— Ну? Ты помылась? — встаю возле её душевой.

Вода вырубается. Через минуту Полина выходит тоже в полотенце, зафиксировав его над грудью. Мы открыто смотрим друг на друга. Её взгляд пробегает по моему торсу. Мой охватывает всё её тело. И мы в унисон подрагиваем от этого зрительного контакта, физически ощущая касание глаз.

Горячо-то как... В груди прям жжётся!

— Тату... — хрипло говорю я. — Ты определилась с местом?

— Ага, вот здесь, — прижимает ладонь к правой стороне живота. И если бы не полотенце, то я бы уже ослеп от зрелища, как она нежно гладит себя.

— И татуировку выбрала?

— Конечно, — кивает Полина.

— Тогда одевайся. Прямо сейчас и поедем в тату-салон.

— Но... Мой день рождения не сегодня, — её голос дрожит.

— А я авансом её тебе подарю. Если чего-то очень хочется, оттягивать нельзя. Собирайся, Поля.

Иду в раздевалку.

— Но мне же восемнадцати пока нет. Меня никто не возьмёт без согласия родителей, — всё ещё сомневается Полина.

— Мой отец, знаешь ли, никаких разрешений