Обретая нас - Надежда Скай

Прав отец, не стоит смешивать личную жизнь и работу. Да, я полный придурок, и только мне теперь отвечать за свои ошибки. И только мне их исправлять.

Откинувшись в кресле, прикрыл глаза, стараясь унять бурю внутри. Сейчас надо быть хладнокровным и уверенным в себе. Но дикое желание придушить эту дрянь своими руками, подливало масло в бешено пылающее сердце. Я уже не искал ответы на вопросы типа зачем, почему и стоило ли оно того. Саша всё расскажет сама. А если нет, у меня достаточно доказательств, чтобы привлечь её к ответу по закону и там светят реальные сроки в местах не столь отдалённых.

Вечер погрузился в сумерки, которые плавно перетекали в ночь. Безумно хотелось напиться, сразу влить в себя полбутылки коньяка, почувствовать, как алкоголь обжигает пищевод, падая в желудок и растекается теплом по венам, подбираясь к голове и делая её лёгкой. Но сейчас это непозволительная роскошь.

Тихий стук каблуков, щелчок дверной ручки и явление той, кого хочу растерзать, в прямом смысле этого слова. Я даже не встал, лишь пригвоздил её злым взглядом к месту у входа.

— Глебушка…

— Милая Саша, проходи, присаживайся.

Зато голос мой источал приторность медовой сласти.

— Я уже подумала, что что-то случилось.

Она эротично расстегнула тонкий бежевый плащ, показывая мне обтянутую в короткое чёрное платье фигуру и села в кресло, закидывая ногу на ногу в чёрных чулках, край которых безобразно выглядывал из-под юбки. Будь всё это в другое время, моё желание тут же проснулось бы, ведь она оделась именно так, как мне нравится, но не сейчас… Я хищно усмехнулся, стараясь не пугать жертву с самого начала, и подался вперёд, складывая руки в замок на столе.

— Как думаешь, почему я провёл целый день в офисе?

— Что-то срочное? Позвонил бы раньше, и я была бы рядом. Скучаю страшно.

Саша провела рукой по шее вниз до груди. Попытка засчитана, но мимо.

— Именно, срочное. Саша, выслушай меня внимательно, а потом я жду искренность и чистосердечное признание.

— О чём, милый?

— Расскажи мне правду о том, как ты несколько лет назад связалась с Мирзоевым и целенаправленно подставляла мою фирму под убытки в его пользу.

Я быстро встал и прошёл к двери, закрывая замок, не давая ей шанса на побег. А после подошёл со спины и положил руки на её напряжённые плечи.

— Если ты мне всё расскажешь, то избежишь самого страшного наказания. Я просто тебя уволю и отпущу, но при условии, что ты уедешь очень далеко, желательно из страны… — я сильно сжал кисти, давая понять, что настроен серьёзно.

— Глеб, не надо.

— Саша, в твоих интересах говорить.

Меня била злость, хотелось поднять руки к шее и сильно, очень сильно их сжать, перекрыть кислород и наблюдать, как кожа на её лице меняет цвет, как она хватает ртом воздух, а потом обмякает в кресле, теряя жизнь. О, как я этого хотел! Но я не убийца.

— Отпусти… пожалуйста.

— Я же сказал, что отпущу, дорогая Саша.

— Мне… больно. — Она дёрнулась в попытке встать, но я усадил её обратно, нагибаясь к самому уху.

— У нас вся ночь впереди, и поверь, ты никуда отсюда не уйдёшь, пока всё мне не расскажешь.

Я чувствовал, как страх сковал её тело, как жилка на шее запульсировала сильнее. Значит до неё всё-таки дошло, что я совсем не шучу.

— Глеб, прости меня… Я тогда думала, что поступаю правильно, что делаю это для нас.

— Интересное начало.

Я ухмыльнулся и отошёл к столу, приседая на самый край, опираясь руками на столешницу. Я хотел видеть её лицо и обязательно глаза, я хотел наслаждаться её страхом.

— Прости меня пожалуйста! Я не могу тебя потерять!

— Хватит повторять одно и тоже! Говори!

Саша съёжилась, опустила голову и, всхлипнув, начала:

— Я ни о чём не жалею, ведь я боролась за тебя! И пусть не совсем честно… За полгода до тендера «Магистраль» во время обеда ко мне подсел мужчина.

— Кто?

— Он представился Романом Валерьевичем, пытался оказывать знаки внимания, — Саша подняла глаза, в которых блестели слёзы, я закатил глаза, пфф, поздно.

— Мирзоев.

— Фамилию я узнала позже. Мы мило пообщались и разошлись. Через несколько дней встреча снова повторилась.

— Давай короче. Ты спала с ним?

— Нет! Никогда! Хоть он и пытался ухаживать.

— Допустим.

— Он был прекрасно осведомлён о моей работе и о моём личном отношении к тебе.

Странно, но это меня совсем не удивило. Я лишь кивнул. Саша достала из сумочки влажные салфетки и очень театрально промокнула глаза.

— Однажды он перестал был милым и любезным. Он перешёл сразу к делу, полностью раскрывая себя и причину своей заинтересованности мною. Предлагал крупную сумму за мою «помощь», — она показала пальцами кавычки, — но я отказалась, пригрозив, что немедленно всё тебе расскажу.

— И почему не рассказала? Чем он тебя взял?

— Нашёл слабое место…

Она вскинула подбородок и в упор посмотрела на меня. Я же вопросительно вскинул брови.

— Тебя.

— Очень мило. Продолжай.

— Это жестокий человек… У меня совсем не было выбора. Либо я соглашаюсь на его условия и получаю тебя, либо он сделает всё сам, а тебе станут известны все наши с ним встречи в самом откровенном смысле. Нас фотографировали в тот момент, когда Мирзоев пытался ухаживать.

— Скажи честно, ты в курсе была про обработанные фотошопом фотографии моей жены и Лебедева?

Ещё одна слеза скатилась по её щеке, и она молча кивнула.

— Саша, твою мать!

— Он сказал, что это добьёт тебя и если я всё сделаю правильно… Это я их тебе на стол положила.

— Дрянь!

Стукнул кулаком по столу, тут же ощутив острую боль. «Сам виноват, сам! Слепой мудак».

— Расскажи про слив сделок.

— Ты и так уже знаешь.

— Знаю, но хочу услышать от тебя.

Следующее время Саша откровенно рассказала по каждому случаю слива информации, о каждой дальнейшей встрече с моим грёбанным конкурентом и о том, как они на хорошей ноте разошлись в разные стороны. Прям королевские игры и интриги, а я был словно глупый слепой щенок.

— Достаточно. В понедельник от тебя заявление по собственному, передавай текущие дела заместителю, и чтобы я больше о тебе никогда не слышал.

— Глеб… что мне сделать…

— Заткнись! Ты уже сделала достаточно. Мой тебе совет — уезжай, пока я добрый.

— Это приказ?

— Это приговор! Пошла вон.

Я открыл дверь и,