Мода и кино. Как фильмы формируют тренды. От Метрополиса и Волшебника страны Оз до Дюны и Барби - Анна Сергеевна Баштовая

В 1997 году вышла картина, демонстрирующая редкий сплав фантастики, боевика и комедии. Такой необычный микс сделал новый проект Люка Бессона «Пятый элемент» необычайно популярным у массового зрителя, а костюмы фильма мгновенно повлияли на актуальные тренды.

Художником по костюмам картины выступил знаменитый французский модельер Жан-Поль Готье. Позже Люк Бессон так объяснял свой выбор: «Я хотел лучшего, и это Жан-Поль. Он знает цвет. Он знает аромат Нью-Йорка». Знание Нью-Йорка и понимание нью-йоркской публики действительно были важным условием для работы над фильмом, так как сюжет ленты разворачивается именно в Нью-Йорке (хоть и в 2263 году).

«Пятый элемент» не был для Готье первой пробой пера в кино, к тому моменту в его арсенале уже было сотрудничество с Питером Гринуэем, Педро Альмодоваром, Жан-Пьером Жене и Марком Каро. Но работа над «Пятым элементом» стала для дизайнера одним из самых масштабных проектов в жизни. В общей сложности Готье создал около пяти тысяч эскизов, тысяча из которых пошли в дальнейшую работу и были воплощены на экране. Бессон с восхищением вспоминал трудолюбие модельера: «Он стоял у входа на съемочную площадку, проверяя каждого из 900 человек массовки перед тем, как запустить их в кадр». В итоге за эту работу над «Пятым элементом» Жан-Поль Готье был номинирован на премию «Сезар».

Самым запоминающимся и впоследствии самым цитируемым образом фильма стал комбинезон Лулу из белых термоповязок. «Костюм для Лилу был создан в последнюю минуту и, как ни странно, оказался тем, который помнят все», — рассказал Готье журналу Vogue в 2017 году, по случаю 20-летия картины. Дизайнер отметил, что героиня активно двигалась, поэтому от ее одежды в первую очередь требовалось удобство. Сама же исполнительница роли, Мила Йовович, вспоминает, что идея костюма принадлежала ей и вдохновила ее на это обыкновенная больничная накидка на завязках. По словам актрисы, Готье был в восторге от задумки, а съемочная команда удостоила исполнительницу бурными овациями. Аплодисменты нужны были, чтобы подбодрить Йовович в кадре, так как «костюм был откровенным, чем немного смущал». По легенде, идея огненно-рыжего цвета волос Лилу принадлежала лично Люку Бессону.

Еще один узнаваемый образ Лилу — белый кроп-топ с золотыми брюками на оранжевых подтяжках — сложился после беседы Готье с Бессоном: «Мы поговорили о том, что может быть футуристичным, и решили, что это могут быть элементы сегодняшнего гардероба. Можно даже представить, что в будущем будет только ретроодежда. Все возможно». Элементы ретроодежды появились также в гардеробе напарника Лилу, Корбена Далласа. Его образы менее фантазийны, чем у главной героини, и напоминают костюмы будущего скорее за счет цвета и синтетических материалов.

Одним из ключевых стилистических решений фильма стало отсутствие четких гендерных элементов в гардеробах персонажей. Особенно ярко это выражено в нарядах Криса Такера в роли эксцентричного ведущего. Экстравагантный костюм с леопардовым принтом и крупным асимметричным воротником похож на наряд из кутюрных коллекций Готье, в которых дизайнер исследует тему пола. Второй яркий пример — черный комбинезон с розами для сцены в опере. Такой нетривиальный выбор одежды избавил героя от привычного образа мачо (несмотря на очевидное многочисленное количество любовниц) и преподнес его в новом, андрогинном свете.

Влияние «Пятого элемента» на моду началось буквально сразу после выхода фильма. Уже через год после премьеры Александр Маккуин представил коллекцию «Весна — лето-1998» с множеством укороченных прозрачных рубашек и бандажных платьев, явно вдохновленных картиной. Вариации «перебинтованного» костюма Лилу также появились в коллекциях Pam Hogg «Осень — зима-2012» и Hood by Air «Весна — лето-2016». Не раз обращался к фильму и Джереми Скотт, пожалуй, главный «ученик» Готье. В коллекции «Осень — зима-2018» он представил на подиуме свою версию образа Лилу с цветным каре в ярких футуристических костюмах. В рамках показов «Весна — лето-2022» дизайнеры Оливье Рустен и Джонатан Андерсон показали платья и топы, очевидно вдохновенные «голым» комбинезоном Лилу, а Мила Йовович даже прошлась по подиуму Balmain.

Для австралийской художницы по костюмам Ким Барретт «Ромео и Джульетта» База Лурмана стал первой работой в кино — и сразу максимально успешной. Фильм тут же приобрел статус культового, а стиль его героев разлетелся по мудбордам и фешен-съемкам. Работа над картиной принесла Барретт первую номинацию на премию «Сатурн» за свежесть прочтения классических шекспировских героев и нетривиальный подход к их стилю. Кроме того, Баз Лурман увековечил саму Баррет в картине, дав ей эпизодическую роль горничной Джульетты. Роль второй горничной исполнила Кэтрин Мартин, художница-постановщица «Ромео и Джульетты» и будущая жена База Лурмана.

Главной идеей Ким Баррет было визуально разделить две воинствующих семьи за счет оттенков и силуэтов. Для этого художница по костюмам привлекла к сотрудничеству два знаменитых итальянских бренда. Так битва Монтекки и Капулетти превратилась в битву Prada и Dolce & Gabbana. В итоге клан Монтекки носит в картине яркие гавайские рубашки Prada (к слову, с этого проекта началась крепкая дружба База Лурмана и Миуччи Прада), солнцезащитные очки и цепочки на шее. Знаменитая ярко-синяя гавайская сорочка Ромео в цветах с пылающим сердцем и венком из роз — также работа Prada. Это отсылка к символу Святейшего Сердца Иисуса Христа в католической церкви.

Капулетти, в свою очередь, носят черные облегающие брюки, куртки и яркие жилетки на голое тело. Вызывающая сексапильность сочетается в их костюмах с обильной религиозной атрибутикой. «Стиль Капулетти более декоративен, а Монтекки более практичны. Капулетти носят декоративные и дорогие предметы одежды, а пуленепробиваемые жилеты стали для них необходимым аксессуаром», — рассказывает Ким Баррет.

В пьесе Шекспира к Тибальту обращаются «кошачий принц», намекая на его стремительное и смертельное мастерство владения мечом.

Тибальт: Что, собственно, ты хочешь от меня?

Меркуцио: Одну из твоих девяти жизней, кошачий царь, в ожидании восьми остальных, которые я выколочу следом. Тащи за уши свою шпагу, пока я не схватил тебя за твои собственные![6]

Прическа, бородка, казаки на каблуке с кошачьей мордой и «плюшевая» жилетка с отливом — все это раскрывает кошачью природу Тибальта.

Что же касается главных героев, то Ким Барретт признается, что Ромео и Джульетта стали для нее самыми сложными персонажами, «так как каждый человек имеет свое собственное представление