Беспощадный целитель. Том 5 - Константин Александрович Зайцев

стихий. Здесь это объясняли электричеством в воздухе. Базовая школьная физика, которую почему-то не читали в боевых курсах. В моём мире мастера молний больше всего любили сражаться с водниками и воздушниками, ведь их стихия для них не являлась препятствием.

Эйра коротко выругалась, понимая, что Йенсен куда опаснее, чем она думала, но был большой плюс. Пусть лёд и вода имеют общую структуру, но лёд куда хуже пропускал молнии. Маты не помешали Эйре атаковать Ханта, создавая прямо под его ногами длинную, чуть наклонную волну из льда, по которой однорукий должен был соскользнуть. Но однорукий легко спрыгнул вниз, словно уличный кот с забора, и пошёл на меня, не сбавляя шага.

Дэмион зашёл на Йенсена справа, угрожая ему своим любимым копьём, вот только Отморозок успел учесть выкрутасы охотника, и теперь его копьё было покрыто плотным слоем тьмы. С каждым боем ледяной барс соображал всё быстрее. Как бы Кросс ни был хорош с копьём, Йенсен уходил от его атак, кружа так, чтобы прикрываться им от атак Колючки. Вот Дэмион увидел брешь и рванул добивать, но это была лишь жестокая ловушка. Раскрытая ладонь Йенсена ударила Кросса в сердце, и короткий разряд выбил его из боя. Без подпитки хозяина ледяное копьё упало на деревянный пол, разбившись на крупные осколки.

Колючка зарычала от ярости — и швырнула в Йенсена сразу два кулака. Седовласый охотник легко парировал один разрядом в воздухе, а второй просто принял на бок, даже не пытаясь увернуться, так камень принимает дождь. Вот только в этот раз дождевая капля откинула камень почти на полметра назад.

Хант ускорился и резкой атакой отогнал Эйру, решив вырубить меня. Первая серия ушла в молоко, и Хант вновь пошёл на меня в своей излюбленной манере. Удары сыпались с безумной скоростью, однорукий охотник использовал все свои конечности, и ему было плевать, что вместо одной руки у него лишь обрубок. Получать им наотмашь — то ещё веселье.

Я попытался разорвать дистанцию, чтобы дать Эйре возможность контроля, но моя левая нога подогнулась от резкого разряда. Ненавижу грозовых тварей! Не успел я сообразить, как почувствовал, что ладонь Ханта аккуратно легла мне на плечо.

— Доу. Ты упал.

Я ещё был на ногах, но прекрасно понимал, что он прав. Нанеси он удар, усиленный энергией, и я бы уже летел к стене. Кивнув, я отошёл к Дэмиону, который внимательно смотрел за работой Олафа.

А в это время Алиса в центре уже кричала в полный голос:

— Колючка, плеть назад! Связка с Эйрой! Купол!

Колючка поняла без объяснений. Воздух вокруг неё уплотнился до туманной плёнки — я почувствовал, как давление в зале сдвинулось на пол-атмосферы. Эйра тут же вписала под этот купол свой лёд: не стену, не стрелы — низкий полусферический свод над собой и Колючкой, защита по типу боевого панциря. Йенсен ударил по своду разрядом — и впервые за день дуга не прошла. Воздух гасил искру изнутри, лёд держал каркас. Йенсен оскалил зубы. И неожиданно отшатнулся так, что его подвело колено, и он упал, когда ему в лицо влетела полуобнажённая ведьма с растопыренными пальцами, пытающаяся разорвать его лицо.

— Стоп! — крикнул Хант, с удивлением наблюдая, как его напарник поднимается с пола, тряся головой.

Девчонки убрали купол, и наступила полная тишина. Йенсен внимательно смотрел на Алису, а потом задал лишь один вопрос:

— Что это было?

— Иллюзия. Я заметила, что вы стараетесь держаться от Эйры подальше, и в момент атаки использовала против вас иллюзию Эйры, превратив её в ледяную ведьму из легенд.

Олаф покачал головой и, повернувшись к Ханту, сказал:

— Мне нужны на неё документы.

— Зачем?

— В её личном деле будет пометка «рекомендована к офицерским курсам» от меня и рядом вторая, что барон фон Гримверд оплатит учёбу в обмен на десять лет службы роду. — Он повернулся к Алисе и поклонился, показывая своё уважение. — Такой уровень чутья нужен моему барону. Скажешь «да» — и тебе уже завтра не нужно будет думать о поступлении в Академию Вэйхола и всей этой канители с турниром. Тебя заберут в Гримвердхолд, где ты продолжишь обучение.

— Спасибо за столь щедрое предложение, но я вынуждена отказаться: мы команда.

— Моё предложение действует ещё три года. Передумаешь — он скажет, как со мной связаться. — Здоровяк указал пальцем на Ханта.

— Алиса, гордись: у этого отродья северных земель настоящее чутьё на таланты. Если он тебя отметил, значит, ты действительно хороша. — Хант улыбнулся, а потом обвёл нас взглядом. — Идея с куполом — это здорово. Хорошее тактическое решение. Эйра, Лина, вы молодцы, но звезда у нас сегодня Алиса. — Он перевёл взгляд на меня и Дэмиона. — Вы двое легли первыми, и оба потому, что недооценили противника. Признаю, мастеров молнии мало, а такие, как Олаф, вообще встречаются только в северных землях, но всё это нюансы. Вы должны быть готовы ко всему иначе вам не победить на турнире. Пять минут отдыха — и второй раунд.

Я подошёл к Дэмиону и серией быстрых нажатий на точки вновь запустил его энергию по правильному циклу. Вот за это и ненавидят мастеров молний: они меняют наш энергетический каркас своими ударами. Кросс шипел сквозь зубы, но терпел мои издевательства, зато спустя десяток ударов сердца кивнул, благодаря за помощь. Йенсен, наблюдавший эту сцену, тихо хмыкнул. Я обернулся.

— Вы хотели что-то сказать?

— Ничего особенного, просто давно не видел у студента такого мастерского знания узловых точек энергетического каркаса и к тому же владения техникой экстренного перезапуска. Интересный ты парень, Алекс Доу, и пальцы у тебя хорошие.

Я ничего не ответил, лишь коротко выругался, кляня себя за неосторожность.

Второй раунд мы продержали восемнадцать секунд дольше первого. Третий — на двадцать пять. Хант остановил нас на тридцать восьмой секунде четвёртого раунда.

Йенсен стоял на одном колене, опираясь на руку, вторая была пробита Дэмионом, несмотря на защитный амулет. Правая рука Дэмиона висела плетью. Олаф не постеснялся поджарить его своими молниями, но не учёл того, что, когда Кросс впадает в бешенство, боль для него лишь топливо. Не стоило северному охотнику швырять в Алису разряд, от которого она улетела на несколько метров.

— На сегодня всё. — Хант кивнул Йенсену. — Олаф, спасибо.

Но тот лишь смотрел на глаза Дэмиона, покрытые тьмой, и на кончик его копья, обагрённый в крови.

— Виктор, если этот отморозок окажется у нас на севере, барон поставит тебе бочку твоего любимого ледяного виски. Где ты набрал этих детишек?

Он покачал головой и