Обретая нас - Надежда Скай

мыслью, что хотела проведать сыночка, но это было не так. Бывший муж душил меня своим присутствием и эмоциями. Я снова чувствовала всё, что с ним происходило как раньше. А я не хочу! Мне бы со своими справиться.

Егор раскинулся на середине кровати, скинул плед и что-то бурчал во сне. Такой маленький и такой сильный. Я присела к нему, откинула светлые волосики со лба и нежно поцеловала в щёчку. Только рядом с сыном я набиралась сил и не позволяла себе раскисать.

* * *

Смех Егора глухо доносился через прикрытую дверь. Всё ещё прибывая в лёгкой дрёме, протянула руку и резко села, нащупав пустое место.

— Вот чёрт…

Настенные часы жестоко показывали позднее утро, которое вскоре перетечёт в обед, а я нагло проспала приём лекарств. Снова откинувшись на подушки, стала прислушиваться к голосам, прекрасно помня, что помимо нас в этой квартире присутствовал его законный владелец. Снова, как и перед сном, отгоняла от себя мысли о Глебе.

И да, мне доставили большое удовольствие его извинения, но то, что было после просто убивало. Мне достаточно и того, что он теперь на все 99,9 процентов уверен в отцовстве, остальное меня, как и его, не касалось. И снова в голове прострелил ужасный по своей справедливости вопрос: как мы будем жить дальше? Как прийти к компромиссу на счёт нашего сына, ведь всё это время он был только мой.

— Тихонечко, мама может ещё спать.

Тихий голос возле дверей заставил подняться. Поправив длинную футболку, которую использовала для сна, прихватив волосы резинкой, вышла из спальни и чуть не сбила Егора с ног.

— Не спит, — заговорчески сказал сынок Глебу и побежал в кухонную зону.

— Привет, мы тебя разбудили?

— Привет, нет. Я думала ты уедешь утром, — кинула на ходу, направляясь в ванную.

— Так и хотел, но после завтрака.

Наглый тон бывшего заставил обернуться. Он решил поиграть в семью? Хватит того, что недавно ему ужин готовила.

— Глеб, не усложняй. Мы здесь уже почти неделю, а когда вылет в Германию я так и не знаю.

Он сразу изменился в лице, вернула на землю. Слишком плотно он пытался со мной сблизиться, по-другому я уже не могла объяснить его поведение.

— Сегодня всё решу. Оплата клиникой получена.

— Хорошо. Прости, мне надо быстро принять душ, покормить Егора и дать препараты.

— Ев.

— Глеб, тебе пора, — я буквально захлопнула дверь перед его носом.

Этот приём водных процедур был и пыткой, и наслаждением. Хотелось до бесконечности стоять под тёплой водой, смывая с себя все воспоминания и быстрее закончить, терзаемая мыслью, что сын сейчас там один. Замотав голову полотенцем в виде тюрбана, выскочила на кухню и на секунду растерялась. По гостиной гоняли соседские дети с Егором, а за столом сидели Аня с Глебом и потягивали кофе.

— О, Ева! А мы пришли позвать вас на прогулку, сегодня не сильно жарко, — Аня прикрыла рукой пол лица и стала моргать и смешно играть бровями в сторону Абрамова.

— Привет, здорово, но мы ещё не завтракали.

Я прошла мимо Глеба и очень удивилась приготовленной манной каше в маленькой кастрюльке на плите.

— Каша Егору готова, а вот что ты будешь, я не знал. Но кофе сварил.

— Ты умеешь варить кашу?

— Нет, не умею, но наш сын мне помогал и даже неплохо получилось.

Довольный собой, Абрамов встал рядом и окутал своим дурманящим парфюмом. И чёрт возьми, он смог меня удивить. Хвалить не стала, лишь улыбнулась и сама попробовала его шедевр. Неплохо.

— Егор, иди завтракать, Маша и Саша тебя подождут. Ань, печеньки?

— Нет, мы плотно поели, кофе хватит, — соседка не сводила глаз с Глеба, с интересом его изучая и уже явно зная его статус в нашей семье.

А я невольно посмотрела на него её глазами и закусила губу. Сволочь, он даже в слегка помятой, с закатанными рукавами рубашке смотрелся статусно и очень сексуально. Надо его быстрее спровадить, а то Аню разорвёт от вопросов.

Егор сел за стол и в мгновение ока съел всю тарелку, запивая кашу чаем, чем доставил явное удовольствие своему отцу.

— Пап, а ты пойдёшь с нами?

— Нет, у папы много дел, — опередила я, убирая тарелку в раковину, слыша тихий смех Ани за спиной.

— Мама права, у меня есть несколько важных дел, но обещаю, что завтра проведу с тобой целый день. Как насчёт зоопарка?

— О, я слышала, белых медведей привезли, вам точно надо сходить!

— Да! Мам, пожалуйста, — Егор повернулся к Глебу, выспрашивая про слонов и тигров.

— Должны быть, пойдём и посмотрим. Ев?

Мне пришлось огласиться, а потом снова прямым текстом напомнить Абрамову, что он уже давно должен уйти.

— Рад знакомству, Аня. Не знал, что у нас есть такие замечательные соседи.

— Спасибо, взаимно.

Абрамов ещё некоторое время прощался с Егором, тихо нашёптывая ему секреты на ушко, от чего малыш улыбался и хитро посматривал в мою сторону. Махнув рукой и послав воздушный поцелуй, Глеб наконец-то ушёл, а я упала на стул от напряжения и подозвала к себе сына.

— Давай выпьем таблетки и пойдём гулять, только не долго, хорошо?

Пока я измеряла у Егора насыщенность крови кислородом, он сидел смирно, лишь посматривал за друзьями. Аня молчала, ожидая, когда ребёнок отойдёт. И, когда Егор побежал за любимой игрушкой, не выдержала.

— Слушай, мне ведь не показалось?

— Что?

— Твой бывший муж просто пожирал тебя глазами.

— Показалось.

— Ясно, говорить не хочешь. А что он тут делал?

— Ночевал.

— О, как. И?

Я улыбнулась, когда соседка подпёрла рукой подбородок и без подробностей, о которых даже вспоминать не хотелось, быстро изложила ей вчерашние факты.

— Это не моё дело, конечно, но для Егора это большой плюс. Но как вы будете дальше жить?

— Даже страшно представить. Мне нужна была его помощь, о будущем я совсем не думала.

— Так уже пора. Вон как они отлично спелись.

— Буду решать проблемы по мере их поступления.

— Тоже верно.

Прихватив в сумку воду, влажные салфетки и кепку Егору, мы быстро собрались и вышли на улицу. Малышня тут же побежала исследовать горку-вертолёт, а я с соседкой сели на лавочку.

— Что-то ты не важно выглядишь.

— Спала плохо, — отмахнулась от дальнейших расспросов, не рассказывать же, что пол ночи изводила себя поисками ответов на странное поведение бывшего мужа.

— Та дамочка больше не объявлялась?

— Не напоминай о ней. Абрамов пообещал, что она нас больше не тронет.

— Наглая сука.

— Есть такое. Сколько её знаю, всегда такой была.

— Такое ощущение, что кроме