Эволюция: от неандертальца к Homo sapiens - Хуан Арсуага

– Конрад Лоренц[29] говорил, что у человека любопытство и способность к игре сохраняются на всю жизнь. Если тебе не нравится пример с футболом, вспомни какие-нибудь телепередачи, до ужаса ребячливые, основная аудитория которых при этом – взрослые люди. Лоренц говорил, что взрослый лев очень серьезен, он совершенно не расположен к шуткам. Взрослая горилла – самое деловитое создание из всех, кого тебе доведется встретить. Я был в Руанде, наблюдал за старыми гориллами и могу тебя заверить, что они не играют в игры и не смеются. Нет ничего более серьезного, чем старая горилла.

– Они не поддаются дрессировке?

– Совершенно. Ты знаешь, что такое неотения?

– Не имею ни малейшего представления.

– Способность сохранять молодость во взрослом состоянии.Forever young[30]. Чья это песня?

– Боба Дилана, кажется. Каковы другие последствия уменьшения мозга и одомашнивания?

– Атрофия органов чувств. У волка обоняние и слух развиты куда лучше, чем у дворняги. В процессе одомашнивания такие дикие животные, как, например, волки, начинают меняться, странным и совершенно непредсказуемым образом: у них отваливаются уши, появляются цветовые пятна. И наоборот, в случае одичания домашнее животное возвращается к своему исходному состоянию: так, спустя какое-то время одичавшая собака вновь станет волком, потому что в результате естественного отбора выживают только самые агрессивные. В таких условиях выживает сильнейший. Так что, если мы когда-нибудь одичаем…

– То снова превратимся в неандертальцев, – закончил я.

– Ну посмотрим, существует ли она.

– Кто?

– Форма жизни, похожая на нашу. Посуди сам, у нас перед глазами есть отличный пример в виде бонобо – близнеца шимпанзе. Их разделяет река Конго. Шимпанзе крайне агрессивны, и у самцов выстроена очень жесткая линейная иерархия. Чтобы было понятнее, межполовые отношения у них выстроены таким образом, что самый слабый самец занимает более высокое положение, чем главная самка. Это очень агрессивные и жестокие животные. Они привыкли защищать свою территорию. У бонобо, напротив, во главе сообщества стоит самка; и все проблемы они решают через секс. Они – своего рода хиппи в мире шимпанзе.

– И как они к этому пришли?

– Очень просто: самки бонобо объединяются в группы. Самый слабый самец бонобо физически превосходит самую сильную самку, но против группы самок у него нет шансов. Смекаешь?

– Да.

– Вместе с тем необходим фактор, обеспечивающий отбор. Самцы бонобо, несмотря на свою силу, очень миролюбивы, так как они уже прошли этот отбор. Но кто его осуществил?

– Самки?

– Самки, которые в течение длительного времени избавлялись от проявлявших агрессию особей.

– Как?

– Очевидно, убивая их. Не давая им возможности размножаться. А также изгоняя их из стаи, что, в общем-то, то же самое. Как говорил Лоренц, один шимпанзе – вовсе не шимпанзе. Он либо живет в обществе себе подобных, либо он – не шимпанзе. И, конечно, оторванное от социума человеческое существо – это не человек, это кто-то другой. Люди не могут существовать вне общества.

– Есть песня в исполнении Пако Ибаньеса на стихи Хосе Агустина Гойтисоло: «Мужчина и женщина, отдельно взятые, поодиночке, подобны пыли, они ничто, ничто».

– Точно, прямо так и запиши.

– Спасибо.

– Я сейчас готовлю речь на свадьбу моего сына – он гомосексуал, – так как я буду на ней ведущим. Должен сказать, мне пришлось кое-что почитать о любви. Эта свадьба должна сделать нас, родителей, лучше, так дети расширяют наши горизонты, учат нас быть терпимее, заставляют нас повзрослеть. Мы начинаем иначе смотреть на мир. Оказывается, бракосочетание состоится двадцать восьмого числа, а на двадцать девятое выпадает Михайлов день – день трех архангелов.

– Золотая осень, – уточнил я.

– Название пошло от созревающей в это время года айвы, в древности являвшейся символом Афродиты (Венеры у римлян). Так, прежде чем взойти на брачное ложе, молодожены направлялись в храм Афродиты и получали в подарок айву. Айва гарантировала любовь и плодородие. Обрати внимание, мне есть о чем поговорить. Я прочитал несколько удивительных вещей, в том числе – и это особенно привлекло мое внимание – про отношения между родителями и детьми и про то, как дети меняют своих стариков в лучшую сторону. Сперва родители воспитывают детей, но потом мы меняемся местами. Не помню, кто сказал, что на самом деле дети дарят жизнь родителям.

– Дети дают нам жизнь?

– Совершенно верно. Мне недавно попалась на глаза цитата одного современного британского поэта – к сожалению, имени я не помню, – согласно которой люди говорят вот что: «Я всегда буду тебя любить». И, по его мнению, это проще простого. Каково будет, если я пообещаю, что буду любить тебя в следующий вторник в половине четвертого пополудни?

– Довольно сложно, – согласился я.

– Да, сложно. Но что, черт возьми, к чему все это привело?

– К тому, что теперь мы – одомашненные неандертальцы.

– Ах, да. Бонобо. Отделенные рекой от шимпанзе, с которыми они являются родственным видом, эти обезьяны имеют совершенно иную биологию: социальную, а не видовую.

– Что ты имеешь в виду?

– Что это заложено в их генах, в процессе их генетического программирования. Дело не в том, что самца бонобо запугивают, угнетают или подавляют, а в том, что он мирный и спокойный по очень простой причине: выбирали только самых миролюбивых особей. Кто? Самки. Известный приматолог Ричард Рэнгем говорит, что люди – это бонобо среди неандертальцев.

– Стало быть, мы домашние, но засранцы, – заключил я, вспомнив недавние высказывания Дональда Трампа.

– Одно другого не исключает. Итак, позволь закончить мою мысль: у нас есть все черты инфантилизма, характерные для одомашненных видов: высокий лоб, отсутствие прогнатизма, у нас присутствуют признаки неотении, мы напоминаем мягкие игрушки. Думаю, неандерталец вполне мог бы принять человека разумного за какого-нибудь плюшевого зверька. Об этом очень хорошо написал в своем романе «Танец тигра» Бьерн Куртен[31], – я, к слову, был редактором этой книги. Очень рекомендую прочитать.

– Я ее читал, но мне всегда казалось, что настоящим негодяем был Homo sapiens. Неандерталец спал с человеком по любви, а тем двигал исключительно интерес.

– Не стоит питать иллюзий: настоящим злодеем и агрессором был именно неандерталец, ведь мы для них были детьми. Суть явления неотении заключается в сохранении сходства с предками без потери детских черт, которые были им свойственны. В общем, Homo sapiens