Демон - Михаил Алексеевич Ланцов

— Ладно, — пророкотал Донар, едва сдерживая рвущуюся из него ярость. — Мы пока постоим в стороне. Тем более что у меня есть дела. — С этими словами они с Мирандой пропали.

— Ты не слишком ли жестко с ними? — чуть пожевав губы, спросила Даяна.

— Их вообще тут быть не должно, — прищурив глаза от переполнявшей ее злости, прошипела Богиня Смерти. — Поверь, я уже не раз пожалела о том, что поддержала этих во время той войны.

— Что сделано, то сделано, — с постным лицом произнес Бог Удачи.

— Скажи, друг мой, — спросила Края Хель, уже совершенно спокойным голосом, — ты хочешь жить?

— Конечно! — усмехнулся Бог Удачи и осекся, встретившись с полными льда глазами Хель.

Глава 3

— Вы представляете, — начал возмущаться Эдвин, — эти скоты заставили меня клясться на сфере Арбо[1]!

— То есть как? — удивилась Дризела.

— Анри, разрази его понос, дошел до Императора с доносом от «уважаемого» Анжи Вепря, который клялся, что Макс призвал демона и угрожал его натравить на его людей. Я давно не видел таких припадков. Анри буквально рвал и метал. Императору пришлось пойти на уступки, дабы успокоить этого полоумного.

— И что же хотел этот… Анри? — зло процедил Зельдер.

— Что хотел он не получил. Потому что, возложив правую руку на сферу Арбо, я поведал Императору и Гроссмейстеру о том, что Макс практически не обучен магии жизни, но имеет колоссальный потенциал развития, — усмехнулся Архимаг. — Видели бы вы лицо Гроссмейстера, когда сфера вспыхнула зеленым. Сами понимаете, маги жизни в их обычном виде демонов призывать не могут, да и не совмещаются они никогда с необходимыми для данного действа стихиями. Так что Анри заткнулся с очень кислым выражением лица, прямо с открытым ртом, собираясь сказать какую-то гадость.

— И что было дальше? — злорадно улыбнулась Дризела, в красках представляя перекошенное от удивления, злобы и разочарования лицо треклятого Анри эль Гасбо Гроссмейстера ордена Света.

— Дальше я потребовал компенсации за оскорбления, которые Анри нанес Академии, мне и моему ученику. Ведь учитывая талант, я взял парня под личный патронаж, о чем им и сообщил. Император мои претензии поддержал. Да и сам Гроссмейстер слегка струхнул — ссориться с парнем, к которому в будущем, возможно, придется обращаться за помощью, ему не захотелось. Так что Академии от ордена было перечислено пятьсот золотых монет в качестве виры за голословное обвинение перед лицом Императора, Максу — пятьдесят: за переживания и задетую честь дворянина, что тоже неплохо. Кроме того, Анри торжественно поклялся, что к парню у ордена никаких претензий нет, а все обвинения снимаются по причине лжесвидетельства.

— Как мило, — мечтательно улыбнулась Риата. — Почаще бы так.

— Да. Пятьсот золотых очень своевременны, — кивнул Зельдер. — Я как раз предлагал вынести на обсуждение Совета продажу артефактов из-за нехватки средств в казне Академии. А теперь, полагаю, это лишнее, так как выручить я планировал всего пару сотен.

— Главное, что парня отстояли и обошлось без крови, — подвел итог Эдвин. — Однако хитер малец. Сколько ему лет? Восемнадцать? Да уж. Я в его годы таким не был. Кстати, а где он?

— Наверное, опять в парке, — пожал плечами Зельдер. — Он там тренируется. Выбил у меня разрешение на сооружение каких-то приспособлений, направленных на укрепление тела, и теперь постоянно там крутится.

— Вот как? — заинтересованно спросил Эдвин. — И вы не полюбопытствовали, что именно он будет делать? Какой-то артефакт?

— Да нет. Он ведь только немного деревяшек взял и различных крепежей. Вряд ли что-то интересное.

— Пойдемте посмотрим. Мне вот, знаете ли, очень интересно, что он там придумал после беседы с Анри. Очень уж он его чем-то заинтересовал.

— Скорее Анжи Вепрь, стараясь оправдаться перед нанимателями, наврал воз и маленькую тележку. Все-таки не каждый день такой уважаемый разбойник бегает от юнца.

Вечером того же дня Особняк Орбус

— Ты чего мне наплел, скотина?! — ревел раненым зверем Анри. — Какой демон?! Какой призыв?!

— Ваша Милость, все именно так и было, — с трудом проблеял Анжи Вепрь. Все-таки некоторое время, проведенное на дыбе и в цепях на стене, затрудняло беглую речь.

— Архимаг на сфере Арбо показал, что Макс — маг жизни, причем не абы какой, а очень талантливый. Ты знаешь, что это означает? Нет? Какая незадача! Это означает, что ты мне тут врал! — сказал Анри и разразился матерной тирадой, скрашиваемой ударами по охающему телу Анжи Вепря.

— Но…

— Что «но»? Говори, что там было! Или я тебя отдам варгам на ночь, а потом привяжу на цепи вместо пса.

— Нет! Нет! Ваша Милость, не губите! Лучше убейте!

— Смерть еще заслужить нужно! Рассказывай!

— Не призывал он демона, Ваша Милость. Не призывал. Но обещал это сделать. Причем говорил так убедительно, что даже его спутники лицом побледнели. А потом он стал растекаться комплиментами в адрес Хель, дескать, она красавица и все такое. Да смотрит куда-то чуть в сторону, как будто заметил там кого. А глаза так и горят.

— То есть он тебя языком зацепил и развел как мальчишку? — скривился Анри.

— Нет, что вы! Я краем глаза ее заметил…

— Кого «ее»? Демона очередного? — скептически усмехнулся эль Гасбо.

— Хель! Стоит и улыбается. Я чуть ума не лишился.

— Все-таки ты его лишился…

— Хотите, я на сфере Арбо повторю? Или магам разума меня отдайте. Пусть хоть посмертно себя оправдаю.

— Хель, говоришь? — хмыкнул Анри. — Очень странно. Чего ей мага жизни опекать?

— Так она всегда на полях сражений присутствует. Видимо, он ее заметил и решил выразить свое расположение. Но я до ужаса испугался ее реакции — этот сорванец ее явно не боялся, и ей это нравилось. Сами понимаете, Ваша Милость, связываться с магом, которому благоволит такая Богиня, страшно. Любой бы испугался. Особенно на поле боя.

— А зачем ты тогда этот бред про демонов выдумал?

— Стыдно стало, Ваша Милость, — попытался потупиться Анжи.

— Мы по твоей милости потеряли пятьсот пятьдесят золотых монет и едва не рассорились с очень интересным магом жизни. Если он с Хель в таких отношениях, значит, его таланты действительно весьма на уровне. Жизнь и Смерть идут рука об руку.

— Простите меня, — понуро проскулил Анжи.

— Ты выставил дураками орден перед людьми и Богами. Такое не прощается, — отрезал Анри и стремительно вышел из пыточной, откуда спустя несколько секунд донесся натуральный вой, полный животного ужаса. Анжи Вепрь понял, что оставшиеся дни своей жизни он скоротает в очень интересном времяпрепровождении.