Гром-девица: попробуй не влюбиться - Сара Элай

Ида помолчала. Потом ее губы дрогнули в улыбке – той самой, новой, которую я раньше у нее не видела.

– О чем вы говорили? – спросила я.

– Обо всем. О магии. О горах. О его мире. Он рассказывал, как устроено Потусторонье. Это не ад и не царство мертвых, как пишут в книгах. Это просто… другой слой реальности. Там живут разные существа. Не все злые. Многие просто хотят, чтобы их оставили в покое. Но когда они попадают сюда, у многих только один путь получения энергии - отнять. Вот они и становятся дикими голодными зверями. Долиону повезло. Он хороший маг и может получать энергию от солнца и звезд.

– А если долго будет пасмурная погода? Набросится на тебя?

– Береника, глупости говоришь.

– Да я по фактам смотрю.

– Не будет он ни на кого бросаться. Он ужасно гордый, знаешь. И ужасно одинокий. Он сказал, что я – первый человек за много лет, который не попытался его убить при первой встрече. И первый, кто согласился его выслушать.

– Он демон, Ида. Демоны умеют говорить то, что ты хочешь услышать.

– Возможно. – Она снова легла на спину и посмотрела в небо, где уже гасли последние звезды. – Но если это так, то пусть. Я хочу это слышать. Я устала от того, что меня боятся или жалеют. Я хочу, чтобы меня… хотели. Как женщину. Как человека. А не как ценного мага с хорошими печатями.

Я замолчала. Что я могла сказать? Я не была магом. Я была огромной, мускулистой девицей, которая могла убить демона голыми руками, но не могла понять, что творится в сердце подруги. Я только чувствовала, что она уходит от меня – не физически, а как-то иначе. Незаметно, но неотвратимо. И я не знала, как ее удержать.

– Ты только будь осторожна, – в сотый раз сказала я.

– Ты всегда это говоришь.

– А ты всегда в ответ делаешь глупости.

Ида повернулась ко мне и вдруг обняла меня – быстро, неловко, через толщу овчинных тулупов, служивших нам спальными мешками.

– Ты самый лучший друг, который у меня когда-либо был, – прошептала она. – Я не знаю, что бы я без тебя делала.

Я поставила котелок с водой из речки, которую мы набрали накануне и начала резать овощи.

Мы сидели молча, пока лагерь не начал просыпаться. Первым, после нас, встал Торн – он разбудил Гора, и тот с привычным ворчанием выбрался из под одеяла, которое умудрился взять с собой. Мейрой, проснувшись, немедленно споткнулся о собственный арбалет и чуть не упал в котелок с кипятком. Версей поднялся беззвучно, как призрак, и сразу уселся на самый удобный камень, достав монетку.

– Всем доброго утра, - потянулся Гор. Все ответили.

– Что мы будем делать, если и на этом плато не найдем аномалий, которые ищем? - продолжил он, смотря в первую очередь на Торна, как на командира.

– Муравьи обещали нас проводить. Ищите норы. Постучите около их входа или как там их можно позвать?

– У них хорошее обоняние, - сказала я. Зажарьте кролика.

– Надо чтобы Ида или Мейрой поймали, - пожал плечами Торн.

Глава 13. Муравьиный народ сдержал слово

К ближайшей поляне на которой мелькали за камнями какие-то звери и росла более-менее густая трава мы пробирались по горному карнизу шириной в две ладони.

Карниз вился по отвесной скале, как шрам на каменном лице, и каждый шаг требовал полной сосредоточенности. Слева – шершавый камень, холодный и влажный от сочащейся из расщелин воды. Справа – пропасть, дно которой пряталось в белесой дымке облаков. Я шла первой, как всегда, проверяя надежность опор и закрепляя страховочный трос для остальных. Отряд растянулся позади цепочкой: Ида, Мейрой, Гор с его вечным ворчанием, Версей и замыкающий Торн. Ветра здесь почти не было, и тишина стояла такая, что слышно было собственное дыхание и скрип кожи под «когтем». Наконец, мы добрались до травы.

Муравьиный народ жил в горах повсюду – в трещинах скал, в заброшенных шахтах, в глубоких пещерах, куда не заглядывали люди. Они строили города, крошечные и невероятно сложные, с башнями из песчинок и мостами из травинок. У них были свои короли и королевы, свои войны и союзы, свои легенды. И воины – маленькие, но бесстрашные рыцари на микролошадях, которые могли проскакать по вертикальной стене так же легко, как я хожу по ровной земле.

Микролошади были под стать всадникам. Размером с крупную крысу, они походили на миниатюрных скакунов – с длинными, тонкими ногами, развевающимися гривами из белого шелка и хвостами, похожими на пушистые кисточки. Они были быстры, невероятно выносливы и умны, и муравьи-всадники относились к ним не как к ездовым животным, а как к боевым товарищам.

Заниматься охотой и жарить добычу в качестве подношения – не понадобилось.

В образовавшеся тишине раздался тоненький, серебристый звук – как будто крошечный колокольчик звякнул где-то впереди.

Я замерла на полушаге. Этот звук я знала с детства. Так звенела сбруя микролошади, когда ее всадник-муравей пускал своего скакуна в галоп по каменной плите.

Мы подошли к другому краю поляны, откуда доносился звук.

На плоском камне, поросшем серебристым мхом, стояла лошадка размером с ворону – сантиметров двадцать в длину, не больше. На ней сидел муравей. Усики, тонкие и длинные, медленно покачивались, ощупывая воздух – он почуял меня раньше, чем я его увидела. Фасеточные глаза блестели черным, как обсидиан, и в них не было страха. Только узнавание. Рыцарь был в доспехах из лакированного жучиного крыла, с копьем из иглы горного кустарника.

– Крупная-Дочь-Людей, хорошего путешествия– поприветствовал меня муравей. Голос был тихим, как шелест сухих листьев, но четким

– Меня послал Вар-Кир, – сказал всадник. Меня зовут Бан-Ган. Я покажу вам дорогу до ненормально больших демонических порталов, которые трясут гору и засыпают наши ходы. Тут недалеко.

Он развернул микролошадь и поскакал к краю скалы. На мгновение я испугалась, что он сорвется в пропасть, но микролошадь легко перескочила на следующую веранду и побежала, цокая копытцами по камню, как по ровной дороге.

– Он сказал «недалеко», – повторил Торн, нарушая молчание. – Мы должны быть осторожнее, чем когда-либо. Это то, что мы никогда не видели. Мы должны помнить – мы сражаемся за всех, кто живет в этих горах.

Он обвел нас