Матабар X - Кирилл Сергеевич Клеванский

— И какой смысл его задевать?

— Смысл в том, Арди, что сам Иолай, на втором месте после отца, больше всего боится потерять лицо перед общественностью, — Борис повернулся и спокойно зашагал в сторону платформы. Ардан вздохнул и направился следом. — Сейчас ты в проигрышной позиции, Ард. Не тот антураж. Не те декорации, как сказала бы твоя собственная жена. Так что нам требуется их сменить.

— Я не понимаю…

— Кровавая дуэль, Арди, не такой уж плохой вариант, — Борис хрустнул шейными позвонками и бросил быстрый взгляд за спину на пустой коридор. — Только надо всё сделать так, чтобы она прошла не по условиям Иолая, а по твоим собственным. Прилюдно сбить спесь с этого засранца — дорогое дело. Но любое дорогое дело надо сперва правильно обставить. Пусть это не ты сорвёшься, образно говоря, не в обиду будет сказано, с цепи. Пусть это у него нервы окончательно сдадут. И тогда, под камерами журналистов, где-нибудь не меньше, чем на Арене господина Бролида, ты закончишь ваш конфликт раз и навсегда. И что бы он потом, после публичного поражения, ни сделал, для общественности любые его козни будут выглядеть не иначе, как размахиванием руками после драки. Иолай проиграет. Раз и навсегда. Да, это займёт время. Да, потребуются усилия. Но это всё ещё лучше, чем играть под чужую дудку. Причём играть партию, в которой ты заведомо проиграл.

Арди несколько по-новому посмотрел на Бориса. На человека, который, даже зная, кто именно стоял за нападением на его жену и, тогда ещё, нерождённую дочь, не бросился очертя голову в полымя. Нет, Борис ждал. Ждал и работал над тем, чтобы его решения и их последствия окончательно поставили точку в споре. И, более того, не затронули дорогих ему людей.

Напоминал ли Борис, пусть и отдалённо, Полковника? Может быть, лишь в самой малой степени. Как щенок неизменно напоминает волка. Но, в любом случае, даже такой толики было достаточно, чтобы Арди проникся к своему товарищу ещё большим уважением, чем прежде.

— Ты уже думал над этим раньше, — догадался Ардан.

Борис сдержанно кивнул.

— Думал, — подтвердил он. — С того самого момента, как ты в начале зимы щёлкнул ему по лицу. Просто потому, что знал… точно знал, Ард, к чему именно всё это приведёт. О чём тебе тогда и сказал. Впрочем — повторяюсь.

Они встали на платформу. Ардан и сам не заметил, как они сюда дошли. Он смотрел на низкорослого, крепко сбитого, рыжеволосого молодого мужчину — своего ровесника. Борис стоял прямо, широко расправив плечи, и хищно улыбался в пустоту коридора, откуда постепенно выходили и другие студенты.

И почему-то на душе Арду стало куда легче, чем не то что парой минут назад, а просто, в целом — легче. Будто бы у него появилась какая-то новая точка опоры. Что-то надёжное и крепкое, на что, в случае, когда устал и когда невмоготу, можно опереть плечо.

— Борис.

— Да, дружище?

— Спасибо.

Лорд Фахтов ничего не ответил. Но ему и не требовалось что-то говорить. Они просто молча стояли плечом к плечу.

* * *

Ардан нацепил на лицо защитные очки на толстом кожаном ремешке и с не менее толстыми линзами, в которых почти ничего не было видно. Затем подумал немного, снял очки, надел железную маску, которую использовали механики-отладчики генераторов, а поверх, на прорезь, нацепил всё те же очки.

Проверив, что фартук (тоже из кожи) прикрывает всё, что требуется прикрыть, Ардан активировал защитный контур испытательной площадки, после чего спрятался за самодельную баррикаду. Выкупил на своём любимом блошином рынке старенькие палеты, вытащил из них самые крепкие доски и сколотил несколько щитов. Между ними проложил войлок, поставил мешки с песком, а затем соединил всё несколькими рейками.

Рядом с юношей, облачённым едва ли не в подобие доспеха дорожного бандита прошлых веков, лежала рабочая тетрадь. На её обложке красовалась надпись «Аппарат Автоматической Гравировки Печатей». На первых страницах чернели чертежи прототипов, а Ардан, вооружившись карандашом, обвёл последнюю запись.

«Прототип 4, версия с изолированной входной функцией. Испытание 5.»

Выглянув ненадолго из-за укрытия, Ардан проводил взглядом соединённые в систему четыре Болванки, которые он пока не спешил подключать к каким-либо приводам и, тем более, к непосредственно станку для гравировки.

— Двадцать девять эксов и сорок семь ксо, — чуть ли не плачущим голосом сам для себя озвучил итоговую стоимость прототипа управляющего блока для будущего станка. — Пожалуйста…

Ардан, мысленно надеясь, что не попрощается с очередной немаленькой суммой денег, опустил тумблер. Сперва ничего не происходило и… через минуту тоже ничего не происходило.

Арди резко, как мышка из норки, ненадолго высунулся из укрытия, а затем втянул голову обратно. Коршуном он впился взглядом в секундную стрелку на часах, висевших на стене. Та внезапно начала отстукивать невидимым каблучком так нарочито медленно, что Ардану даже показалось, будто время над ним издевается. Но вот прошла уже минута, а собранная им конструкция всё ещё не спешила превращаться в короткую, но очень яркую вспышку.

Ард, с толикой недоверия, выбрался из укрытия и сделал пару осторожных шагов по направлению к бортику испытательной площадки Конюшен. Впереди слегка мерцали Болванки, к которым подходили очередные метры потраченной Лей-проводки. В катушке, которую Ардан заказал в первый день экзаменов, осталось всего сорок пять метров, так что скоро придётся оформлять новый заказ на Рынке Заклинаний и…

— Ahgrat, — обречённо выдохнул Ардан и, в самом прямом смысле, опустил руки.

Стенки квадратных блоков внезапно раскалились добела, а затем, даже сквозь очки, Арди всё же на мгновение ослепило. Следующим, что он почувствовал, стал невероятно мощный удар в живот. Как если бы он пропустил во время игры особенно меткий шлепок Гуты.

Юношу оторвало от земли и с силой приложило спиной о бортик собственной баррикады.

Кашляя и кряхтя, Ардан стянул с лица маску и очки. Протерев глаза ладонью, он нашарил выпавший карандаш и сделал пометку на полях, что в следующий раз надо выждать не минуту, а все пять. Или, даже, десять.

Окончательно придя в себя, Арди поднялся на ноги и, подойдя к пульту управления площадкой, выключил изолирующее поле.

— И там траты, и здесь траты, — вздохнул юноша, печально разглядывая один из тумблеров.

Тот самый, который включал печать, ответственную за то, чтобы поглощать ударную волну от взрыва. Арди, после первых же экспериментов, перестал его поднимать. То количество