Безликий - Е. Юань

«К тому же, попытайся они провести ритуал, взывая к „Владычице Багрянца“, зов почти наверняка ушел бы прямиком к Богине. А вот использование донельзя похожего, но куда более детализированного, узкого титула позволяет виртуозно обойти Её влияние, обращаясь напрямую к их истинному источнику силы… к той самой так называемой первозданной луне… Одному богу известно, что за жуткая, непостижимая сущность там скрывается…» — размышлял парень, разрываясь между жгучим любопытством и леденящим душу трепетом.

Времени в обрез, так что вчитываться в детали он не стал. Беглого взгляда хватило, чтобы убедиться: как и обещал Король-Шаман, целая россыпь мистических контрактов и обрядов действительно была намертво завязана на луне.

Впрочем, самого Клейна это волновало мало. Слепо копировать эти чужие практики и навлекать на свою голову гнев неведомой лунной чертовщины он совершенно не собирался. Его интересовала лишь голая механика: структура контрактов, логика построения ритуалов и ювелирная работа с деталями.

Лишь досконально постигнув эти глубинные, сокрытые законы мистики, он смог бы выстроить собственный арсенал заклятий, астрологических методов и таинств призыва, нацеленных исключительно на «Короля Желтого и Черного».

«Глядишь, в один прекрасный день я и вовсе создам собственную, самобытную школу оккультизма…» — с этими мыслями Клейн снял с запястья маятник, дабы в последний раз железобетонно удостовериться в подлинности «Книги Тайн».

Получив от кристалла безоговорочный, утвердительный ответ, он не стал пороть горячку и раскидывать карты на рецепт, сокрытый в Потусторонней характеристике «Оборотня». В конце концов, пускать этот трофей с молотка он не собирался. По той же самой причине юноша благоразумно отложил до лучших времен и расследование истинного происхождения флакона с токсином.

Стремительно вернувшись в реальный мир, он раздернул шторы. Взору предстало бледное, больное солнце, робко прячущееся за плотной завесой туч и столичного смога и совершенно не способное согреть остывшую землю.

— Апчхи!

Клейн внезапно прикрыл рот и нос ладонью, содрогнувшись от оглушительного чиха.

И лишь в этот самый момент он с удивлением осознал, что голова раскалывается от тупой боли, тело ломит от жара, а сил нет никаких. Судя по всему, он умудрился подхватить банальную простуду.

«Я, Потусторонний седьмой Последовательности, и вдруг слег с простудой…» — выудив бумажную салфетку, сыщик с досадой высморкался.

Стоило ему лишь немного пораскинуть мозгами, как причина этого позора стала кристально ясна:

Фатальный изъян флакона с токсином заключался именно в том, что эта дрянь медленно, но верно высасывала из владельца жизненные силы, неизбежно ввергая того в болезнь!

Продержи он этот проклятый артефакт при себе еще немного, и банальная простуда вполне могла бы свести его в могилу.

И эту угрозу было совершенно невозможно сковать никакими «духовными клетками»!

А ведь минувшей ночью, чудом выжив в кровавой мясорубке, с практически выжженной дотла духовностью и отравленным, обессиленным телом, он битых полчаса прятался в Церкви Рычага, сжимая в кармане этот самый флакон…

Приплюсовать сюда еще и долгий, промозглый путь обратно на улицу Минск — вот и закономерный, постыдный итог: он заболел.

«Хвала небесам, хоть не смертельно… Жить буду…» — вновь чихнув, Клейн принялся за сборы, твердо решив отогреться в горячей ванне.

Приведя себя в порядок и желая хоть как-то вознаградить за перенесенные страдания, он лично поджарил себе глазунью. По кухне поплыл восхитительный, дразнящий аппетит аромат.

«Древняя „Книга Тайн“ Короля-Шамана, флакон с токсином, ничуть не уступающий по мощи Солнечной броши, да еще и Потусторонняя характеристика от „Оборотня“ седьмой Последовательности… Куш и впрямь вышел колоссальный… Какая досада, что добыть характеристику „Живого мертвеца“ так и не вышло…» — устроившись за обеденным столом, Клейн неспешно уплетал яичницу, скрупулезно подсчитывая ночные барыши.

Ещё одним поводом для сердечной боли стал тот факт, что он всадил целых одиннадцать Потусторонних пуль, а каждая из них оценивалась почти в десять фунтов!

«Иными словами, я в буквальном смысле сжег сотню фунтов… Самое настоящее забрасывание врага деньгами… Немудрено, что львиная доля Потусторонних низших и средних эшелонов так маниакально жаждет богатства…» — Клейн опустил взгляд на свой завтрак.

А ведь этот роскошный завтрак обошелся ему в жалкие несколько пенни!

Покончив с едой, он вальяжно развернул утреннюю газету, то и дело прерывая чтение раскатистым чиханием и утирая нос салфеткой.

Едва вдали стихли удары церковного колокола, возвещающие о восьми часах утра, как дверной звонок залился настойчивой трелью.

Как Клейн и предполагал, на пороге возник репортер «Ежедневного обозревателя» Майк Джозеф.

Обладатель пронзительных лазурных глаз, щегольски подкрученных усиков и донельзя обветренной, грубой кожи учтиво снял шляпу в знак приветствия, после чего взял быка за рога:

— Детектив Мориарти, у вас найдется окошко, чтобы взяться за мое поручение?

«Я, конечно, малость простыл, но именно сейчас отсиживаться без дела было бы верхом неосмотрительности. Обычная, рутинная работа — лучшее алиби…» — мысленно рассудил сыщик, только-только сорвавший колоссальный куш в ночной мясорубке, и с легкой улыбкой ответил:

— Я слегка приболел, но, смею заверить, на моих навыках рукопашного боя и меткости стрельбы это никак не скажется.

Лицо Майка мгновенно озарилось широкой улыбкой:

— Премного благодарен за вашу помощь.

— В таком случае, выдвигаемся немедля.

— Ах да, детектив Мориарти, вы уже изволили позавтракать? Я угощаю. В конце концов, как ваш наниматель, я просто обязан взять на себя заботу о вашем пропитании на сегодняшний день.

«Угостить меня завтраком?» — Клейн на долю секунды опешил, после чего честно признался:

— Я только из-за стола.

— Впрочем, настоятельно рекомендую вам отложить трапезу до прибытия в Восточный район. Там, за завтраком, вы сможете воочию узреть немало прелюбопытных картин. А уж мне тогда хватит и простой чашечки кофе.

— … Никаких проблем, — Майк кивнул в сторону улицы. — Мой наемный экипаж уже дожидается нас.

Клейн смерил гостя долгим, оценивающим взглядом с ног до головы и посоветовал:

— Сэр, вам бы не мешало переодеться во что-нибудь похуже и подешевле. Иначе моя работа сегодня обещает стать донельзя жаркой и хлопотной.

Репортер опустил глаза на свое добротное суконное пальто и с явным пониманием протянул:

— Слишком уж бросается в глаза?

— В Восточном районе — вне всяких сомнений, — кивнул Клейн, указывая в глубь прихожей. — У меня как раз припасен подходящий гардероб для таких вылазок. Хм, комплекцией мы вроде бы схожи, должно подойти.

Майк не смог сдержать искреннего восхищения:

— Вы воистину профессионал своего дела.

«Профессионал в криминальных дельцах, ага…» — беззвучно съязвил Клейн.

Сменив лощеные