Поэтика Егора Летова: Беседы с исследователями - Юрий Викторович Доманский

Д. С.: Да, это мы обязательно затронем. Вот как раз два варианта этой песни отличаются тем, что в одном случае она ролевая, а в другом – не ролевая. Потому что если мы берем рукопись этой песни, вот как раз тот самый первоисточник, о котором я говорил, что больше нам не на что опираться, другого просто нет, то там: «Ты знаешь, наверное, очень хуево быть на свете самим собой». Это ролевая лирика, это сарказм, это он говорит не от своего лица, что лучше стать Гребенщиковым, чем стать самим собой. И поэтому здесь, конечно, речь идет о директоре, о приятеле. Непонятно, что это за человек, полумифическое лицо, которому якобы посвящена эта песня. Здесь ощутим сарказм. Но в звучащем варианте, в том сомнительном источнике, он же поет «быть на свете Дохлым Егром». Тут он поет уже о себе. И поэтому здесь ролевой подтекст, если он и существует, то уходит на задний план в конце песни. А в начале мы, действительно, видим какую-то иронию, эти какие-то туманные цитаты, вот здесь как раз и сконцентрирована эта самая игра в бисер, за которую Гребенщикова многие ругали. И как раз импульсом к написанию песни она, похоже, и стала, эта непонятность, туманность БГ. И хотелось как-то его обыграть, обстебать. Но потом-то у него все проясняется. И сначала эта ирония да, есть. Но вот когда уже идет про «Дохлого Егра», после такого жаркого проигрыша, после криков «Хой!», а крики «Хой!» – это он от себя говорит. Это клич, которым он зовет своих, а не пытается кого-то обстебать. Конечно же, к концу песни ее ролевая природа, ощутимая в начале, сходит на нет.

Ю. Д.: Если учитывать всю эту интертекстуальность, к которой мы еще, конечно, вернемся, всю вот эту ее цитатность, то получается, что в какой-то степени ролевым субъектом песни может быть сам Гребенщиков. Вот такой ведь вариант он тоже допустил? Но все же это не Гребенщиков поет о себе. Это Летов поет о Гребенщикове. Здесь можно исходить из того, что природа ролевой лирики не такая простая, как кажется. Особенно, если это звучащая ролевая лирика. Когда автор надевает на себя чью-то маску, он нарочито абстрагируется от своего персонажа. По большому счету, Летов в этом метатексте абстрагировался от персонажа этой песни. Он сказал, не думайте, что это мой лирический герой, или субъект, который близок мне, это всего лишь некий директор, мой тогдашний директор. Автор абстрагировался. И в случае, если Гребенщиков – ролевой субъект, тоже можно говорить об определенном абстрагировании. Я пою от лица Гребенщикова, хотя, конечно, грамматически тут целый ряд моментов, которые позволяют говорить, что это не так, но цитаты убеждают, что субъект может быть прочитан и как БГ. В результате у нас получается, что автор абстрагировался, дал слово герою, но история ролевой лирики убедительно нас учит немножко другому. Учит нас тому, что зачастую именно в ролевой лирике автор как нигде обнажает себя. Как это было, например, в ролевых песнях Высоцкого. Потому что тут его никто не заподозрит в том, что он себя обнажает. Значит, кем бы ни был ролевой герой этой песни, если он ролевой, то все равно по большому счету это сам лирический герой Летова в его каком-то апогее, в его квинтэссенции. Это квинтэссенция лирического героя Летова на тот момент, на 1986 год. Такое прочтение тоже возможно. Во всяком случае, мы ставим сейчас очень важный вопрос: кто, собственно, речевой субъект этой песни? Кто вот этот вот я, кому «задрали руки», «забили рот», «забили руки», «задрали рот»? Кто знает, что ему «осталось недолго» и ему «уже все равно»? Целый ряд моментов, где субъект действительно эксплицируется. И естественно задаться вопросом, не просто уже даже, кто этот субъект, а увидеть по тексту его эволюцию определенную. Он же меняется. Тут много сослагательного. Но ведь есть рефрен, который снимает ролевую природу, по крайней мере, в отношении Гребенщикова на чисто речевом уровне. «О, если б я мог выбирать себя, я был бы Гребенщиков!» Весь ужас в том, что здесь ставится проблема, которая, на мой взгляд, в каком-то обыденном сознании не должна даже подниматься: выбор себя. Что значит выбор себя?

Д. С.: Если говорить о себе, то такие вопросы ставят в кризисные моменты, когда у тебя внутри возникает революционная ситуация: верхи не могут, низы не хотят жить по-старому. Или когда ты на какой-то развилке находишься, пытаясь выбрать свой путь.

Ю. Д.: А вот это мне кажется немножко другое. Действительно, мы очень часто выбираем свой путь. Мы оказываемся перед каким-то выбором: пойти налево или направо. Сделав выбор, мы дальше понимаем, что все уже определено, мы счастливы. Здесь, как мне кажется, речь о другом. Выбрать не путь, а выбрать себя. Словно человеку дается некий набор его ипостасей. И он как будто в состоянии эту ипостась выбрать. Мне кажется, никто не может выбирать себя. Сделать себя другим нельзя. По-моему здесь как раз эта мысль, во многом, ключевая. «Если бы я мог выбирать себя». И повторяется это в виде рефрена, навязчиво как-то.

Д. С.: Да, навязчиво. Тут важно понимать, что еще по форме эта песня представляет собой блюз. И опора на Гребенщикова тут не только в цитатах проявляется, не только в его упоминании в самом тексте, но и в форме песни. Летов неоднократно выделял «Синий альбом» и конкретно «Железнодорожную воду». А «Железнодорожная вода» – это тот же самый блюз. Первые две строки повторяются, в каждой строфе, иногда с небольшой вариацией, как здесь, например. И у Гребенщикова это можно услышать в «Железнодорожной воде» тоже. А пятая строка повторяется во всех строфах в более-менее одинаковом виде и является квинтэссенцией всей песни. Основная мысль в ней заключена. И вот эта блюзовая форма была характерна как для БГ, на которого опирается здесь Летов, так и для самого Летова. Песня того же периода «Блюз» есть на концерте «Песни в пустоту», где она как единственный концертный вариант. Она по той же самой форме сделана.

Ю. Д.: Притом, что «Железнодорожная вода» прямо цитируется здесь на чисто лексическом уровне.

Д. С.: И как раз Наташа Чумакова говорила, что Летов именно «Железнодорожную воду» выделял и хвалил. И конкретно в пресс-релизе к «Электрическому псу» он об этом говорит. Опора такая есть и достаточно серьезная