Код личности - 5 - Елена Кароль

Селивестром и Бельковым. Саша задавал вопросы, периодически кивая, а я заполняла своим голосом тишину, невольно поймав себя на мысли, что в этой жизни мы общаемся как никогда много. И очень много по работе, став настоящими напарниками.

И, наверное… мне это нравилось?

Увы, всё омрачало знание, что это ненадолго, и потом мне предстоит не самый легкий период. Я гнала от себя эти мысли, как могла, но они возвращались снова и снова, как заведенные, невольно портя настроение и настраивая на заранее немного кровожадный лад.

Ну-с, кто там моего повелителя хочет? Подходи по одному, кому жить надоело!

Ресторан «КонтиненталЪ» встретил нас блеском хрусталя и позолоты, сиянием люстр и драгоценностей тех, кому посчастливилось стать его посетителем. Стоило Саше подъехать к крыльцу, как к нему моментально подбежал лакей, чтобы забрать ключи и отогнать авто на огороженную стоянку только для клиентов ресторана. При этом Саша сам подал мне руку, помогая выбраться из машины, и на входе уведомил импозантного администратора, что мы по приглашению мадам Пюэль после чего рядом с нами моментально возник официант и со всем почтением проводил к нужному столику.

Обстановка ресторана впечатляла — полноценный дворцовый зал!

Высоченные потолки, зашкаливающая роскошь обстановки, белоснежные колонны, живые растения и сияющая улыбкой и драгоценностями Жозефина, дожидающаяся нас в частично прикрытой полуколоннами ложе. Не одна, со спутником.

Его я на конференции, кстати, не видела, и Жози представила мужчину, как кузена Габриэля Робера, большого знатока антиквариата, специализирующегося преимущественно на мебели эпохи ренессанса.

Выглядел Габриэль, как мечта любой половозрелой девушки — утонченный, галантный, подтянутый, чуть удлиненное лицо с изящной горбинкой на носу, карие глаза с поволокой и очаровательный грассирующий акцент. Более того, одет он был под стать ресторану — в черный смокинг с белоснежной рубашкой и алой атласной бабочкой.

Десять из десяти!

Как хорошо, что мне нравится совершенно иной типаж мужчин!

Саш, не испепеляй его взглядом, он слишком забавный. Вон, лучше отвесь комплимент Жози на тему её глубочайшего декольте, которым она тебе в лицо тычет, а то у неё сейчас комплексы начнутся.

Бросив на меня косой и откровенно скептичный взгляд, в следующую секунду Саша посмотрел в лицо француженке и невозмутимо поинтересовался:

— Баронесса, а нижнее белье вы принципиально не носите или с возрастом начали забывать о манерах?

— А? — растерялась Жозефина и мило похлопала ресницами, явно не зная, как правильнее отреагировать. Но потом натянуто рассмеялась и произнесла, немного жеманно растягивая гласные: — Ну что вы, А-алекс, у меня прекрасная память. Уи!

Мимолетно отметив, как мастерски она выцепила из фразы самую безопасную часть и ответила именно на неё, я предпочла сосредоточиться на меню, краем уха слушая витиеватые комплименты Габриэля в мой адрес, и едва ли интересуясь тем, как активно Жози обихаживает Сашу, наивно веря, что у неё есть все шансы.

Нет, милая. Ни шанса. Он всегда был брезглив, а ты даже представить себе не можешь, скольких шпионов и шпионок он в своё время вывел на чистую воду, будучи правителем. Страна у нас была большой, богатой, соседи — многочисленными, алчными. Ну и, следовало полагать, что при таком раскладе они постоянно зарились на наши земли, засылая шпионов и куртизанок пачками.

Кого-то из них, помнится, я даже уничтожила сама…

— А что вы думаете о творениях гениального мастера дю Серсо, по чьим эскизам до сих пор работают многие мебельные мастерские Франции? — всё пытался вовлечь меня в разговор Габриэль, когда мы сделали заказ и появилось время на отстраненные беседы.

— Знаете, в этом плане мне ближе мастера солнечной Италии, — легкомысленно отозвалась я. — Да и сама эпоха возрождения мне не особо близка. Гораздо больше мне нравится античность и классика с её строгими формами и лаконичностью.

— О, вот как, — натянуто улыбнулся француз, но не оставил попытки заинтересовать меня беседой. — Что ж, ни в коем случае не умаляю достоинств этих стилей, стран и даже эпох. Всему своё место и время. А чем вы увлекаетесь ещё помимо древностей?

— Сферы моих интересов невероятно разнообразны, — улыбнулась я, хитро щурясь. — Например… Аномалии. Знаете, по примеру брата я в своё время стала лицензированным охотником, и мне невероятно интересно изучать потрясающее разнообразие биомов, мутировавших зверей и растений. Это целая вселенная и в каждой аномалии своя, уникальная. В нашем графстве есть своя аномалия и это чудесным образом помогает мне держать себя в форме. Ну, знаете… если кто расстроит, то всегда можно пойти за ворота и спустить пар.

И ресничками так невинно — хлоп-хлоп.

На это Габриэль снова улыбнулся, наивно думая, что я шучу, а я не стала его разубеждать. При этом не отказалась от вина, когда нам принесли коллекционную бутылочку красного сухого к заказанным блюдам, но налегать на него не торопилась, первым делом убедившись, что в нём нет никаких неучтенных примесей. Саша вовсе отказался от алкоголя, заявив, что за рулем, и продолжая мастерски троллить Жози, которая всё не оставляла попыток подцепить его на крючок своего обаяния.

Под конец мне даже показалось, что для неё это дело принципа и личного профессионализма, больно уж фанатичным блеском сверкали её глаза после двух бокалов вина, которые она в себя влила за ужином, но единственное, на что Саша согласился, это увидеться на мероприятии купчихи Пестриковой, которое состоится уже в субботу. Баронесса о нём тоже знала и восторженно поведала нам, что мероприятие планируется чуть ли не международного масштаба.

Нда… Не было печали!

Как бы то ни было, в целом ужин прошел неплохо. Мы вкусно поели, пообщались с новыми людьми и даже никого не убили.

Идеальное… ну, почти идеальное завершение вечера.

Ну а когда мы уже ехали домой, я не удержалась и полюбопытствовала:

— Что будешь делать с ней дальше? Она не отвяжется сама.

— Всё по классике, — цинично усмехнулся Саша. — Ещё две-три встречи и в нумера.

Я выразительно выгнула бровь, на что получила косой ехидный взгляд и вкрадчивый вопрос:

— Ревнуешь?

— Провоцируешь?

Поморщился и мотнул головой.

— Прости. В последнее время заносит, сам знаю. Но ловлю себя на этом уже после. А с Жози действительно всё по классике: выведу на эмоции, дождусь четкого предложения и жестко допрошу. Ты знаешь, я умею. Потом предположительно в расход. Она посредник, ничего серьезного. Лжива, аморальна, цинична, от её исчезновения мир ничего не потеряет. На этом фоне неприятно выделяется Баррет… Заметила? Притих. Не спешит