Чёрный ратник 6 - Макс Гато

— Куда? — спросил Олаф.

Я знал лучший и пока единственный вариант. По крайней мере, до полноценного окончания войны.

— Белоярск, — отозвался я. — Велес вас примет. Матвей может сопроводить вас до предгорий, дальше по горам сами дойдёте. Громовы остались должны за Белоярск, пора бы вернуть должок. Только выходить нужно как можно скорее. Лучше, сегодня же ночью.

Олаф тяжело вздохнул.

— Белоярск, — повторил он. — Велеса я знаю, он нас не выдаст. Но, Тим, если император тебя прижмёт, а он прижмёт, нас рядом не будет.

— Я справлюсь, — отмахнулся я.

— Ты слишком часто это говоришь, — негромко произнесла Луна. Она уже немного пришла в себя и сидела на кровати. — Когда-нибудь ты не справишься.

— Тогда и поговорим, — ответил я и встал. — Собирайтесь. Я пришлю Громова через час-другой.

Разговор был закончен. Долгих прощаний я не любил, так что снял Полог и вышел из подвала. На улице было уже темно, и Ярмут светился огнями ярче, чем обычно. Город готовился.

Я направился в казарму, искать Громова, вот только столкнулся вовсе не с ним. А с имперским паразитом. С Кнутовым.

Он стоял у входа, в безупречно чистом мундире, со сложенными за спиной руками. Создавалось впечатление, что имперский аудитор безошибочно знал, где меня искать. Притом каждый раз. И находил в самые неподходящие моменты.

— Волк Тим, — дружелюбно поприветствовал меня он. Его тону я не верил ни на йоту. — Рад видеть вас в добром здравии. Я как раз закончил читать доклад инструктора Савелия, ваша работа в предгорьях меня очень впечатлила.

— Рад за вас, — ответил я без какого-либо энтузиазма.

Кнутов лишь чуть склонил голову набок.

— Хорошо ли вы себя чувствуете? — спросил он безупречно вежливым тоном. — Выглядите бледнее обычного.

Я выдержал его внимательный взгляд.

— Дорога утомила, — сказал я. — Ничего серьёзного. Вы по делу или как?

— Нет, — неожиданно ответил Кнутов. — Не буду вас задерживать. Отдыхайте, впереди важные события. Император в городе ожидается менее чем через две недели. Церемония клятв, сами понимаете.

Он слегка наклонил голову, развернулся и пошёл прочь с безупречной осанкой. Ни одного лишнего слова, ни одного лишнего жеста.

Кнутов собирал информацию, и каждая мелочь шла в его невидимое досье. Это было плохо, но не смертельно. По крайней мере пока.

Я объявил об общем собрании своим и, закончив дела, направился к «Усталому коту».

Мирон встретил меня у стойки. Трактирщик протирал кружку и выглядел непривычно серьёзным. В трактире, даже несмотря на поздний час, было несколько посетителей.

— Мне нужна задняя комната, — сказал я. — На весь вечер, без посторонних.

— Само собой.

Мирон убрал кружку и принялся выгонять посетителей. А потом закрыл трактир и зашагал к лестнице.

— Наверху посижу, — пробасил он. — Если что понадобится, зови.

Он зажёг лампу на столе и ушёл наверх, его шаги заскрипели по лестнице. Я остался один в комнате.

Отряд подтянулся в течение получаса. Первым пришёл Соловьёв. Он сел у окна, привычно положив колчан рядом. За ним Иван — протиснулся в дверь, грузно опустился на лавку и пристроил топорик на столе. Ярослава пришла третьей и заняла место у стены. Последним вошёл Громов. Он сел молча, зажав между коленями ножны двуручника.

Четверо. Мой отряд. Все, кто шел со мной со времен первых Испытаний.

Я проверил дверь и повесил Полог. Воздух в комнате загустел, и звуки снаружи пропали. Все четверо это почувствовали, я видел, как выпрямились их спины и посерьёзнели лица.

Соловьёв открыл было рот, но встретил мой взгляд и передумал.

Я сел за стол, положил ладони перед собой и обвёл их глазами. По одному. Ярослава, Иван, Громов, Соловьёв. Я не собирался приносить Клятву императору. И так как это были мои люди, то они заслуживали правды.

— Моё настоящее имя — Тимофей Темников, — без всяких прелюдий сказал я. — Последний из рода Темниковых.

В комнате стало тихо. Соловьёв замер, его рука остановилась на полпути к колчану. Иван перестал жевать сухарь, который успел достать из кармана. Громов не шевельнулся, но его пальцы на ножнах побелели. Ярослава сидела неподвижно и улыбалась, глядя на реакцию остальных. Для неё-то это была не новость.

— Темниковы, — медленно проговорил Иван. — Это те, которые…

— Которых уничтожили, — закончил я за него. — Да. Род вырезали, алтарь разбили. Я — единственный, кто остался.

Я протянул правую руку перед собой и открыл каналы. Чёрная аура выплеснулась наружу, обволакивая ладонь и пальцы. Густая, тёмная, поглощающая свет лампы. В комнате потемнело, и у Громова инстинктивно активировалась зелёная аура. Соловьёв дёрнулся, но удержался на месте.

Я убрал ауру. Свет вернулся.

— Чёрная, — произнёс Иван. Не испуганно, скорее задумчиво, хотя он немного побледнел. — Никогда такой не видел. Думал, ты серый. Как однорукий.

Я только покачал головой. И так как вопросов больше не последовало, то продолжил:

— Кошмары, Изменённые, твари, которые лезли из Разрыва. Всё это результат экспериментов Ковена над алтарём Темниковых. Они использовали силу моего рода для своих опытов. Кошмары питались от осколка нашего алтаря. Изменённые создавались на той же основе.

Отряд слушал меня с каменными лицами. Только Громов заиграл желваками, ведь он в этой войне потерял дом.

— Кто ещё знает? — вдруг спросил Соловьёв.

— Олаф и Луна, — ответил я.

Соловьёв хмыкнул.

— Ещё бы, — весело отозвался он. — Олаф, по-моему, вообще знает всё обо всех.

— Агата и Зарецкий тоже знают, — добавил я. — Они уже слуги рода Темниковых. И лично мои.

Соловьёв снова хмыкнул, но уже в другом тоне. Громов молчал и думал. Ярослава сидела так же, только едва заметно кивнула. И, кажется, только Ивану было абсолютно плевать. Он все так же продолжал усердно жевать сухарь.

— Теперь главное, — произнёс я. — Император будет в Ярмуте меньше чем через две недели. Церемония клятв состоится для всех, кто прошёл Испытания. Это касается каждого из вас.

Я помолчал, давая им собраться с мыслями.

— Если вы принесёте клятву императору, вы останетесь в Ордене. Это хороший выбор. Орден — это защита, статус, жалованье и понятное будущее. Никто вас за это не осудит, и уж тем более я.

Я достал Искру из-за пазухи и положил на стол, рядом с лампой.

Чёрный камень в форме пламени лёг на дерево, и от него по столешнице расползлась тень. Лампа мигнула. Все четверо смотрели на камень, и в комнате стало очень тихо, только пульс Искры был слышен на грани восприятия.

— Это Искра рода, основа для алтаря и артефакт, означающий, что род Темниковых восстановлен, — сказал я. — Я сделал это сам, без разрешения императора