Владимир Путин и СВО - Рой Александрович Медведев

личного состава у данной президентской установки на осторожность и отказ от форсирования событий, подгонки войсковых операций под какие-то даты имеется и другой смысл. Россия ведет войну не за какую-то новую колонию, с ее стороны это не завоевательная, а освободительная война. Мы взяли на себя выполнение сложной и ответственной миссии — освободить братский народ от фашистского режима, который им управляет и обрекает на бессмысленную гибель. Поэтому российские войсковые и специальные соединения действуют осторожно, чтобы минимизировать ущерб для мирного населения, пусть в настоящее время даже еще и остающегося в плену лживой киевской пропаганды. Сейчас сложно сказать, какие территории Украины войдут в Россию, а какие останутся у этого государства после его денацификации. Но даже в этой новой Украине, сохранившей в итоге свой суверенитет, но уменьшившейся в размерах и вычищенной от нацизма, также будут проживать те, кого мы считаем одним с нами народом. И поэтому их жизни и благополучие мы тоже стараемся сберечь, нанося удары по военной инфраструктуре противника.

Глава 12

 Спецоперация в международном контексте: сценарии и вызовы

Для истории не все годы одинаковы. Есть переломные годы для страны и даже для всего мира. Одним из таких переломных лет в нашей истории оказался 2022 год — год начала СВО, несмотря на то что в этом же году нас постигли и неудачи на поле боя. Но важно уже то, что в этот год глава государства принял это непростое решение начать применять силу для защиты наших людей и наших интересов за пределами границ России.

Намного раньше 2022 года уже было очевидно, что историческая миссия Путина — вернуть стране ее величие и значимость, исправить ошибки, допущенные в конце 1980-х - 1990-х годах, восстановить единство нации, искусственно нарушенное после во многом искусственно инспирированного распада Советского Союза. И до 2022 года он уже многого добился в этом отношении. Оставалось сделать шаг, который в одночасье переведет страну в состояние де-факто военного положения, но без такого шага не удастся довести до конца начатое еще осенью 1999 года. Тем более, что подобное намерение президента совсем не устраивало тех, кто относил себя к хозяевам мира и считал, что материальное богатство дает право вершить судьбы человечества. Поэтому атака на Россию готовилась давно, и ее невозможно было предотвратить. Но Запад, как известно, предпочитает воевать чужими руками. Для атаки на нас им была создана «анти-Россия», в которую превратили некогда братскую Украину. Президент разгадал этот сценарий наших противников и предотвратил его реализацию.

Возглавив Россию, Путин поставил себе цель вернуть своей стране статус великой державы, потому что она может существовать только в подобном виде. «А зачем нам такой мир, если там не будет России?» — сказал как-то президент, напугав тем самым недругов нашей страны, которые хотели ее разрушить. Началом этой акции по ослаблению и последующему разрушению России должен был стать февраль 2022 года. Но Россия нанесла упреждающий удар.

Наша страна — держава военная. Поэтому нет ничего удивительного в том, что первой и главной задачей Путина в самом начале его пребывания на посту президента стало восстановление военного могущества России. Такой же приоритет был и у Петра Великого, как и у других монархов, его последователей, а также у советских вождей, за исключением, разве что, Горбачева.

При этом мы являемся однозначно страной европейской в плане своей культуры, но одновременно и мировой державой. Обрести такой статус в разное время стремились Испания, Франция, Британия и Германия. В настоящее время существуют три мировые державы — Соединенные Штаты, Китай и Россия. Еще несколько крупных стран в перспективе будут претендовать на такой титул. И это — очевидная данность, которую не желают признавать Соединенные Штаты. Путин по этому поводу заметил в июне 2022 года на Петербургском международном экономическом форуме: «Соединенные Штаты, провозгласив победу в холодной войне, объявили себя посланниками Господа на земле, у которых нет никаких обязательств, а есть только интересы, причем эти интересы объявляются священными. Они словно не замечают, что за последние десятилетия на планете сформировались и всё громче заявляют о себе новые мощные центры. Каждый из них развивает свои политические системы и общественные институты, реализует собственные модели экономического роста и, конечно, имеет право на их защиту, на обеспечение национального суверенитета. Речь идет об объективных процессах, о поистине революционных, тектонических изменениях в геополитике, глобальной экономике, в технологической сфере, во всей системе международных отношений, где существенно возрастает роль динамичных, перспективных государств и регионов, интересы которых больше невозможно игнорировать. <…> эти изменения носят фундаментальный, поворотный и неумолимый характер». Убежденный и последовательны реформатор, Путин заговорил здесь о происходящей революции во всех сферах жизни мирового сообщества.

После победы Трампа на президентских выборах в США в 2024 году многие зарубежные и отечественные наблюдатели заговорили о том, что новое американское руководство откажется от поддержки киевского режима, вследствие чего Украина будет вынуждена согласиться с условиями России и вооруженный конфликт завершится. Для таких предположений имелись основания: в ходе своей избирательной кампании Трамп обещал остановить войну на Украине. Распространилось мнение, что после своего вступления в должность Трамп сразу же возьмется за решение этой проблемы.

Действительно, через месяц после своей инаугурации новый президент США пригласил в Вашингтон Зеленского и провел с ним довольно жесткую встречу, принуждая начать переговоры с российской стороной. Разговор прошел на повышенных тонах, однако ни к чему не привел. Следующей вехой американского участия в прекращении вооруженного конфликта на Украине стала личная встреча Путина и Трампа 15 августа 2025 года в Анкоридже на Аляске. Эта встреча, безусловно, имела значение в плане улучшения отношений между Россий и США, резко испортившихся при администрации Байдена после начала СВО. Однако уже в Анкоридже стало понятно, что Вашингтон и Москва по-разному видят сценарий завершения противостояния на Украине. Трамп исходил из того, что обе стороны конфликта должны пойти на компромиссы в отношении друг руга. Путин твердо настаивал на выполнении Украиной тех условий, которые были ей выдвинуты в начале СВО, и на признании факта утраты ею ряда своих территорий.

Многие поспешили объявить о наступление новой эпохи в отношениях между обеими державами, заговорили о «духе Анкориджа». Это в определенном смысле соответствовало действительности, но никак не способствовало прекращению боевых действий и началу переговорного процесса. Американская сторона фактически призывала Россию уменьшить свои требований примерно до уровня Стамбульских соглашений 2022 года. Российский президент неоднократно заявлял о готовности взять неподписанные Стамбульские соглашения за основу, за стартовую позицию переговорного процесса,