Достаточно взгляда - Марина Анатольевна Кистяева

будет на раскладном диване в зале. Зал соседствовал с спальнями. Как с маминой, так и с Софиной. Когда у них оставались редкие гости, мама всегда им стелила именно там. В том числе и Малаховым.

– Ты до тети Наташи дозвонилась?

Они убирали грязные тарелки. Решили, что ужин продолжат в более скромной обстановке.

– До этой козы? – фыркнула мама, сверкнув глазами. – Дозвонилась. Оказывается, сколько всего интересного можно о себе узнать, стоит только с человеком поругаться.

– И она не извинилась даже? – у Софы, несмотря на то что прошла уже почти неделя, на душе скребло.

– За что? Наташка считает, что уж ей-то точно извиняться не за что. Это она пустила в квартиру…

Мама не договорила, гневно поджав губы.

Софа вздохнула.

– О твоей дочери она тебе тоже много интересного сообщила?

Мама махнула рукой.

– Не думай даже в эту сторону. Я на твоей стороне. А если честно… – Мама даже остановилась посредине комнаты с салатником. – Я отправила тебя к ним, а уже потом начала думать, что зря. Толик-то взрослый кобелина и…

Поняв, что сказанула лишнего, Нина Сергеевна поспешила на кухню. Валид к этому времени успел переодеться, сменив дорожную одежду на свободную футболку и шорты.

– Нина Сергеевна, показывайте хозяйство и где что брать и куда нести. – Он подмигнул Софе.

– Я могу, – влезла Софа.

Мама посмотрела сначала на нее. Потом на Валида. И кивнула.

– Я так понимаю, вы сами разберетесь.

– Постараемся уж, мам.

Ведра Валиду она в состоянии сама дать. И показать колонку – тоже. Та находилась через дом от них, была муниципальной. Многие жители улицы пользовались ей, предпочитая использовать общую воду для полива или для тех же бань.

– Хорошо у вас.

Валид встал за спиной Софы, и ее снова окатило волнением. Да что ж такое! Теперь она на своей территории и по логике должна была успокоиться. Плюс знакомство с мамой вроде бы прошло неплохо. Мама отреагировала на Валида более чем адекватно. Видимо, сам факт, что он приехал к ней знакомиться, послужило неким катализатором.

– И мама у тебя очень хорошая.

– Правда?

Софе было важно, чтобы они нашли общий язык.

Валид встал рядом, и Софу сразу окатило его энергетикой.

Да что ж такое...

И сразу пошли другие ощущения. Некая приятность, что он рядом. Стоит за спиной, внушая уверенность.

– Конечно. И у вас теплые отношения, это дорогого стоит.

Софа чуть повела плечами.

– Мне кажется, к восемнадцати годам подростковый период ослабевает или заканчивается. Зачем воевать с родителями?

– Зачем с ними вообще воевать?

– Тоже верно.

– Итак, Софа, давай показывай, где у вас и что.

– Где баня и ведра, ты хочешь сказать?

Там, где находилось солнечное сплетение, забулькала легкость. Напряжение, преследовавшее Софу, отступило. И правда, чего она...

Напридумывала себе всего и сразу!

А может, и не напридумывала.

Они вышли во двор.

– Здесь у нас ничего интересного, все как всегда.

Софа отметила идеальный порядок. Двор подметен, нигде ничего не валяется. Ой, ну мама…

– А там баня.

– В огороде?

– Да.

Они прошли и туда.

– Понял…

– А теперь ведра.

Отчего-то Софу забавлял тот факт, что Валид будет таскать воду из колонки. Мама поговаривала о том, что надо воду выводить из дома во двор. Это значительно облегчит тот же полив. Но, во-первых, кто будет этим заниматься? И, во-вторых, финансы.

Следующим этапом была улица.

Валид шел за Софой, поигрывая ведрами.

– Эта колонка?

Валид указал на дорогу.

– Да.

Других поблизости не было.

– Эй, Софка, привет!

На дороге, аккурат напротив «вольво» Валида, подняв полоску пыли, с юзом притормозили два мальчишки лет по двенадцать-четырнадцать. Степан и Юрец, соседские пацаны, которые то дружили с Софой, то пакостничали. Но по мелочи, надо отдать им должное. Подростковый возраст давал о себе знать. Софа даже слышала, как они ее задницу обсуждали, за что она грозила оторвать им уши. А они в ответ грозили еще чаще обсуждать ее «вторичные половые признаки». Откуда они вычитали такую «умную» для них характеристику – вопрос.

– Прикольная тачила, – с важным видом заметил Степа.

Валид со знанием дела кивнул.

– Тоже так думаю.

– И сколько под капотом?

– Двести плюс.

– Ого.

– А жрет как?

Степа вошел в кураж.

– Хватает ему.

– Хватает… Ну-да, ну-да… Не, реально крутая тачила. А за тонировку менты не е…

Валид закашлял, Степен в ответ покраснел, как рак, кураж слетел в одно мгновение.

Юрец пихнул его в бочину.

– Софка. – Степа поставил ногу на педаль, готовый к низкому старту. – Ты это… Давай жениха-то такого не проворонь. Ок?

– Я тебе сейчас…

Софа даже сделала шаг в сторону мальчишек. Точно поймает и уши открутит! Хотя с такими уже фиг справишься. Вытянулись, настоящими лосями становятся.

Парни, хохоча и о чем-то перешептываясь, стартанули, снова подняв дорожную пыль.

– Засранцы.

– Да ладно тебе, прикольные пацаны. Я был готов к тому, что они в салон залезут.

Софа метнула в его сторону любопытный взгляд.

– И что, пустил бы?

– А почему бы и нет? Я таким же лет десять назад был. Пацанам надо развиваться.

Она не заметила, как Валид встал еще ближе, едва не задевая ведрами ее ноги.

– Ну что, Софа, – протянул он, подмигивая ей. – Берешь меня в женихи?

Весело ему, блин! А у нее сейчас рубец на сердце образовался!

– Да ну тебя, – отшутилась Софа и вернулась в дом.

Щеки нещадно горели, она даже ладони к ним прижала.

Она понимала, это шутки. Более того, она даже была готова к подобного рода подколам от соседей.

Грех же не пошутить. Но как-то по сердцу прошлось…

Софа зашла к себе в спальню. Все на своих местах. Ничего не тронуто. Плакаты, какие-то статуэтки. Точно она и не уезжала.

Софа качнула головой. Чудная она все-таки… Что должно было измениться за месяц?

Она достала из шкафа просторные домашние бежевые штаны и черную футболку. Футболка оказалась вытянутой, и она поспешно сменила ее на другую.

В доме стояла тишина. Значит, мама вышла.

Баню Софа топить не умела, поэтому временно оказалась не у дел. Занялась домом. Ужин никто не отменял, хотя мама приготовила столько, что на неделю хватит.

Кстати… Скорее всего, точно на неделю, мама