Псков - Юрий Павлович Спегальский

метра от его первоначального основания закрыто напластованиями, наросшими с XVI века. С северной стороны четверика находились придел и притвор, сохраняющиеся и теперь. Над северной стеной возвышалась звонница. С южной стороны главного объема храма к притвору примыкала с востока палатка. Эту сторону украшала небольшая, но очень заметная, благодаря широким открытым наружу проемам, часовня над усыпальницей, примкнувшая к южной боковой абсиде. Притворы — главный, западный и боковые, северный и южный — соединялись галереей, перекрытой деревянным настилом. Объемистая луковичная глава храма была покрыта темно-зеленой поливной черепицей. Три стены четверика (северную, западную и южную) и лицевые стороны притворов украшали восемь ниш с ликами святых. Одна такая ниша с изображением Николая Мирликийского располагалась под навесом часовни.

Церковь Николы на Усохе

Церковь Николы на Усохе. Часовня

Церковь Николы на Усохе. Реконструкция

В XVII веке храм оказался в сильно запущенном состоянии. Верхние части его были размыты водой и осыпались, своды поросли травой и кустами. Ремонт, сделанный в конце этого века, лишил здание его восьмискатного покрытия, а вместе с тем и его былой стройности, внес изменения в покрытия его придела и притворов. Были расширены окна, часовня сделана закрытой, деревянные перекрытия галереи заменили сводами, галереи отделили от притвора перегородками, к западному притвору пристроили приземистое крыльцо. Стройное и, несмотря на свои большие размеры, изящное здание стало после этого грузным, приземистым, барабаны глав его от переделки крыш укоротились, формы здания опростились, приняли грубоватый характер.

К концу XVIII века церковь Николы еще более «заросла» землей. При очередной крупной перестройке, относившейся к 80-годам XVIII века, была сломана звонница и построена с юго-восточной стороны храма колокольня и новая часовня, совершенно скрывшая древнюю. После этого храм окончательно лишился былой пропорциональности, он как бы расползся по земле. Новая форма главы и окраска в два цвета — белый и желтый — еще более изменили его облик. Продолжали искажать его и перестройки XIX века, в ходе которых были сломаны южный притвор, палатка и галерея, внесены многие мелкие изменения. Здание окрасили в обычный для того времени мертвый синевато-сероватый цвет. В XX веке храм потерял иконостас, в котором еще оставались древние иконы, и все внутреннее убранство, а во время Великой Отечественной войны он горел.

Начатая в 1946 году реставрация храма осталась неоконченной.[27] Не восстановлен притвор, который был при южном входе в храм, кладовая палатка при нем, галереи с севера, юга и запада (хотя остатки их первоначальных частей все еще существуют). Не восстановлены звонница и крылечко при часовне над погребальным склепом. У западного входа в храм все еще существует крыльцо, пристроенное в конце XVII века, не связывающееся с первоначальной композицией здания. Барабан храма по-прежнему искажен карнизом, надложенным в конце XVIII века, окна его расширены, завершен он главой, сделанной в конце XVIII века. Части здания, реставрированные в 1946 году, остались не обработанными обмазкой, которая соответствовала бы памятнику XVI века. Совсем без всякой обмазки остались возобновленные в 1946 году только в кладке узорные пояса на абсидах и на барабане придела. Внутри все поверхности стен и сводов остались покрытыми штукатуркой, сделанной в XIX веке, скрывшей, в частности, отверстия от голосников. Пол, в конце XIX века намного поднятый над уровнем старого, так и остался на этом уровне, деревянные брусчатые связи, вырезанные в XVIII— XIX веках, не восстановлены.

Осматривая этот памятник снаружи, нужно мысленно освободить его низ от двухметровой толщи земли и увидеть здание с уровня почвы XVI века, в первоначальном состоянии, с колоколами на звоннице, с золочеными крестами на блестящих чешуйчатых зеленых главах, представить себе его стоящим посреди буя и той улочки, что была уже описана выше.

Церковь Одигитрии на Печерском подворье построена целиком в 1685 году вместо стоявшего здесь до нее храма XVI века.

Она благополучно существовала под покровительством богатого, никогда не приходившего в упадок Псково-Печерского монастыря до середины XIX века, когда яркой жизнерадостностью своего облика вызвала недовольство монастырского начальства, и в 1866 году ее фасады были обработаны в новом духе. После этой переделки, совершенно неузнаваемо изменившей ее наружный облик, церковь стали считать плохо сохранившейся и неинтересной. Первоначальный вид ее был забыт. Во время Великой Отечественной войны она горела и лишилась всех покрытий. В 1946—1948 годах от стен ее стали отставать и отваливаться толстые слои штукатурки, нанесенные в 1866 году, и тогда выступившие из-под них первоначальные формы храма показали, что это наиболее замечательный из дошедших до нашего времени памятников псковской церковной архитектуры XVII века. С характерными для XVII века смелостью и широким размахом была задумана его необычайно декоративная композиция, с удивительным чувством целого исполнены эффектные детали. В решении плана здания, в его деталях можно найти много известного ранее, даже традиционного для Пскова. Мастера, строившие храм Одигитрии, не избегали использования старых приемов. Но они подчинили их новаторским художественным замыслам. Верх колокольни с ее девятью главками был скомпонован по подобию центрального столпа храма Василия Блаженного в Москве, покрытия напоминали покрытия церкви Бориса и Глеба в Новгороде. Стены колокольни каменщики обработали по-своему — поясами и большими ширинками с выложенными в них из зеленых изразцов крестами самых разнообразных видов. Из изразцов от разобранных старых печей они создали чудесную декорацию. В убор барабана пошли даже гладкие зеленые половые плитки. Можно уверенно сказать, что мастера строили этот храм, критически оценивая свою работу глазом художника и внося в нее, когда это было нужно, изменения. По кладке завершений фасадов видно, что сперва крыша была задумана восьмискатной и мастера начали кладку ее щипцов — по одному на каждой стороне четверика. Но потом они передумали и сделали с каждой стороны по три щипца под двадцатичетырехскатное покрытие. Столпы верхнего яруса («звона») колокольни были уже сложены на более чем метровую высоту, когда мастера решили повысить колокольню и, заложив пролеты, подняли их значительно выше. Изразцы в декорацию они подбирали, как живописец подбирает краски на палитре для картины: самые яркие, разноцветные ставили на наиболее выгодные и видные места, кресты складывали только из зеленых изразцов и т. д.

Нельзя не обратить внимания на то, как они искусно решали свою задачу сразу и в широком градостроительном плане, и в плане создания ансамбля самого подворья. О значении храма Одигитрии в общей панораме города уже говорилось. Не менее блестящий эффект храм производил на самом подворье. Входящего на подворье