Ищейка - Наталья Владимировна Бульба

— Согласен, не будут, — буркнул себе под нос Игнат. Развернулся.

До места, где назначил встречу надежный человек Виталия, было минут сорок езды. С запасом, если учесть отсутствие пробок утром выходного дня.

Окна кухни выходили во двор. В отличие от множества дворов-колодцев старого Петербурга, этот был вполне похож на привычные дворики. Зеленые насаждения — немолодые, но еще крепкие деревья и совсем юный кустарник. Детская площадка: пара качель, небольшой городок, песочница и весьма свежие, еще не потертые лавочки.

Ну и множество машин, буквально притиснутых к довольно узкому тротуару.

Проблема старой застройки. Тачку, а то и не одну, имела каждая семья, а вот мест для них катастрофически не хватало.

И вроде его это совершенно не касалось — проблемы властей города, да тех бедолаг, для кого поиск парковки становился ежедневной задачей номер один, но ведь зацепился.

Похоже, мозг искал простые задачи, не желая решать сложные.

— Держи, — отвлек его отец от созерцания.

Игнат обернулся… на стол легли четыре пачки денег: две — тысячных и столько же пятитысячных, вполне себе современный смартфон с зарядкой и несколько сим-карт.

— Неожиданные запасы, — многозначительно хмыкнув, прокомментировал Игнат увиденное. — Готовился сбежать от матери?

— От твоей матери сбежишь… — Владимир Николаевич, сняв фартук, бросил его на спинку стула. — Я, конечно, не Сидик Афган, но просчитать время поворотных событий в жизни собственного сына вполне способен, — с каким-то скрытым недовольством произнес он. — Правда, ошибся на пару недель, но ни общей ситуации, ни ее последствий это не меняет.

Как ни странно, но сказанное Игната ничуть не удивило. Какие ум и характер скрывались за интеллигентной доброжелательностью его отца, он понял уже давно.

Увы, не всегда доверял собственным знаниям.

А Владимир Николаевич, постучав пальцами по столу, между тем продолжил:

— Первый раз я считал, когда принимали с матерью решение перебраться в Питер, так вот там кое-какие нюансы уже начали себя проявлять. Ну и принялся контролировать каждые полгода, да готовиться, сам не знаю к чему. А зимой уже все стало понятно. Игра пошла по крупному.

— Чья игра? — нахмурился Игнат.

Решение перебраться в Питер родители приняли пять лет тому назад.

Совпадение или нет, но из органов его «ушли» в это же время.

Отец звал с собой. Первый порыв — согласиться, Игнат пережил быстро и безболезненно. В Москве он чувствовал себя своим. Связи, контакты, знакомства…

Для будущего детективного агентства, которое собирался открыть, все это имело огромное значение.

— Если бы я знал! — с горечью вырвалось у отца, сбив Игната с мысли. — Ясно, что сидят высоко, однако вариант не однозначен. Как и цели.

— С целями всегда так… — то ли хмыкнул, то ли ухмыльнулся Игнат. И добавил, скорее по наитию, чем по расчету: — Значит, вариант с отделом можно отбрасывать, как нежизнеспособный. И генерал либо в деле, во что я не верю, либо его играли втемную.

— Правильно думаешь, — подтвердил его предположение отец. — Хорошо звучит. Как приманка. Но вряд ли кто-то позволит держать подобный талант в рамках МВД. Я бы больше поверил в безопасность…

— И тоже в качестве ширмы, — согласился Игнат с тем, о чем отец промолчал.

Потянувшись к кучке сим-карт, взял одну. Покрутил в пальцах, бросил обратно.

— А может, — посмотрел он на Владимира Николаевича, — плюнуть на все, уехать к дядьке в Выборг. Уж какую-нибудь работу я там себе найду…

И так его это мысль захватила, что Игнат сам себе поразился.

Впрочем, мгновение слабости было коротким. Жизнь приучила не избегать драк. Последствия могли быть еще более серьезными.

— Может и стоит, — вздохнув, нахмурился отец. Отодвинув стул, сел. Облокотился на край стола. — А сможешь?

Вопрос был интересным…

Ответ — однозначным. Нет, не сможет. Не в этом случае.

— Вот видишь… — поморщился Владимир Николаевич. — Извини, с оружием не получилось…

Замечание отца Игната не отрезвило — вернуло в рабочее русло. Сначала — дело. Тем более что душевными терзаниями он и так никогда особо не страдал.

— Считаешь, придется воевать? — едва не расхохотался он.

Вместо ответа Владимир Николаевич лишь развел руками. Мол, и хотел бы, но…

Да, обговаривая со Стасом будущие действия, такой вариант они тоже не исключали. Более того, считали вполне вероятным. Не так, чтобы пятьдесят на пятьдесят, но с вероятностью в процентов сорок.

Игнат знал систему изнутри, Стас — достаточно плотно контактировал с разного рода дельцами в бизнесменском обличье, так что их натуру тоже знал неплохо. Потому и предполагал — эти будут идти до конца.

Вывод их этого следовал лишь один: готовым нужно было быть ко всему.

Отец мог в этом помочь.

Более чем.

— С предисловиями заканчиваем, — решительно пододвинул он к себе блокнот отца. Еще раз посмотрел на схему и формулы.

С математикой у него было неплохо — отец считал, что есть, что развивать, но эти расчеты ничего, кроме внутреннего трепета и преклонения перед торжеством науки не вызывали.

— У меня час. Если есть, что сказать по существу…

Судя по выражению лица Виктора Николаевича, что сказать по существу у него было.

И Игнат был готов все это услышать.

Час пролетел незаметно. Раз и…

Парадоксы времени. То летит, то — ползет, а то и вовсе замирает в одной точке, по максимуму давая осознать свою тягучесть.

Прощание с отцом, в полном соответствии с ожиданиями, получилось спокойным. Все, что можно было сказать, было сказано и осознано. Все остальное…

Выбор сына Владимир Николаевич принял, когда тот пошел на юридический, а не на матфак, как тому бы хотелось.

Вот и теперь: один — решил, второй не имел права останавливать, потому как есть вещи, через которые не переступить.

— Ты на внешний вид не смотри, — надежный человек Виталия, представившийся Антоном, от души пнул обутой в изрядно ношенный кроссовок ногой по переднему колесу. — Внутри все тип-топ, ручками перебирали и подгоняли. Не подведет.

Стоило признать, что внешний вид машины Игната тоже нисколько не смущал. Тойота Хайлендер две тысячи восьмого года рождения новой, конечно, не выглядела, но смотрелась ухоженной. Лишь немногим хуже, чем его трехсотый Крузак, побывавший за последние четыре года во многих переделках.

Но, тем не менее, Игнат еще раз обошел вокруг тачки, и даже вновь посидел на водительском сиденье, с удовольствием слушая, как залихватски выводит рулады движок.

Антон не лукавил, машина — зверь. Это Игнат чувствовал всем нутром.

— Меня устраивает, — заглушив двигатель и выбравшись из машины, подошел он к надежному товарищу. — Держи, — протянул ему ключ от Крузака.

Антон ключ принял. Подкинув, поймал, из-под нависшей на глаза