Зимний дворец, Дворцовая набережная и Эрмитаж. Прогулки по Петербургу - Алексей Викторович Домбровский

зал. Различные чиновники Временного правительства заняли комнаты Большого фрейлинского и Камерюнгферского коридоров на третьем этаже. На первом этаже расположились Канцелярия комиссариата Временного правительства, различные общественные организации. В Зимнем дворце работала и Чрезвычайная следственная комиссия по расследованию преступлений царского режима, членом которой был, кстати, поэт А.А. Блок.

Во дворце оставался и госпиталь. Уже упоминавшаяся ранее медсестра Н.В. Галанина вспоминала об этом времени следующее: «Когда началась Февральская революция, в Зимнем дворце, в том числе в госпитале, стало очень тревожно… По мостам, Дворцовому и Биржевому, проносились наполненные людьми грузовики: оттуда во все стороны беспорядочно стреляли из винтовок… По Дворцовой набережной просвистело несколько пуль. Одной из них был ранен в руку стоящий на посту часовой. Его положили в госпиталь, в Восточную галерею.

Ночью я должна была выдержать очень трудное объяснение с прапорщиком, на груди которого красовался огромный красный бант и который возглавлял отряд вооруженных солдат. Он яростно кричал, требуя, чтобы раненого часового „вышвырнули в окно“. Спать в эту ночь раненым не пришлось.

Несколько раз в течение ночи врывались в госпиталь вооруженные солдаты, с прапорщиками во главе, которые грубо выпытывали у сестер, где они спрятали находящихся будто бы во дворце царских министров. Искали их под кроватями раненых, в баках с грязным бельем, даже в спальнях сестер, в зеркальных платяных шкафах. К счастью, министров во дворце не было».

В целях обеспечения сохранности большую часть эрмитажных коллекций и значительную часть ценного имущества из залов дворца в сентябре перевезли в Исторический музей в Москве. Это было сделано в соответствии с программой охраны памятников искусства и старины, подготовленной Комиссией по делам искусств и Художественно-исторической комиссией.

В марте 1917 г. на квартире А.М. Горького на Кронверкском проспекте образована Комиссия по делам искусств. Там собрались представители петроградской интеллигенции, которые избрали в состав Комиссии А.Н. Бенуа, А.М. Горького, Ф.И. Шаляпина, М.Д. Добужинского, Н.К. Рериха и И.А. Фомина. Перед ней поставили задачу ведения переговоров с Временным правительством по вопросам охраны памятников искусства.

А чуть позже по инициативе А.М. Горького и Ф.И. Шаляпина создана Художественно-историческая комиссия, задачей которой являлась приемка движимого имущества из национализированных дворцов Петрограда. Председателем этой Комиссии мартовским приказом А.Ф. Керенского назначили бывшего камергера Двора и помощника секретаря Государственного совета В.А. Верещагина, его помощники – Б.А. Надеждин и Н.Г. Пиотровский, а фотофиксацию проводил К.К. Кубеш. В Зимнем дворце комиссия, в частности, выполнила подробную опись комнат Николая II. Павловский филиал Комиссии возглавил Г.К. Лукомский, а Петергофский – В.К. Макаров.

Октябрьский переворот 1917 г.

Здесь же, в Зимнем дворце, в ночь на 25 октября 1917 г. произошел арест Временного правительства. Его в эту ночь охраняла неполная рота юнкеров и часть первого Петроградского женского ударного батальона, сформированного в июне – июле 1917 г. Он включал в себя 4 пехотные роты и пулеметную команду и имел общую численность 1200 человек. Батальон к этому времени стоял в лагерях рядом со станцией «Левашово». 24 августа штаб Петроградского военного округа распорядился выступить батальону к Зимнему дворцу для защиты Временного правительства. Однако начальник штаба штабс-капитан А.В. Лосков направил туда только одну 2-ю роту, численность которой составляла 137 человек.

Одним словом, имевшихся в Петрограде правительственных сил было явно недостаточно для обороны огромного здания против нескольких тысяч солдат, кронштадтских матросов и вооруженных рабочих. Военные возможности Временного правительства существенно отличались от возможностей царского правительства во время событий, ожидавшихся 19 февраля 1861 г.

