Владимир Путин и СВО - Рой Александрович Медведев

был министром экономического развития, затем семь лет являлся помощником президента, а в новом кабинете Мишустина стал его первым заместителем. С этой должности он и перешел на пост главы Минобороны.

Выбор Путиным штатского экономиста в качестве главы оборонного ведомства не был случайным. Видимо, он давно присматривался к Белоусову и при этом был явно распложен к нему. Когда президент к кому-то лично расположен, он дает этому лицу публичные комплиментарные оценки. Так, на пленарном заседании Восточного экономического форума в сентябре 2023 года ведущий рассказал, что в разговоре с ним Белоусов, отвечая на вопрос о том, какие должны быть взаимоотношения государства и бизнеса, назвал обе стороны «партнерами», однако государство обозначил как «старшего партнера», бизнес же — как «младшего партнера». На это Путин с улыбкой заметил: «Он говорит как бывший сотрудник Госплана. Мы должны быть равными партнерами». Ведущий тут же, не без ехидства, продолжил: «Надо будет у него спросить его мнение после этих ваших слов». Но президент, похоже, был готов к такому повороту разговора и тут же парировал: «Он знает, я постоянно так шучу. Это шутка».

Через три дня после назначения Белоусова министром обороны Путин объяснил свой выбор: новый глава оборонного ведомства, будучи «хорошим экономистом, одним из лучших в стране», должен будет координировать работу вверенной ему структуры с остальными правительственными учреждениями и регионами. Ему также предстоит «раскрыть Министерство обороны для инноваций». И хотя Шойгу предпринял «первые шаги» в этом направлении, Белоусову с учетом его прежних должностей «это просто легче сделать».

Белоусова нельзя назвать публичной фигурой. До его назначения на пост министра обороны общественность часто слышала эту фамилию по причине значимых должностей ее обладателя, но ничего не могла сказать о том, что он собой представляет. Но уже с первых дней пребывания на новом посту он продемонстрировал свою политическую индивидуальность. Еще будучи кандидатом в руководители Минобороны и вступая в этом качестве в Совете Федерации, он произнес фразу, которой суждено было стать крылатой: «Ошибаться можно, врать нельзя».

По поводу прихода в Минобороны гражданского технократа, прекрасно зарекомендовавшего себя на прежних местах работы, можно добавить еще два наблюдения. Во-первых, Белоусов — на сегодняшний день, пожалуй, единственный представитель высшего уровня истеблишмента, кто является действительным концептуалистом мобилизации (в данном случае это слово употребляется не в смысле нового призыва военнообязанных, а именно как обозначение особого — предельного — режима развития), причем, как можно понять по его оговоркам, мобилизации не только и даже не столько экономической, сколько комплексной, как раз той, какая сейчас востребована как никогда. Понятно, что технология такой мобилизации должна быть всё-таки современной, а не копирующей экстенсивные перегрузки сталинской эпохи. Но то, что без мобилизации общества и его элиты мы не победим, это по прошествии уже почти четырех лет войны не вызывает сомнений. А во-вторых, в США еще в недавнем прошлом Пентагон был одним из ведущих драйверов хайтека, военное ведомство собирало себе интеллектуальные сливки — и при этом не утрачивало свой силовой характер. Можно сделать совсем смелое предположение, что нечто подобное может произойти и при министре Белоусове. То есть Минобороны как штаб общенациональной мобилизации и одновременно как Силиконовая долина. Белоусову это под силу, только вот для этого ему потребуется соответствующее кадровое обеспечение.

Белоусову предстояло в том числе навести порядок в Министерстве обороны. В конце апреля, то есть еще при предшественнике Белоусова, был арестован заместитель министра обороны Тимур Иванов по подозрению в коррупционной деятельности. Летом 2025 года он был приговорен к лишению свободы на 13 лет и к многомиллионному штрафу. Уже при Белоусове еще несколько крупных военных чинов были арестованы за аналогичные преступления.

Но главной заслугой Белоусова за полтора года руководства Министерством обороны стало успешное выполнение того функционала, который ему поручил президент, а именно — инновационного обновления деятельности военного ведомства. Ему удалось в кратчайшие сроки преодолеть отставание России от Украины в беспилотниках, наладить бесперебойный выпуск новых моделей БПЛА. Уже через полгода после прихода Белоусова на Фрунзенскую набережную президент открыто похвалил своего назначенца: «Человек, который неплохо разбирается во всех этих мерах, хотя по базовому образованию он прежде всего экономист. Но тем не менее он занимался и беспилотными летальными аппаратами, когда еще был первым вице-премьером. Так что он в материале. Они вместе с профессиональными военными думают над организацией этой работы». При непосредственном участии Белоусова в настоящее время идет создание самостоятельного рода войск — войск беспилотных систем.

Глава 11

Спецоперация и общество: социокультурные трансформации 2022–2025 годов

В России есть силы и сообщества, которые недовольны Путиным и даже враждебно к нему относятся. На настоящий момент таких лиц намного меньше, чем было до начала СВО. И это понятно: весной 2022 года возник даже особый термин «релоканты». Им обозначались те, кто после 24 февраля покинул Россию по разным причинам. Кто-то — без особой неприязни к президенту, но просто испугавшись возможной мобилизации. Кто-то — также не имея антироссийских настроений, но поехав за работодателем (зарубежным или отечественным). Но были и те, кто покинул страну именно по причине неприятия решения президента начать СВО. Нельзя сказать, что все уехавшие были стойкими в своем желании начать новую жизнь на далекой чужбине или в ближнем зарубежье, некоторые — и таких достаточно много — вернулись уже через несколько месяцев, поняв, что они там никому не нужны, да и жить им особо не на что. Но стойкие «борцы с режимом», многие из которых объявлены иноагентами, продолжают сражаться с ненавистным Кремлем в соцсетях, переводят средства для поддержки ВСУ, ликуют по поводу любой нашей неудачи в противостоянии украинской стороне и, напротив, как личную драму воспринимают каждую очередную победу российской армии.

В политике есть понятие — «пятая колонна». Так по аналогии со сторонниками Франко в пору Гражданской войны в Испании называют тех, кто занимается завуалированной подрывной работой против существующего в государстве порядка. Есть ли сейчас в России «пятая колонна»? Несомненно, такие силы были в нашей стране всегда, на протяжении всей ее истории — с той лишь только разницей, что когда-то они оказывались слабее, а когда-то сильнее. В недавней истории время с конца 1980-х и до конца 1990-х годов — это как раз эпоха, когда наша «пятая колонна» даже, собственно, и перестала соответствовать этому термину, так как действовала практически открыто.

С приходом к власти Путина ситуация изменилась: самые влиятельные фигуры, которые изо всех сил стремились оставить Россию подконтрольной Западу, — наподобие олигархов Гусинского и Березовского