Милый поселок моего детства - Анна Долго

– Мария, вы арестованы. Протяните руки вперед! – Владимир говорил громко и четко, словно давно отрепетированную речь.

Маша повиновалась, и на ее запястьях захлопнулись наручники. Сандру знобило, только тяжелые и теплые руки Гошки, опустившиеся на ее плечи, согревали. Мила сорвалась с места и обняла Машку, мертвой хваткой вцепившись в нее, Владимир с трудом оторвал девочку от единственного родного ей человека.

– А Милка-то как же? – испугавшись, запричитала Маша. – Как же она? У нее же нет никого больше!

– Есть социальные службы. Они разберутся. Не переживайте, – ответил пристав, чувствуя себя среди собравшихся людей самым грамотным, а потому и уполномоченным давать ответы.

– У нее спина больная! – закричала Сандра, которой показалось, что сейчас об этом важно сообщить.

– Разберемся, – на этот раз ответил Владимир и добавил, глядя на Сандру, – а вы не забудьте к нам сегодня зайти.

– Ты-то сама как? – участливо спросил Гошка. – Вот это поворот! А я на Ваньку грешил… Вот так мы сами себя не знаем, что о других говорить.

– Я нормально, – тихим голосом ответила Александра, хотя продолжала дрожать; ноги стали будто ватными, а в голове шумело.

– Тебя до дома проводить? – продолжал тревожиться Гошка.

– Нет, не надо Гош, спасибо. Я хочу побыть одна. Подумать.

– А подумать есть над чем, да, Шура? – вмешалась в разговор Яга. – Подумай о том, что я тебе сказала сегодня утром. Ни Катю, ни Ваню разгадка тайны не вернет. Машка в тюрьме не выживет, хоть и поделом ей. А Милка будет расти в детском доме – с правдой о том, что родная тетя повинна в смерти ее родителей.

Сказав это, она развернулась к Сандре спиной и медленно пошла в сторону своего дома.

– Вы знали, да? – крикнула ей вслед Александра.

Ядвига Петровна остановилась, повернулась и ответила:

– Нет, я не знала. Ты ошибаешься, если думаешь, что я знаю все.

Дядя Миша и Вова усадили в «УАЗик» закованную в наручники Машку и рыдающую Милку, чтобы увезти в город. Александра смотрела им вслед, пока они не скрылись за поворотом.

Погруженная в свои мысли, Сандра на автопилоте дошла до дома, уселась в кресло-качалку на веранде и, уставившись в дальнюю точку леса, просидела два часа. Казалось, что из коридора сейчас послышится Машкин голос, и она уже привычно спросит: «Шурка, ты дома?». Александра на повторе прокручивала в голове произошедшее утром и не могла поверить, что все это происходило на самом деле. Яга права – правда способна ранить. Было сложно принять ту реальность, в которой оказалась Сандра – но и другой у нее уже не было. Москва, со своей суетой, работой, Верой и поиском личного счастья осталась где-то далеко, позади. А рядом обитали призраки прошлого, приходящие во снах. Из забытья ее вывел звонок телефона от младшего участкового:

– Александра, вы должны к нам сегодня подойти, помните? Мы уже на месте и ждем вас.

– Да, да, конечно. Я скоро буду.

Сандра привела себя в порядок, взяла сумку и отправилась в полицейский участок. День был солнечный, теплый, только душу пленили тьма и холод. Александра медленно шла по поселку, и ей казалось, что она в склепе. В Вороньем Гнезде царил дух упадка, отчаяния, покрытых пылью надежд, обреченности на прозябание.

На этот раз она даже не почувствовала духоту в маленьком помещении и не заметила звука монотонно жужжащего вентилятора. Дядя Миша, как и в прошлый раз, сидел за своим столом, сосредоточенно рассматривая что-то на мониторе. Только теперь это был не сложный пасьянс, а отчет для городского следственного комитета. Владимир перебирал документы на своем столе, внимательно изучая каждый, прежде чем переложить из одной стопки в другую. Сандра тихо поздоровалась. Она хотела пройти к столу дяди Миши, но Владимир остановил ее и жестом указал на стул возле своего стола.

– Александра, как вы знаете, произошло три убийства в очень короткие сроки. И никто не может гарантировать, что убийца на этом остановится. Поэтому сейчас так важно собрать показания, – деловито начал разговор младший участковый.

– Я понимаю, – без эмоций ответила Сандра.

– Скажите, где вы были в ночь на вторник на этой недели?

– Я была дома, спала. Потом проснулась и увидела, что в лесу горит костер. Помните, я приходила и рассказывала?

– Понятно. А в ночь на четверг? До того момента, как мы с вами встретились в лесу.

– Я рисовала, потом опять увидела костер и позвонила вам.

– Значит, вы не спали, совсем?

– Не хотелось.

– Хорошо. А что вы делали в первой половине четверга?

– Утром мы с Машк… Марией обнаружили тетю Галю и позвонили вам. – Машкой она называла забавную, бойкую и временами задиристую подругу. Для убийцы это имя не подходило. – А потом мы с ней пошли на кладбище и встретили там Лесного человека.

– Евгения Белкина, – поправил молодой участковый. – он был живой, когда вы его встретили, так?

– Да, конечно, он нес большой пакет, чем-то набитый, и стал убегать от нас. Я хотела его догнать, чтобы поговорить, но мне это не удалось. Тогда я пошла его искать, но нашла уже мертвым.

– Угу, а когда вы видели Галину Старлееву в последний раз?

– Я была у нее в гостях в среду.

– Александра, кто-нибудь может подтвердить ваши слова?

– Нет, во всех случаях рядом никого не было… – растерянно ответила Сандра, и неприятное ощущение закрутилось в голове ураганной воронкой.

Владимир тяжело вздохнул.

– Я не буду с вами лукавить. В понедельник вы приезжаете в поселок, и около двух часов ночи убивают Попова. В среду вы приходите в гости к Галине Старлеевой, а затем ночью, после полуночи, ее убивают. Вы –последняя, кто видел Евгения Белкина, и после этого его убивают! Убивают одним и тем же способом! При этом каждый раз именно вы находите тело! И у вас нет алиби на то время, когда совершалось убийство ни в одном из случаев. Вам не кажется, что совпадений слишком много? Что вас привело в поселок? С какой целью вы приехали?

– Ну, ты, Вовка, не загоняй! Неужто Шурка всех их порешила? Я ее сызмальства знаю… – заступился дядя Миша.

– Михаил Леонидович, Марию Абасову