Сводные. Люби меня - Катерина Пелевина

испытываю дискомфорт. А это само по себе неприятно и больно. Ложусь в кровать и переписываюсь с Ромой. Как вдруг внезапно над изголовьем звучит знакомый стук. Один раз могло и показаться, но нет. Он стучит снова. Видимо проверяя мои нервные окончания.

На четвёртый подобный раз я психованно надеваю на себя штаны и иду к двери его комнаты тяжелыми шагами. Стою там и даже не могу постучать. Ничего не могу сделать. Кулак так и завис в воздухе. Нет, я не могу. Проще накрыть голову подушкой. Только хочу уйти, как дверь открывается. А я позорно стою там как сталкерша. Будто подслушиваю или типа того. Он зависает передо мной и смотрит на меня. В одних трусах с влажными чёрными волосами. Они, кстати, стали короче. Черты лица ещё острее, чем были. Мужественный подбородок, скулы... Зачем я разглядываю его?! Зачем?

— Не стучи мне в стену! — грубо говорю я и направляюсь к себе. Разгневанно хлопнув дверью, ложусь в кровать. Надеюсь на первом этаже не было слышно, и Марат не проснётся из-за этого хлопка.

И снова стук в стену повторяется.

Мирослава Зайцева: «Завтра на пары не приду, с мамой останусь. Заезжай, если хочешь».

Роман Свиридов: «Конечно, заеду. Обнимаю тебя, девочка моя. Соскучился».

Тук-тук-тук... Тук-тук-тук...

Чёртова азбука Морзе. Он решил испортить мне жизнь снова или что?

Прислушиваюсь. Слышу шаги, а потом снизу моей двери засовывают бумажку. Я иду туда, разворачиваю и читаю.

«Мирослава. Я правильно написал? Мне реально жаль. Спокойной ночи».

Скомкав эту хрень, выкидываю в урну, выключаю свет и ложусь спать. Если он думает, что всё, что натворил можно решить по щелчку пальца сраной бумажкой, то ошибается. Общаться с ним я не собираюсь. Вообще.

Закрыв глаза, я засыпаю и выдавливаю их головы любые мысли о нём...

* * *

Ранним утром, встречаемся в ванной. Я чищу зубы, и он как раз заглядывает туда. Не здороваюсь, ничего, будто его там вообще нет. Полощу зубы, вытираю лицо полотенцем и ухожу вниз. К Марату. Мама, оказывается, уже встала. Покормила его, и он досыпает.

Завтракать приходится втроём. Но мы оба смотрим куда-то в пол, игнорируя друг друга. Мама что-то спрашивает у нас по очереди, но общего диалога, естественно, не получается. А затем, около восьми в дверь раздаётся звонок, и я бегу открывать.

— Рома! — врезаюсь я в него носом, повиснув на плечах.

Ромка обнимает и целует меня, пока никто не видит. Ну, почти никто.

— Привет, моя... — он смотрит за мою спину. — Привет, чувак, я — Роман, парень Миры.

Дамир как стоял с усмехающейся мордой, так и даже руку ему не подаёт. А затем просто разворачивается и уходит обратно.

— Я что-то не так сказал? — спрашивает меня Рома.

— Не обращай на него внимания, угу? Разувайся лучше. Чаем тебя напою. Спасибо, что пришел...

— А, кстати, — он лезет в карман. — Это тебе. — протягивает мне конфеты. — А-то ты стрессанула вчера. Шоколад лечит.

— Спасибо большое, — улыбаюсь я, поцеловав его в щёку.

Когда заходим на кухню, Рома здоровается с мамой и садится рядом со мной. А Дамир, конечно же, сидит напротив. Широко расставив ноги в разные стороны, показывает, кто главный самец на этой кухне. Мне даже смешно.

Я встаю и наливаю Роме чай. Мы болтаем. Мама говорит, что переживает и волнуется. Что сегодня ещё должны были сделать переливание.

— Вместе учитесь? — интересуется Дамир у Ромы, и тот кивает.

— Я на курс младше, но мы ровесники. Я поздно в школу пошёл просто...

— М-м-м... Вот как. Мы с Мирославой тоже в одном универе учились.

Вот ведь козёл, зачем он это делает???

Я громко ставлю кружку между ними.

— Роме неинтересно это.

— Да нет, интересно. Всё нормально, — отвечает он, а я просто хочу, чтобы этот уродец заткнулся.

Слышу детский плач и выдыхаю. Только вот встаём мы с ним одновременно, да вдобавок оба выдаём:

— Я схожу к нему!

Твою мать... Как же меня колотит.

— Я пошла, — с укором смотрю на Дамира и всё-таки иду за младшим братом одна, оставив их сидеть на кухне...

Глава 4

Мирослава Королёва

Боже... Если он не прекратит так себя вести и так смотреть, я точно его ударю. Мне всё тяжелее держать себя в руках рядом с ним, а этот Дьявол будто нарочно провоцирует. Мало ему моей боли… Он до крови решил добраться.

Успокаиваю Марата, кормлю, сюсюкаюсь с ним. И в комнату заходит Рома.

— Потерял тебя. Всё хорошо?

— Да, а у вас?

— Этот Дамир какой-то странный. Сразу как ты ушла, встал из-за стола и уехал. Я остался с твоей мамой.

— Да не обращайте внимания. Он к отцу, наверное, поехал...

— Твоя мама сейчас тоже поедет. Пошла принять душ...

— Хорошо. Ты побудешь со мной?

— А зачем по-твоему я приехал? — улыбается он. — Попить чай с твоим братцем?

Я хихикаю, хотя мне вовсе не до смеха, когда Дамир рядом. Он до сих пор влияет на меня, а это и страшно. Мама уезжает, а мы с Ромой сидим в гостиной и милуемся, пока Маратик мило сопит неподалёку.

Рома целует меня, переходя своими поцелуями на шею и ключицы, и я вздрагиваю, поглядывая на ребёнка.

— Рооом... Вдруг проснётся.

— Тшшш... Мы тихо... Не проснётся.

Наши приглушенные чмоки, кажется, слышны на весь дом, и внезапно дверь в гостиную громко хлопает и перед нами оказывается Дамир. Марат тут же просыпается и начинает плакать.

— Блин, я помешал? Разбудил его?

Козёл, блин. А-то ты не заметил.

Беру на руки и снова качаю, а он наблюдает со стороны.

— Роман, я правильно помню? — спрашивает он у моего парня. — Иди покури пока. Нам с сестрой надо поговорить.

— Что ты себе позволяешь?? — выпаливаю я, выпучив на него обезумевшие глаза. — Рома никуда не уйдёт!

Вот ведь офигевший кусок говна.

— Рома уйдёт, потому что я так сказал. А это — мой дом, и я — твой старший брат.

— Знаешь, что?! — повышаю я голос, а Марат уже расходится слезами.

— Не ори, дура, при ребёнке, это мой младший брат!

— Это мой брат тоже!

Мы рычим друг на друга, а Рома всё это время наблюдает и, кажется, находится в шоке от нашего поведения.

— Эй, чувак, я просто поддерживаю свою девушку. Без обид.

— Слышь, чувак. Съебал отсюда по-хорошему, пока я тебе не прописал, лады?

— Нет, да как ты смеешь?! — я кладу ребёнка в кроватку, пока он захлёбывается слезами от наших истерик, подхожу к Дамиру и со всей силы