Жена на год - Милена Кушкина

— Обучение в академии платное? — удивилась я. — Разве не нужно Мелисмарду больше сильных магов? Одну часть не учат вовсе, а многие из носителей искры не имеют возможности оплатить обучение?!

Я была возмущена подходом к обучению молодых магов.

— Все так, — подтвердил Николас. — Возможно, если бы у нас было больше сильных магов, родители Ксаврена остались живы, а их дочь никогда бы не заболела. Но пока у власти стоят сильные первородные маги, они даже не будут задумываться о каких-то изменениях. Их полностью устраивает превосходство над всеми остальными.

Маг говорил эмоционально. Было понятно, что эта тема ему близка.

— Возможно, пока просто не задумывались о том, что текущий порядок вещей неверный" спросила я.

Николас смотрел на меня с неподдельным интересом.

— Думаю, что Мелисмарду повезло, что я призвал в этот мир именно тебя, — маг улыбался так, будто предвкушал лучшее в своей жизни приключение. — Иногда чтобы огромный колосс упал, достаточно, чтобы сдвинулась с места всего одна песчинка.

8.

Сола готовилась к приему даже больше, чем я. Пока я вчитывалась в документы со сложными и довольно противоречивыми формулировками, она носилась с нарядами и подбирала украшения. Дважды приезжали модистки, подгоняя платье по фигуре.

— Сола, зачем столько беспокойства? — спросила я служанку. — Обычный ужин с министром. Та взмахнула руками, будто беспокойная птица крыльями дернула.

— Да вы что?! Как можно так относиться к первому официальному приему в статусе жены лорда?! — казалось, что женщина невероятно возмущена тем, что я слишком легкомысленно отмахнулась от такого значимого события.

— Разве там есть что-то особенное? — поинтересовалась я. — Кажется, Ксаврен говорил про ужин.

— Он мужчина, ему не обязательно знать обо всех церемониях. Но гости, которые будут присутствовать, особенно женщины, сразу все поймут, — не унималась служанка.

Меня ее мельтешение и излишняя обеспокоенность уже начинали раздражать.

— Да что они поймут-то? — спросила я.

— То, что вы не спите с мужем! - выпалила Сола.

От ее слов меня в жар бросило.

Я как-то и не подумала, что для слуг это было вполне очевидно, ведь мы с супругом проводили ночи в разных частях дворца.

Отпираться и утверждать обратное было бессмысленно.

- И на основании чего они сделают такие выводы? — спросила я.

— Украшения, — ответила Сола упавшим голосом. — Их нет.

Я посмотрела на женщину, стараясь уловить смысл слов.

- В первые месяцы семейной жизни молодой муж должен одаривать жену после каждой совместно проведенной ночи. А жена должна демонстрировать окружающим эти дары. Это давняя традиция, которая показывает всем, что в семье все благополучно, муж и жена любят друг друга, - пояснила Сола.

По спине будто холодок пробежал.

- Разве это обязательно? — уточнила я.

Сола только руками развела.

— Я сообщу вэйру Ксаврену, чтобы он принес вам что-то, подходящее случаю, — сказала служанка.

Я кивнула.

Если какие-то традиции действительно были, то их следовало соблюдать.

Через час Сола вернулась довольная, в ее руках была бархатная шкатулка.

— Вэйр Ксаврен сам мне предложил выбрать, поэтому я принесла такое украшение, которое расскажет всем о страсти между вами! — с гордостью заявила служанка.

Что-то было в ее словах, что я почувствовала подвох.

— Покажи, — попросила я.

С тихим щелчком крышка откинулась. Сплетения тончайших золотых нитей покоились на мягкой подушечке.

— Как это носить? — удивилась я. - Я думала, там будет одна-две нитки, а тут меня всю обмотать можно!

— Примерно так и планировалось, — ответила Сола, потупив взгляд.

Я осторожно взяла нити в руки. Оказалось, что они были скреплены определенным образом и должны в несколько витков оплетать не только шею, но и торс, плечи, и даже проходить под грудью.

Больше всего это было похоже на портупею.

Сола помогла надеть ожерелье, и оно бесстыдным образом подчеркнуло все мои выпуклости, тонкой золотой нитью спустилось в ложбинку и протянулось едва ли не до пупка.

— Это необходимо надеть поверх платья?! — в ужасе спросила я.

Сола разочарованно головой покачала. Кажется, она ожидала от меня другой реакции.

— Можно и под одежду, — со вздохом ответила она. - Верхний виток ожерелья будет заметен даже так.

Я согласилась на предложенный вариант.

Все же я планировала беседовать с министром образования о его работе, а не декольте демонстрировать.

*Ксаврен Тарукс*

Я зашел к своему учителю, чтобы узнать последние новости о сестре.

- Риана, определенно, идет на поправку, — Николас устало потер переносицу, поднимая взгляд от тетрадей учета. — Но я не могу понять, что из предпринимаемых нами действий сработало. Вроде все это мы уже неоднократно испробовали...

Старик выглядел изможденным, но в его глазах был заметен азартный блеск. Я знал: он не сдастся. Слишком тепло он относился к моей сестре.

— Амулет? — предположил я.

— Это как-то связано с ним, но я не пойму, как именно. Как будто в этом уравнении есть что-то еще, более сильное, чем воздействие старого купона. Возможно, время суток или фаза Луны. В какие-то дни я вижу мощное воздействие, а в другие — эффект не сильнее, чем от чашки чая, — ответил Николас.

Я вздохнул.

Все, что невозможно изучить и измерить, нельзя будет и контролировать. А, значит, оно будет нести потенциальную опасность.

— Может, как-то повлияла Хелесия, моя бывшая? — спросил я.

Николас только головой покачал.

- В ней нет нужного типа магии. Она же сбежала перед свадьбой, когда поняла, что ты повезешь ее на источник. Первородная магия вступила бы в конфликт с ее искрой и убили бы ее, — ответил маг.

— Могла бы просто признаться! — я все еще был зол на предательницу. — Мы бы решили этот вопрос по-другому. Да, помолвку пришлось бы расторгнуть, но она жила бы сейчас под своим именем и осталась при своем имуществе.

Николас полоснул взглядом, будто огненным факелом.

— Ты не понимаешь — рыкнул он, поднимаясь со стула. - Если бы эта свадьба не состоялась, то до источника было не добраться! Вот только невеста была негодна.

— И ты подстроил все так, что настоящая Вианель сбежала? А внешность и имя она переменила не с твоей ли помощью?!

Я был зол.

Впервые этот разрушающий гнев был направлен на моего учителя,