Из кожи вон. Правдивая история о том, что делает нас людьми - Цай Чунда

с ума сходил от нетерпения, потому что мой отец тоже получил приглашение. Он не очень хотел, но ему объяснили, что этот ресторан – лучшее место в городе, где можно заводить полезные знакомства с нужными людьми, приезжающими к нам из самых разных мест.

Я вызвался сопровождать отца, но мать была категорически против. Тогда я прилип к окну, наблюдая за тем, как он неохотно направился к ресторану и, нерешительно потоптавшись у входа, вошел внутрь.

«Готовят там очень хорошо», – вот и все, что сказал отец по возвращении. А что он еще мог сказать? Вкусная еда – в чем в чем, а уж в таком вопросе местные жители знали толк. Готовили в ресторане отменно, и это помогло им забыть о своих претензиях к красавице Чжан и наконец примириться с ней.

Как-то наша школа объявила сбор пожертвований, потому что школьному зданию давно требовался ремонт. Владелец местной продуктовой лавки колебался, хозяин магазина электротоваров тоже ответил уклончиво, а Чжан Мэйли с готовностью вызвалась помочь. Она лично пришла в школу и объявила директору, что согласна пожертвовать пятьдесят тысяч юаней. По тем временам то была огромная сумма. Ее хватило бы, чтобы построить небольшой дом. Однако директор отреагировал без особого энтузиазма и даже ответил, что ему нужно подумать.

Когда школа опубликовала список спонсоров, имени Чжан Мэйли в нем не было.

Вскоре после этого ремонт понадобился местному храму предков. Чжан Мэйли снова предложила деньги, но ей ответили отказом.

К Новому году настоятель храма богини Мацзу захотел расширить внутренний двор. Наконец хоть кто-то согласился принять ее помощь. После ремонта на стене храма появилась надпись: «Пятьдесят тысяч юаней от благочестивой Чжан Мэйли», – ее имя значилось в самом конце списка, хотя именно ее пожертвование стало самым крупным за все время существования храма. Однако Чжан Мэйли была счастлива. В то время люди часто видели, как она в одиночестве входит в храм и, склонившись, с довольным видом смотрит на выгравированные иероглифы своего имени.

А я стоял у галантерейной лавки в двух шагах от храма и любовался тем, как на ее лице расцветает улыбка.

Когда я перешел в среднюю школу, Чжан Мэйли стала председателем Ассоциации предпринимателей, а ее ресторан переехал ближе к гавани и занял огромное пятиэтажное здание.

Она оплатила ежегодный банкет для лучших учеников школы, который проходил в ее заведении. Выступая перед школьниками, она, разумеется, говорила о долге перед отечеством и строительстве современного общества.

Чжан Мэйли постарела. У нее появился второй подбородок, и толстый слой тонального крема уже не мог скрыть морщины, которые покрыли ее лицо. И все-таки она была красавицей.

Местные старейшины были недовольны тем, что школа приняла помощь Чжан Мэйли, ведь к тому времени она стала владелицей еще и Приморского развлекательного центра, открытого ею по соседству с рестораном.

Вдоль всего побережья только и разговоров было, что об этом центре. По слухам, там имелся караоке-бар, дискотека, кафе и отдельные ВИП-комнаты, а также оказывались другие таинственные услуги. Мы, школьники, почему-то были уверены, что там продают наркотики.

Еще ходили сплетни, что один парень из нашего класса бросил школу из-за того, что подхватил в этом центре венерическую болезнь.

Школьное руководство строго-настрого запрещало ученикам приближаться к развлекательному центру, родители тоже подливали масло в огонь, чуть ли не каждый вечер рассказывая о нем зловещие истории. Я чувствовал, что против Чжан Мэйли затевается новая военная кампания.

Ресторан от развлекательного центра отделяла стена. В тот день, когда проходил школьный банкет, я, находясь в зале ресторана, то и дело подходил к окну и вглядывался туда, где мерцали неоновые огни центра. Мне страшно хотелось узнать, что происходит там, за стеной.

Развлекательный центр был огромным. Посередине располагался главный банкетный зал, а вокруг стояли здания, напоминающие европейские виллы. По слухам, каждое из них служило своей цели: в одном был устроен бар с живой музыкой, в другом – дискотека, в третьем – модное кафе и так далее.

После банкета учитель договорился, что Чжан Мэйли – «выдающийся представитель нашего бизнес-сообщества» – даст мне интервью для школьной газеты.

Я был приглашен в ее кабинет.

В тот день она была одета в строгий деловой костюм и черные чулки. Меня бросало в жар. Впервые у меня появилась возможность заговорить с ней.

Учитель еще раз напомнил мне, что я не должен делать заметки. Таково было условие Чжан Мэйли.

Я понимал, что она привыкла к такого рода церемониальным жестам. Но именно благодаря этим церемониям ей удалось наконец добиться признания. Запинаясь, я начал задавать скучные вопросы, например что могла бы она посоветовать школьникам. Она изо всех сил старалась отвечать так, как, по ее мнению, должна была говорить женщина ее статуса.

Похоже, она осталась довольна тем, как прошло интервью. И даже выразила желание стать спонсором нашей школьной газеты. Они с учителем пожали друг другу руки. Все прошло великолепно.

Выходя из кабинета, я не удержался и оглянулся, чтобы посмотреть на нее напоследок. Я увидел, что из нее будто выпустили воздух. Она откинула голову назад и обмякла без сил в директорском кресле. На ее внезапно постаревшем лице прочитывалась невыразимая усталость.

Чем сильнее нас запугивали старики, родители и учителя, тем больше нам хотелось попасть в Приморский развлекательный центр. Один мой одноклассник не вытерпел и украдкой проник внутрь, а потом возбужденно рассказывал нам, как там круто.

Любой школьник, которому хватило духу пробраться туда, по нашему мнению, был молодцом, а по мнению наших родителей – отпетым хулиганом.

Вокруг развлекательного центра ходило множество слухов. Поговаривали, что весь комплекс контролируют четыре бандита, и они явно положили глаз на нашу школу, планируя набирать новых шестерок среди старшеклассников.

Я в это не верил. Даже если в казино и впрямь проворачивали какие-то грязные дела, какой смысл было местным бандитам соваться в школу? Чтобы сразу попасть под подозрение? Скорее всего, сотрудники Чжан Мэйли тоже любили распускать пустые сплетни. Вообще складывалось впечатление, что все слухи, циркулирующие в нашем городке, так или иначе касались развлекательного центра.

Среди местных жителей зрело недовольство. Все началось со стариков и некоторых женщин, которые стали ходить по домам и требовать, чтобы граждане подписали петицию о закрытии развлекательного центра. Чжан Мэйли незамедлительно нанесла ответный удар: она пожертвовала двести тысяч юаней на строительство нового здания городской администрации.

Ситуация была патовая. Весь город ходил ходуном. Казалось, жители только и ждут, когда появится та искра, от которой взлетит на воздух весь развлекательный центр.

И она появилась. Случилось это во время школьных каникул, когда я учился в выпускном классе.