Бесстрашные и отважные. От Балаклеи до Сватово - Михаил Иванович Федоров

моменты рассказывал. «Сейчас тем более дроны. В наше время их не было. И то мы мини-группами такими, чтобы меньше всех вот этих попаданий было». Всего этого запоминай. «Никогда не скапливайтесь в толпу, – говорю. – Потому что это живая мишень». Вот…

– Вы на прощании тоже были?

– Да…

– С Ростова его как доставляли?

– Мы не ездили. С Ростова военкомат. У нас есть похоронное бюро, они непосредственно помогают. Ну, конечно, не бесплатно, но они помогают военнослужащим, кто погиб. Какие-то моменты делают бесплатно. Чисто по-землячески. Скажем так, в Москве у меня друг работает на «скорой помощи», они тоже ездят, забирают. Но это тоже не бесплатно. У них с Вооруженными силами специальные контракты.

– Вы с бойцами, кто с Женей был, общались?

– Конечно. Они много чего рассказывали. Тяжело там. Про Женю говорили: «Смелее мы не видели человека на самом деле. Откуда вот такая сила воли берется у людей, непонятно». Никогда он не оставлял на поле боя товарищей своих. Будь он убитый, раненый, он полз, говорил: «Человек должен возвратиться домой обязательно. Он не должен на чужой земле оставаться». Какие бы ситуации не были. Он все время возвращал детей матерям. Такие вот дела.

– А вот случай, что просидели в окопе без еды, без воды…

Александр:

– Ну, это разговаривали мы по телефону. Это его командир. Он не успел на похороны приехать. Он приехал в отпуск с Питера, по-моему. И позвонил сразу, узнал, что… Ему, в общем сказали, что «Гущ» погиб. Позывной «Гущ» у Жени. И рассказывал все это. Что пошли на задание, тут дроны. Не давали подняться. Пришлось отсиживаться. А сидели настолько много, – ну он не так уж и подробно, – но настолько много сидели, а с собой-то ничего не было. Думали: сейчас пройдем определенный участок и там закрепимся. И им даже не дали толком подняться. Вот в какую-то яму они, как он назвал, «лисья нора», в «лисьей норе» просидели неделю. Ни связи никакой, ничего. И Женька его в итоге поднял, и они поменяли место дислокации.

Евгений Глущенко

– Так они вдвоем оказались…

– Да.

– Неделю просидеть под обстрелами. Жратвы нет…

– Ничего нет! Он все время, как звонил, вспоминал это. Он говорит: «Знаю сестру, знаю тебя не понаслышке».

– Вам без Жени?

– Тяжело. Много надежд было. Он помогал все время. Мы там и дом покрасить, подреставрировать собирались вместе. Привести в порядок чуть-чуть. Он у нас и так хороший, но все равно… Знаете, как-то… За что здесь не возьмешься, он все время был на подхвате. Никогда просить не надо, ничего. Теперь как руки отрубили. В том году (2024-м. – Прим. авт.) начали ставить забор. Жена помогала вместо него. Ну вот знаете, ее отгоняешь, тем более там тяжелые моменты были. Ну, я понимаю, что это женщина, знаю ее, вот некому гвоздь тот же подать. И вот думаешь: «Женя, Женя, ну где ты?» Не то что даже в работе, а просто как человека нету рядом. Что-нибудь расскажет, какую-нибудь байку траванет. Анекдот. Уже помощь. Поддержит всегда. Он все время, вот садимся есть, он кусочек чего-нибудь в рот тебе подсунет. То есть вот такой вот. Он знаете, вообще. На улице он себя по-другому вел, а дома иначе, он любил семью. А бабушка, моя мамка, по нему вообще с ума сходит… И вот звонили женины друзья, и не звонят… Может, погибли…

Мы говорили. Женю вспоминали, вспоминали…

Думаю, и многие друзья-рамонцы его тоже вспоминали…

19 февраля 2025 года

Майор Морозов

Позывной «Топаз», «Вьюга»

Начальник штаба – это все понимали, что это будущий командир батальона. Это всегда так есть и будет. Антон (майор Морозов) в тот момент был примером для личного состава. И взять в руки лопату, и взять в руки автомат, и свои грамотные тактические действия перенести на карту и объяснить, почему именно надо действовать вот так, а не как по-другому… В этом весь Антон…

Майор Ершов

Мне так понравилось. Я настолько увлеклась, я свою жизнь без армии не представляю.

Жена морпеха Антона Юля

1

Соревнование параатлетов

Супруга майора Ершова, который штурмовал Мариуполь[32], а после ранения (остался без руки) преподавал в Военной артиллерийской академии, Ксения прислала мне фото, как ее муж совершает забег.

Как она сказала:

– Он занял второе место по бегу…

Я в который раз восхитился силе воле майора Ершова.

И проскочило от Ксении:

– У моего мужа Виктора был друг – начштаба Антон Морозов… Вот бы о ком написать…

Я хотел поговорить с Виктором, дождался, когда он пришел с Академии, где преподавал.

– Мне ваша жена прислала фотографии. На нем вы бежите на стадионе, вперед руку выкидываете, а за вами другие… И еще фото. Вы стоите во главе взвода военных…

Виктор:

– Это на чемпионате Вооруженных сил по легкой атлетике. Он проходил среди здоровых и параатлетов. Общий чемпионат и категория параспортсменов.

– Ребят, которые получили ранения…

– Да.

– А где проходил?

– В Москве, в Манеже ЦСКА.

– А тяжело было бежать?

– Не тяжело. Просто до октября месяца (2024 года) я не занимался, не готовился, а только восстанавливался. Сразу получается «с неба и в бой», – ответил по-десантному. – Без подготовки…

– Ничего себе, без подготовки, и второе место…

– Так получилось…

– А дистанция какая?

– Две. 60 метров и полтора километра.

– А на фото вы бежите…

– Это на 60 метров. Вторым пришел… А на полтора километра. 5:50, я четвертый…

– За 5 минут 50 секунд…

– Да.

– Вы выступали как отдельный боец или от Академии?

– Я от Академии шел…

– А стоите во главе взвода…

Ершов:

– Это все параатлеты… Со всех округов. А меня поставили старшим команды…

– Рядом с вами офицер, у него болтается рукав. Видимо, нет руки…

– Он просто протез не стал надевать… Он без протеза ходил.

– А там участники, у кого и ранения ног…

Виктор Ершов:

– Там просто по категориям делятся, у кого травмы ног, у кого травмы рук. У всех разные классификации. «Ноги» с «ногами» бегут, «руки» с «руками».

Я понял: у кого ранения рук отдельно и у кого ранения ног отдельно.

Команда параспортсменов

2

Мозг батальона

– А теперь можно спросить про Антона Морозова. Когда свела вместе судьба? Служба…

Виктор Ершов:

– Познакомились мы с ним еще в бригаде, когда проводятся