Римское государство и право. Царский период и эпоха Республики - Алексей Борисович Егоров

а с 443 г. до н. э. — цензоры. Указанная дата перехода к цензорскому назначению представляется наиболее вероятной, хотя среди исследователей есть мнения, что составление списка сенаторов перешло к цензорам с IV в. до н. э., а конкретно — с цензуры Аппия Клавдия (312–307 гг. до н. э.). Цензоры проводили составление списков сената каждые 5 лет и были единственным органом, контролировавшим состав сената. Кроме цензоров, это право принадлежало диктаторам, производившим lectio senatus в особенно сложных для государства ситуациях (Фабий Бутеон, Сулла, Цезарь). Примечательно, что самые большие пополнения сената были связаны именно с действиями диктаторов.

Действия цензоров, имевших значительную свободу в составлении списков, регламентировались и другими правилами. Практикой составления сената было его комплектование из числа бывших высших магистратов, затем бывших эдилов, трибунов и квесторов и, наконец, тех, кто не занимал никаких должностей, прежде всего из числа всадников. Очень редко в сенат попадали люди, не принадлежавшие к высшим сословиям. Таким образом, в отсутствие прямых выборов народом, последние все же оказывали большое влияние на составление списков сенаторов.

Список сената составляли цензоры. Он включал в себя разные категории сенаторов, располагавшихся по рангу. Разделение сенаторов было постепенным: в царский период устанавливается деление на «отцов старших родов» (patres maiorum gentium) и «отцов младших родов» (patres minorum gentium), возникшее либо при Тарквиниях, либо в начале Республики[84].

В V в. появилось новое деление на patres и conscripti, что, видимо, обозначало соответственно патрицианских и плебейских сенаторов[85]. С IV в. до н. э. после законов Лициния-Секстия это разделение, происшедшее в ходе сословной борьбы, было заменено на разделение по принципу последней занимаемой магистратуры. Во главе списка находились бывшие цензоры (цензории) и консуляры, далее шли претории, эдилиции, трибуниции и квестории, а затем сенаторы, не занимавшие должностей.

Цена голоса сенаторов была одинакова, хотя, естественно, фактор авторитета играл особую роль, и древние авторы считали элитой сената цензориев и консуляров, которые обычно задавали тон дискуссии и оказывали особое влияние на принятие решений.

Принцип комплектования сената изменил Сулла, который ликвидировал цензуру и превратил пополнение сената в прямой выборный процесс. Число квесторов при Сулле выросло с 8 до 20 человек (Тас. Ann., XI, 22), причем все квесторы, не бывшие еще членами сената, попадали в его состав. В 70 г. до н. э. цензура была восстановлена. Цезарь частично вернулся к сулланской системе, оставив за собой и цензорские полномочия. При Августе функция пополнения сената перешла в руки принцепса.

Как и при царях, сенат обязательно должен был созываться, но теперь уже магистратом, имевшим ius agendi cum patribus. Это были консул, диктатор, децемвир, трибун с консулярной властью, начальник конницы, претор, позднее — народный трибун. Понятие ius agendi cum patribus включало в себя целый ряд функций: собирать сенат (vocare), председательствовать в нем (senatum habere), делать доклад (referre), проводить опрос мнений сенаторов (consulere) и, наконец, принимать решение сената (senatusconsultum facere). В отличие от ряда других государственных советов, сенат не имел фиксированного места для сбора, но выбирал разные места, чаще всего храмы. Для республиканской эпохи источники обычно указывают Капитолий (сама крепость или подножие холма), Палатин, храм богини Верности (Арр. В. С. I, 16), храм Диоскуров (Ibid. I, 25), курию Гостилия (Liv. I, 30, 2), храм Согласия (Concordia), построенный Луцием Опимием, храм Сатурна (Liv. I, 31) и реже другие места. Юлий Цезарь начал строительство курии Юлия, законченной при Августе с целью превратить ее, по крайней мере, в основное место заседаний. Дни сбора сената регламентировались календарем. Сенат мог заседать только в dies fasti. Обычно сенаторы не могли собираться до восхода солнца и продолжать заседать после его захода.

Председатель сидел на особом возвышении, курульные магистраты — в курульных креслах, сенаторы — на скамьях в зависимости от ранга. Вопрос о кворуме был достаточно сложным. Примечательно, что надпись 186 г. до н. э. указывает на сравнительно небольшое число сенаторов — 100 человек (Dess. I, 18), однако факты показывают достаточно жесткий контроль за сенаторской явкой, когда уважительной причиной для отсутствия считались либо болезнь, либо выполнение государственного поручения. Такими поручениями могли быть нахождение в армии, посольстве, выполнение инспекционных поручений и т. п., что физически делало присутствие невозможным. Поскольку сенаторы составляли командный состав армий и состав посольств, а многие из них находились в провинциях по различным делам государственной важности, довольно значительное их количество всегда отсутствовали именно по этим причинам, и, таким образом, кворум в 100–200 человек не был слишком маленьким.

Председатель делал доклад (relatio), в котором излагал суть дела, после чего следовала дискуссия. Иногда председатель проводил опрос мнений всех сенаторов, начиная с самых пожилых и высокопоставленных. Первый человек в сенаторском списке именовался princeps senatus, и его положение давало огромный престиж и право первого слова. В других ситуациях право первого слова давалось консулу, избранному на следующий срок. Со временем, как это было при Империи, положение princeps senatus превращалось в функцию председателя сената. После дискуссии начиналось голосование: голосовавшие расходились в разные стороны (термин pedibus vocare). По окончании голосования несколько специально выбранных сенаторов записывали решение (сенатусконсульт), который и получал силу закона. Если трибуны совершали интерцессию, то сенатусконсульт лишался своей силы.

Наиболее сложен вопрос о правовой и политической власти сената. Согласно теории Т. Моммзена, сенат, по большому счету, был консультативным органом при магистратах, и его власть — во многом результат фактического положения, т. е. в какой-то степени правовой узурпации. Вместе с тем, по мнению многих исследователей (П. Виллемс, А. Хойсс, В. Кункель и др.), сенат имел ряд самостоятельных полномочий и был реально действующим римским правительством.

Подробный анализ материала показывает, что именно сенат стал центральным органом власти в Римском государстве и именно он был основной решающей силой. Характеризуя полномочия сената, Полибий указывает на следующее: ведение реестра доходов и расходов казны, когда квесторы не могли выдавать из казны деньги без разрешения сената, а цензоры брали деньги на исправление и сооружение общественных зданий также только с сенатского разрешения. Сенат выносил решения по преступлениям, совершаемым в Италии (измена, заговор, убийство, отра-вительство и др.), решал споры в отношении отдельных лиц и городов Италии, отправлял посольства с целью «замирения, призыва в подданство, объявления войны». Полибий также сообщает, что от сената зависел и прием явившихся в Рим посольств и ответы им (Polyb. VI, 13). Конкретное рассмотрение полномочий сената показывает, что они были еще более значительными.

Проблема роли сената как совещательного органа оказывается несколько более сложной. В самом деле, для созыва сената требовалась воля магистрата, однако сенат имел множество возможностей заставить магистрата провести заседание, а в случае нежелания одного магистрата