В октябре 1917 г. обстановка в городе была совершенно иной. Мосты, правда, охранялись верными правительству офицерами и юнкерами, на центральных улицах встречались казачьи разъезды. Но в целом ситуация Временным правительством не контролировалась. На рабочих окраинах формировались отряды из вооруженных рабочих, называемые Красной гвардией. Активно велась работа по разложению столичного гарнизона. Из Кронштадта прибыло более двух тысяч моряков, большинство которых придерживалось анархистских взглядов.

В центре города в эти переломные для судьбы страны дни, как ни в чем не бывало, работали театры. В Мариинском театре шел посвященный памяти П.И. Чайковского балет «Щелкунчик», в Александринском театре ставили спектакль «Флавия Тессина» и комедию «Расплюевские веселые дни» («Смерть Тарелкина»), а в Михайловском театре – французскую комедию «Стакан воды» по мотивам пьесы Эжена Скриба.

Спокойны были и вышедшие 25 октября газеты. «Петроградский листок» поместил на первой полосе небольшую заметку «Мятежные выступления большевиков», а остальную часть посвятили котировкам ценных бумаг. В вышедшей уже после переворота, 29 октября, газете «Петроградские ведомости» (№ 122) в короткой статье совершенно хладнокровно перечислялись события, произошедшие в городе, начиная с вечера 24 октября. При знакомстве с этой статьей возникает впечатление, что все в ней описываемое происходило где-то в другой стране: «25 октября войска, перешедшие на сторону Ленина, заняли Телеграф, Гос. Банк, все вокзалы, бомбардировали Зимний дворец, взяли его с боем, арестовали всех министров, кроме Керенского, успевшего выехать в Гатчину. Зимний дворец был разграблен. Из числа защищавших дворец юнкеров и солдат женского батальона много раненых и убитых. Все министры заключены в Петропавловскую крепость…».

А.Ф. Керенский

М. Бочкарева

События, вероятно, могли бы пойти иным путем, если бы 1 сентября А.Ф. Керенский не арестовал генерала Л.Г. Корнилова, сняв его с поста главнокомандующего. Этому предшествовали июльские события в Петрограде. Произошедшие тогда в столице беспорядки были подавлены с помощью трех казачьих полков, а вместо генерала А.А. Брусилова командующим армией назначили Л.Г. Корнилова.

Генерал Л.Г. Корнилов

Атаман А.И. Дутов

В качестве командующего он направил в Петроград одну из самых боеспособных частей – третий конный корпус генерала Крымова, цель только одна – обеспечить защиту результатов Февральской революции и возможность скорейшего проведения Всероссийского учредительного собрания. Но А.Ф. Керенский, сначала поддерживавший генерала, вскоре заподозрил его в стремлении узурпировать власть. Л.Г. Корнилова арестовали. Вместо него главковерхом стал сам Керенский, не пользовавшийся в армии авторитетом. В результате в сентябре – октябре у Временного правительства не оказалось под рукой надежных воинских частей, на которые оно могло бы опереться для подавления октябрьского мятежа. Последней возможностью защитить себя и результаты Февральской революции у Временного правительства являлось использование расквартированных в Петербурге казачьих частей. Казаки по-прежнему оставались верными присяге, а в свои казармы агитаторов большевиков попросту не пускали. Руководил ими глава Союза казачьих войск, атаман Оренбургского казачьего войска генерал А.И. Дутов.

Но и этим шансом правительство не воспользовалось. Оно боялось организованной казачьей силы, видя в ней угрозу собственной власти и разбросало их по разным местам города, а пятую Кубанскую дивизию и вовсе перебросило в Териоки (ныне – Зеленогорск).

Двенадцатого октября межрайонным совещанием Советов рабочих и солдатских депутатов принято решение о проведении 22 октября смотра своих военных сил. А силы были немалые – почти 300 тысяч не желавших отправляться на фронт солдат столичного гарнизона,