Беспощадный целитель. Том 5 - Константин Александрович Зайцев

В отличие от меня Дэмион воспринял всю ситуацию куда проще. Есть враг — его надо уничтожить, но, выслушав инструктаж, он повернулся к Клыку и спросил:

— Есть что по броне?

— Нет, парень. У Штайнера были только пушки, с бронёй нам не повезло.

— Жаль. В броне было бы спокойнее, но раз нету, то я бы не отказался от чего-нибудь мобильного, например «Каратель» с парой обойм цветочков. — От слов моего одноклассника Гремлин поперхнулся пивом.

— Откуда ты знаешь про «Каратель» и цветы?

— Отец был из егерей, учил обращаться, но я больше полагаюсь на мой дар, чем на пушки. Однако после последней заварушки с этим, — он кивнул на меня, — я задумался о том, что неплохо бы обзавестись чем-то подобным.

— Что за цветы? — Я непонимающе смотрел на людей, которые вроде говорили со мной на одном языке, но создавалось впечатление, что под их фразами значилось что-то совсем иное.

— Так называются пули, которые при попадании в плоть раскрываются в цветок, за счёт чего выстрел в башку превращает её в кровавую кашу. — Клык повернулся к Дэмиону: — А где отец?

— В могиле. Его отряд попал на свежий разлом. — Твою мать! Он согласился не только потому, что хотел драки, — он хотел мести за отца! Любой, кто создаёт разломы, — его враг. Сколько ещё скелетов в шкафу его души?

— Это ещё что за дерьмо? Гляньте на четвёртый монитор. — Послушав Гремлина, мы все посмотрели на экран, и увиденное мне категорически не понравилось.

На экране были две девушки. Одна — высокая, в обтягивающей тёмной куртке, с собранными в низкий хвост волосами и такой осанкой, будто она проглотила лом. Вторая — поменьше, в серой толстовке, со светлым хвостом, которая шла чуть позади, мягко и собранно, как ходят люди, готовые в любой момент уйти от атаки.

— Какого хрена тут делают Алиса и Эйра? Мертвец, ты и их впутал в это дерьмо? — В голосе Дэмиона звучали рычащие нотки, но, увидев, что я покачал головой, он чуть выдохнул. — Можно звук?

Гремлин кивнул и повысил громкость. Один из молодых волков подкатывал к Эйре и улыбался той самой улыбкой, которой парни молодого волчьего возраста улыбаются всем хорошеньким женщинам подряд от пятнадцати до сорока.

— Дерьмо, — выдохнул Дэмион. — Его надо тормознуть!

Не успел он это сказать, как на экране монитора появилась здоровенная фигура Молота, который быстрым шагом шёл к девушкам.

— Эй, дамочка, — сказал щенок, и его голос даже через динамики показывал, что он хочет затащить Эйру в постель. — Ты не туда зашла, это территория Стальных Волков, но не бойся, я тебе тут всё могу показать, если хочешь. Лично.

Эйре было плевать на его слова, она просто шла, игнорируя жужжащую муху.

— Ну ты чего молчишь? — попробовал щенок ещё раз. — Может, я тебе в баре пива поставлю? Знаешь, ты симпатичная, я бы познакомился поближе.

— Эй, — сказал Молот уже на подходе. — Парень.

Щенок повернулся. И тут Молот, не меняя выражения лица и не повышая голоса, ударил тыльной стороной ладони с размаху, так что щенок улетел спиной на капот чёрного седана Дэмиона, плечом сполз по бамперу, сел на асфальт, и из носа у него потекла кровь — тонкой, очень аккуратной струйкой.

Молот к нему даже не повернулся, он повернулся к Эйре и сделал полупоклон.

— Простите дурака, мисс Чен, — сказал он. — Он у нас новый. Ещё плохо обучен, но в одном он прав: при всём уважении, это не место для двух девушек. Позвольте, я вас провожу и вызову такси.

Эйра повернула на него голову и, внимательно посмотрев, сказала:

— Ты, кажется, Молот. Брат сломал тебе челюсть и четыре ребра, когда ты бросил ему вызов.

— Именно, мисс Чен. Нам тут не нужен конфликт с Ляном, а я прекрасно знаю, на что он способен.

— Я здесь не как представитель семьи. — Молот ухмыльнулся и сказал:

— Мисс Чен, вы можете думать что угодно, но какой-то дурак скажет что-то про вас, не понимая, кто вы, и завтра мне придётся объяснять его матери, почему её сын выпотрошен как свинья. Давайте не будем играть в эти игры. Они не приведут ни к чему хорошему. — Эйра степенно кивнула, словно признавая, что её брат действительно может это сделать и указала на седан.

— На этой машине приехал мой друг. Молодой блондин. Его зовут Дэмион Кросс. Я хочу его видеть. — На лице Молота промелькнула целая гамма чувств, и наконец, приняв решение, он произнёс:

— Отморозок у босса. Пройдёмте, я вас провожу…

Глава 13

Эйра вошла в кабинет с таким видом, будто он принадлежал ей. И обвела взглядом четверых мужчин за столом. На лицах всех четверых застыло одинаковое выражение «нас сейчас будут отчитывать», и я был не уверен, что они так уж не правы. Судя по тому, что температура в комнате резко опустилась на несколько градусов, ледяная королева была в бешенстве.

А следом за ней вошла Алиса, держась на полшага позади. Выражение её лица показывало смесь беспокойства и недовольства. На правой щеке — едва заметная припухлость, как будто она сжимала зубы всю дорогу до Логова, и так и не разжала.

— Как интересно, я ожидала найти тут одного сокомандника, а вижу сразу двоих. — Голосом мисс Чен можно было резать металл. Она повернула голову к Клыку и, чуть поклонившись, произнесла:

— Господин Тэйлор, я как представитель семьи Чен прошу вас, дать мне и моей подруге побеседовать с этими молодыми людьми буквально десять минут. Могу я просить вас о такой незначительной услуге?

Выслушав эту тираду, Клык усмехнулся уголком рта и сказал:

— О чём речь, мисс Чен. Как я могу отказать в такой мелкой просьбе внучке господина Цао? — Он машинально потёр своё плечо, где из-под жилетки выглядывал уродливый шрам. Шрам был старый, с зазубренными краями — такие оставляет холодное оружие в умелых руках. — Пойдём выпьем по кружечке, Гремлин, а Молот составит нам компанию. Пусть молодёжь пообщается без лишних ушей.

Гремлин молча отложил отвёртку, которой подкручивал гарнитуру, и встал. Молот за спиной девушек кивнул, и шире открыл дверь. Трое байкеров ушли, не сказав ни слова. Дверь за ними мягко закрылась.

Стоило волкам выйти, как первое, что сказала Эйра, было:

— Какого хрена вы тут делаете? Вы, тупоголовые идиоты, знаете с кем связались? За Джозефом Тэйлором тянется такой шлейф преступлений, что его не трогают лишь потому, что он навёл порядок в этой клоаке, которую называют промзоной. В